И это почти середина апреля! Ну и погода…
С утра было прохладно, Хорошо, что она взяла с собой зонт. К вечеру пошел то ли дождь, то ли снег, промозглый, липкий и страшно холодный. Валерия совсем замерзла в легком пальто.
А нечего было наряжаться! Она колко и ехидно укорила сама себя. Подумаешь, новый завкафедрой… Не слишком он ей понравился. Высокомерный и чванливый тип!
Валерия посмотрела на себя в зеркало и вздохнула.
Кого она обманывает? Понравился ей завкафедрой. Очень понравился. Более того, она чувствовала, что этот человек с требовательным низким голосом, с густой проседью в мягких, тёмных волосах, её очень заинтересовал.
Однако, он заинтересовал практически всю женскую половину факультета. Причем, замужнюю половину в том числе.
- Ах, какой мужчина! – томно вздыхала в «секретарской» декана Альбина Сергеевна.
– Чувствую я, что грядут великие дела!
- Какие такие дела, Аля? – прыскала со смеху секретарша Марина, - ты же замужем?
- И что? – Альбина Сергеевна кокетливо пожимала плечиком, наряженным в модный трикотажный костюм персикового цвета. – Немного безобидного флирта никогда не повредит!
Однако Сергей Александрович (так звали завкафедрой), кокетливых ужимок, льющихся на него со всех сторон, подобно Ниагарскому водопаду, не замечал. С женской половиной преподавательского состава он общался сухо, только по делу, каждый вечер уезжая домой на собственной машине в гордом одиночестве.
Информация о том, что он в разводе, бездетен, перевелся к ним из университета города Н. - по коллективу распространилась быстро. Ухищрения по завлечению в сети перспективного «зава» усилились, но результата не приносили.
Мужчина дразнящее и понимающе улыбался, был вежлив до приторности, рук не распускал, и вел себя крайне спокойно, чем выводил из себя любительниц «немного пошалить».
- Это какой-то пень бесчувственный! – заливалась краской Альбина Сергеевна, - разве может нормальный мужик так себя вести?
- Как раз нормальный – так вести себя и должен! – снова веселилась Марина, подмигивая Валерии, которая зашла к ней за очередным списком студентов. – Не светит тебе, Аля, ничего, помяни моё слово!
- Это мы ещё посмотрим! – Альбина высоко задирала голову и щурила красивые зелёные глаза. – Я не только красавица, я ещё и умница. Никуда Сергей Александрович не денется!
- Алька… С огнём играешь! – Марина становилась серьёзной. – Зачем тебе это? Твой Вадим – прекрасный человек.
- Ай, только не стоит читать мне нотаций. – Альбина легкомысленно махала рукой. – Я - женщина импульсивная, эмоциональная. И потом, я не собираюсь заходить далеко.
Но в кафе он меня пригласит! Спорим?
- Я что, ненормальная? – Марина покрутила пальцем у виска, - на мужика спорить? Делать мне больше нечего!
- Ага! Это потому что боишься проиграть! – съехидничала Альбина Сергеевна, удаляясь из деканата, гордо цокая каблучками в походке «от бедра».
Марина качала головой.
- Нет, ты видела?! Она неисправима…
Валерия улыбалась, но молчала.
В действительности ей очень хотелось, чтобы новый завкафедрой обратил на неё внимание. Наверное, только с Дмитрием её охватывало такое сильное желание нравиться мужчине, быть желанной, особенной…
***
Она сняла пальто, разулась, быстро прошла к себе.
На столе лежало очередное письмо. Она получила его вчера и тогда же поняла: история с Дмитрием закончена. Раз и навсегда.
«Лерочка, прости, что долго не давал о себе знать. Так получилось, что я был в больнице. Пожалуй, могу теперь признаться тебе, что чуть не отдал Богу свою грешную душу. Но пока остаюсь ещё здесь, на земле, не принял меня Господь…»
Когда Лера прочла эти строки, её охватила паника. Как? Что? Что произошло?! Хотя – Дмитрий жив, это – самое главное…
«Моя прежняя жизнь всё-таки догнала меня, как я от неё не прятался. Монастырские стены укрывали, пока я был за ними, но стоило выйти - я получил удар ножом. Но Бог меня опять спас. Книга, которую подарил мне один очень хороший человек, фактически сохранила мне жизнь. Сейчас всё хорошо, я быстро поправляюсь, скоро от этого события останется только шрам на боку.»
Лера закрыла рукой глаза. Дмитрий, Дмитрий… Что же ты наделал… Со своей жизнью, с моей…
«Наш хирург, Алексей Фёдорович, отлично меня заштопал! Я теперь как новенький, даже не сомневайся! Отец Анастасий навещал меня в больнице, привозил книги, братия не оставляла, так что всё в порядке».
Она улыбнулась. Отец Анастасий представлялся ей огромным, бородатым и непременно почему-то с тростью, словно какой-то дореволюционный купец.