После ухода Дементия, Злата долгое время сидела, будто оглушенная.
С одной стороны, ей не давала покоя брошенная вскользь мужчиной загадочная фраза: «Через тебя на меня можно повлиять…»
С другой стороны, к ней начало приходить осознание, что Демон её бросил.
Ну хорошо, пусть не совсем бросил. Но теперь ей придется, как лягушке, барахтаться в кринке с молоком самой, сбивая масло, чтобы выплыть.
Поначалу она подумывала о том, чтобы заново открыть пекарню, продав драгоценности. Вместе со скопленной суммой «на черный день», денег бы хватило. Она практически не хранила сбережения в бумажных деньгах, сейчас это было бесполезно. Только вот Демон запретил ей продавать золото.
Злата понимала, что он прав.
Ей стоит затаиться, какое-то время превратиться в «никто и звать никак».
Злата в ярости пнула руками диванную подушку. Это ей стать никем?! Да кто он такой, чтобы указывать ей, как жить?!
Однако, Злата прекрасно осознавала, что как раз Демон вполне может ей указывать. Более того, ей стоит его слушать. С недавних пор она часто ловила на себе его заинтересованный взгляд, если этого не видел Георгий.
Этот взгляд даже нравился Злате. Ещё бы! Даже непробиваемый Дементий, правая рука хозяина, не может устоять перед ней! Демон настолько разительно отличался от Георгия, что она долгое время не воспринимала его всерьёз.
Георгий, красивый, вальяжный, всегда безупречно и со вкусом одетый, всегда в чистой, выглаженной рубашке, блестя перстнем с крупным кровавым рубином - он даже ругался, казалось, изысканно.
Демон, в строгом черном костюме, скрывающим бугрящиеся на руках мускулы, со шрамом через половину лица, был его полной противоположностью.
По сравнению с «хозяином», он смотрелся чересчур контрастно. От него сложно было ожидать безупречности. Иногда от Демона за версту несло бензином, а иногда – едва уловимо пахло чем-то пострашнее. Злата смутно догадывалась, что это запах пороха. Это могло означать только одно - совсем недавно этот человек держал в руках оружие и, может быть, стрелял. Или присутствовал в том месте, где стреляли.
Они оба, и Георгий, и Дементий – оба были хищниками. Тиграми бетонных джунглей.
Только Злата читала где-то, что страшнее тигра, может быть только тигр, попробовавший человеческой крови. Вот в чем была между ними разница…
Ладони у Демона были другими. Злата никогда не касалась их раньше, однако теперь знала, что они, в отличие от мягких рук Георгия, большие, с загрубевшей местами, кожей. Дементий был очень силён физически, но его сила появилась отнюдь не от того, что он занимался на тренажерах в спортивном зале в доме «хозяина». Хотя ему это, кстати, не возбранялось.
Откуда в его руках такая железная хватка, Злата знать не хотела. Её мозг бунтовал, категорически отказываясь думать и строить предположения на этот счёт.
Можно посчитать это некоей защитной реакцией, но Злате становилось действительно страшно при любой мысли на подобную тему.
***
До середины августа Злата занималась «ничегонеделанием».
Она, как и советовал Дементий, много спала, читала, возилась в небольшой саду, устраивала себе вечерние посиделки с бокалом хорошего алкоголя. Демон не поскупился и действительно набил её «бар» дорогими импортными бутылками. Белое и красное вино, ликёры, пара крепких, «мужских» напитков… Было из чего выбирать.
Вскоре Злата решила, что пора прекратить заглушать досаду с депрессией алкоголем, приказала себе остановиться и - решительно закрыла «бар» на ключ.
Простенький замок можно было вскрыть обычной булавкой, но Злата решила, что символизм в данном случае пойдёт ей на пользу. Поэтому она торжественно отнесла ключ в сад, спрятав его в небольшой куче битого кирпича.
Затем она тщательно оделась, особенно следя за тем, чтобы внешний вид производил впечатление интеллигентный и строгий. Светлая блузка кофейного оттенка «под горло», без намека на вырез, легкий темно-синий костюм: юбка-карандаш чуть ниже колена, приталенный пиджак подчеркивал изящность линий её фигуры. Волосы были собраны в тугую, аккуратную «ракушку» на затылке. Ни одной небрежно выбившейся из прически пряди, едва заметный макияж.
Злата взглянула в зеркало. Хороша. Для обычной учительницы - слишком хороша. Но переодеваться она не стала.
Зачем делать из себя страшилище? Она всего лишь женщина, которая умеет красиво одеваться, умеет подчеркивать свои природные данные, не более того. Здесь в этом городке, в её теперешнем будущем окружении, никто не в состоянии определить, что её костюм, сумочка и туфли, на самом деле, стоят, как соседский дом вместе со всей мебелью.