Он с сожалением вздохнул и положил себе на тарелку кусочек ветчины.
- Нет, баньки нет. – Вера снова посмотрела на Виталия, тот ей ободряюще улыбнулся. – У нас самый обычный садовый участок. Газонов вовсе нет, цветы мама выращивает, конечно, но зато у нас растут отличные помидоры! Плодовых деревьев много. Папа дом строит. Сам! Уже несколько лет.
- Сам? – улыбка кота Тома на лице Нины Марковны повторилась. – В каком смысле – «сам»?!
Вере стало смешно.
Она уже понимала, что не понравилась матери Виталия.
Девушка широко улыбнулась.
- В прямом, Нина Марковна. Это когда сначала замешиваешь в большой металлической бочке, разрезанной наполовину и превращенной в корыто, раствор. Потом берёшь мастерок, и ровненько, кирпич за кирпичом, сооружаешь стену, не забывая в промежутки стен засыпать для тепла керамзит. Потом нужно перекрыть крышу, и осуществить внутренние работы: протянуть электропроводку, оштукатурить стены… Ну, и так далее!
Она едва не расхохоталась в голос, увидев немую сцену в исполнении Нины Марковны
- женщина сидела, едва ли не открыв рот.
Денис Алексеевич тоже выглядел слегка озадаченным, но не настолько. Он даже потёр почему-то руки и подмигнул сыну.
Виталий слегка хмыкнул.
Вера решила, что пора пускать в ход «тяжелую артиллерию».
- Я вам больше скажу, Нина Марковна. Я умею класть плитку! Умею замешивать раствор. Ещё пилить, сколачивать и выпрямлять гвозди. Резать стекло тоже могу. Вот в электрике не сильна, надо это признать…
Вера скорчила рожицу, которая должна была обозначать ужасную досаду.
Денис Алексеевич, смотревший во время Вериного монолога на жену, расхохотался.
Нина Марковна с ужасом посмотрела на мужа.
- Денис, что с тобой? Что тут смешного?!
Мужчина только махнул рукой, вытирая выступившие на глазах слёзы.
- Ничего, Ниночка! Абсолютно ничего. Давайте лучше выпьем!
Он поднял бокал с вином.
Нина Марковна многозначительно подняла вверх одну бровь. Муж понял её с полуслова.
- Не волнуйся, Нина, я не работаю завтра, ты же знаешь. Могу себе позволить. Правда, сын?
Виталий понимающе улыбнулся и тоже поднял бокал. Нина Марковна вяло присоединилась.
Вере вина не хотелось, но она сочла, что отказаться было бы невежливо.
- Ну, молодежь, за вас! – Денис Алексеевич выпил и заговорщически посмотрел на Веру. – Виталий у нас единственный сын и мы всегда желали ему только счастья!
- Вот именно. – Нина Марковна двусмысленно улыбнулась. Улыбка кота Тома стала зловещей.
Вера мысленно потрясла головой. Всё-таки она слишком впечатлительная. Может быть, она просто накручивает себя? Перенервничала, с кем ни бывает. Всё-таки это первая встреча с родителями Виталия. Понятно, что они хотят, чтобы сын, как говорится, «сделал партию».
Интересно, а что это за история с бывшей девушкой Виталия?
Чаепитие прошло без эксцессов, если не считать того, что Нина Марковна так и не распаковала коробку с пирожными, принесенными Верой. На десерт был лимонный пирог, от которого у Веры, если честно, сводило скулы. Но она мужественно, с показным аппетитом съела целый кусок и похвалила выпечку.
Нина Марковна первый раз за вечер улыбнулась искренне, не наигранно.
- Это ещё что… - добавила она польщено, - вот попробуете, Вера, мой фирменный штрудель, тогда и поговорим!
Вера про себя тут же отметила вот это «попробуете», произнесенное утвердительно, в будущем времени. Значит ли это, что Нина Марковна смягчилась и первое впечатление от знакомства с Верой всё-таки положительное? Или свою роль сыграло вино?
Она устала от этого вечера загадочных вопросов. Хотелось уже поскорее выйти на улицу и немного расслабиться, потому что она все время ощущала себя какой-то древнеегипетской мумией, затянутой бинтами. Образно, в эмоциональном смысле.
Когда они распрощались с родителями Виталия и он пошел её провожать, Вера какое-то время сосредоточенно молчала, размышляя над итогами визита.
- Вера, что-то не так? – молодой человек беспокойно взглянул на неё.
Вера покачала головой, но всё же сказала то, что думает.
- Мне кажется, что я не понравилась твоей маме.
- Не говори ерунды! – выпалил он, взяв её за руку. – Сама подумай, как ты можешь не понравиться? Ты же замечательная!
Вера усмехнулась.