- Знаешь что, Нина… - голос мужа уже не предвещал ничего хорошего, - угомонись! Иначе создается впечатление, что тебе глубоко плевать на сына и на его чувства. Тебя волнуют лишь собственные неоправданные амбиции и «что люди скажут». Да кого мы с тобой интересуем?! Твою московскую родню?
Он вздохнул и понизил голос.
- Давай перестанем ссориться. Наш сын будет жить так, как хочет он сам, а не так, как хочешь этого ты. Вера станет хорошей женой Виталию, если у них всё сложится. Но решать это они будут сами. А ты – не вмешивайся! Иначе я за себя не отвечаю.
Нина Марковна поджала губы и ушла на кухню.
Там, сидя в одиночестве за столом, она уже не была похожа на Елизавету Тюдор.
Она дала волю слезам, думая о своих несбывшихся мечтах.
В этих мечтах она уже была свекровью Вероники, Глеб с Элиной помогли семье перебраться в Москву, Витюша закончил институт, ординатуру, и Глеб (с его-то огромными связями) помог мужу и сыну открыть частный стоматологический кабинет. Отдыхать они ездили непременно за границу, и Ника подарила ей, Нине, прекрасного внука, как две капли воды похожего на Витюшу…
Конечно, им и сейчас вполне неплохо живется. Муж зарабатывает так, как другим даже не снится. Но «плох тот солдат, который не мечтает стать генералом».**
Теперь все её радужные надежды обернулись прахом. И всё из-за какой-то смазливой девчонки, да пусть она хоть трижды расхорошая!
Ещё и Денис её не поддержал, напротив, категорически дал ей понять, что он на стороне этой простушки Веры.
Она вытерла слёзы, поднялась и принялась мыть посуду, чего обычно после застолий с гостями никогда не делала. Фаина должна была прийти завтра пораньше и всё убрать.
Но нервы были напряжены, и поэтому Нина Марковна яростно возила мыльной губкой по тарелкам, словно собираясь стереть с толстого фарфора всю эмаль.
Нужно что-нибудь придумать… Обязательно нужно что-то придумать…
При выходе из кухни её взгляд зацепился за коробку, одиноко стоящую на подоконнике. Это были те самые пирожные, которые принесла Вера.
В ярости, Нина Марковна схватила коробку, смяла её, безжалостно давя содержимое, после чего со всей силы швырнула мокрый, жирный комок в мусорное ведро.
Вымыв руки и вздохнув с некоторым облегчением, она вышла из кухни и закрыла за собой дверь.
***
Домой Вера вернулась непривычно тихая.
- Привет, родители. Я к себе.
Она сразу ушла в свою комнату, а Светлана с Виктором переглянулись.
Минут через пятнадцать в комнату постучали.
- Можно к тебе?
- Да, мама, конечно. Собираюсь лечь пораньше. Хочу почитать на сон грядущий.
Светлана присела на уголок уже разобранной постели.
- Верочка, ты ничего нам не сказала о том, как прошел вечер. Что-то случилось?
Вера вздохнула.
- Прости, мама. Я просто хотела обдумать всё ещё раз, прежде чем что-то вам с папой рассказывать.
- Ты не понравилась родителям Виталия? – Светлана была не на шутку обеспокоена, видя подавленное состояние дочери.
- Почему не понравилась? Денису Алексеевичу очень даже понравилась. А вот Нине Марковне…
Она замолчала и прикусила губу.
Светлана понимающе погладила её по голове.
- Доченька, я же тебе говорила, что бывает так, что поначалу будущие свекрови очень ревнуют своих сыновей к их избранницам.
- Мама, но разве у тебя было так?
Светлана улыбнулась.
- Нет, не было. Семья твоего отца очень тепло меня приняла. Может быть, на это повлияло то, что мы сразу жили отдельно, ведь мы с твоим отцом уехали сразу после окончания института – по распределению, тогда так было принято. Когда ты родилась, я без сомнения доверяла тебя тёте Полине и дяде Павлу, недаром ты Полину «мамой Полей» звала. Анна Степановна - твоя бабушка, баба Нюра, хоть и была всегда остра на язык, но меня никогда не обижала, голоса на меня ни разу не повысила. Могла съязвить, конечно, ты же знаешь её характер, но чтобы прямо сильно обидеть – никогда! Мне повезло.
Она помолчала.
- Не накручивай себя, дочка. Ведь это была всего лишь первая встреча. Наверняка, в следующий раз Нина Марковна будет уже не так ревнива.
Вера улыбнулась.
- Согласна, мама. Что это я, в самом деле… Виталик тоже говорит, что его мама – хорошая. Получается, что я ему не верю?
Светлана поднялась с постели, взялась за ручку двери. Потом ответила похожей фразой, которую сама Вера сегодня сказала Виталию:
- Солнышко… Хорошая она - прежде всего для Виталика. Но думаю, что тебе не стоит переживать. Ты ведь у меня тоже хорошая!
Она подошла к дочери, чмокнула её в макушку и вышла из комнаты…