Совсем недавно Павлик с гордостью заявил одноклассникам в конце уроков, что теперь его мама хорошо зарабатывает и постоянно балует его и отца небольшими подарками.
Естественно, сразу же возмутился Петя Рыжов.
- Ну ты и врун, Пашка! – закричал он. – Я-то знаю, что твоя мать вовсе не мастер, она такая же обычная швея, как и моя. Всего-то разницы, что твоя в ателье работает, а моя - на фабрике!
Павлик тут же ощетинился, как маленький ёж.
- Сам ты врун! Моя мама – настоящий мастер, к ней клиентки на запись просятся, она сама мне говорила. И про подарки я вовсе не вру! Вот, смотрите все!
Он принялся рыться в портфеле, и вскоре вытащил оттуда в качестве доказательства два ярких оранжевых пластиковых прямоугольника.
Продемонстрировав одноклассникам новенькие картриджи к игровой приставке «Денди»*, с играми «Марио» и «Чудеса на виражах», Павлик едва не сорвал Злате классный час, поскольку дети так разволновались, что ей едва удалось всех успокоить и усадить на место.
- Что, съел?! – торжествующе кричал Павлик, пытаясь перекричать одноклассников, которые тут же принялись наперебой напрашиваться к нему в гости, чтобы поиграть в знаменитую приставку.
- Подумаешь! – Рыжов был невозмутим. – У моего старшего двоюродного брата тоже есть «Денди»! Когда я к нему в гости прихожу, то могу играть столько, сколько влезет!
- Ага! В «Тетрис»! – несколько ехидно заметил Павлик. – Ещё в «Танчики», потому что у него других игр нет. Ты же сам мне говорил!
Гвалт поднялся невообразимый. Класс разделился на два лагеря.
Конечно, Злата должна была объяснить Павлику, что хвастаться нехорошо, однако делать она этого не стала. Она просто сидела за своим столом и наблюдала за происходящим.
Перепалку закончила тихоня Озерова.
Она равнодушно взглянула на картриджи в руках Павлика и сказала:
- И чего все так разнервничались? Подумаешь, игры! Книги всё равно интереснее.
Весь пыл Павлика разом пропал.
Если честно, картриджи он принёс в класс специально, чтобы показать Озеровой. Он был уверен, что девочка оценит их и с радостью примет приглашение прийти к нему поиграть.
Лиля Павлику нравилась. Очень! Поэтому он рассказал о ней маме.
Соня, выслушав сына, предложила ему пригласить девочку к ним домой.
- Что нравится твоей Лиле? – осторожно спросила она.
Узнав, что одноклассница предпочитает книги, Соня радостно улыбнулась.
- Сын, так у папы прекрасная библиотека! Предложи Лиле её посмотреть, заодно выбрать что-нибудь из книг - почитать. Я уверена, что папа не будет против.
Но Павлик с мамой не согласился. Он сказал, что Лилю наверняка больше заинтересует новая игровая приставка, которую ему купил отец на прошедший день рождения. Тем более, Соня с последней зарплаты подарила ему игру «Чудеса на виражах» - этот мультфильм все девчонки в классе просто обожали.
Мама оказалась права! Эх… Зря он её не послушал!
Стараясь оставаться равнодушным, изо всех сил пытаясь скрыть своё разочарование, он сунул картриджи обратно в портфель и сел за парту.
Злата поднялась со своего учительского места и строгим взглядом обвела класс.
Ребята мгновенно присмирели.
- Очень похвально, Рыжов, что ты не стал дальше развивать тему вранья. Иначе мне пришлось бы уточнить, на каком основании твои родители разрешают тебе так много времени проводить у брата и вместо уроков играть в игры. Почему я сделал такие выводы? – лицо Златы приняло ироничное выражение. - Если бы ты сконцентрировал внимание на учёбе, то не поймал бы сегодня «двойку» по русскому языку. А вчера – по математике. Учись у Озеровой – книги действительно интереснее!
Злата никогда не призналась бы сама себе, что была раздосадована новостями о Соне.
Как ни странно, но с момента её возвращения в родной город именно Соня стала у Златы психологической отдушиной, некой воображаемой «девочкой для битья». Раньше, когда она жила с Георгием, она вовсе о ней не вспоминала. Даже мысли не проскакивало.
Зато сейчас, когда время от времени она видела её и Семёна, мысли о том, что эта «бледная моль» не заслуживает выпавшего ей счастья, как ядовитые осы, постоянно жалили мозг, который и так взрывался от мыслей о произошедшей с ней несправедливости.
Дементий так больше и не появился. Бросил её тут одну!
Может быть, он и вовсе погиб, давно лежит где-нибудь в лесополосе, убитый своими же приятелями…
От этой мысли становилось совсем тошно.
Неужели так будет всегда?! Тяжелая, забирающая много сил и времени, неблагодарная работа, чужие дети, этот дом, одинокий, темный и – никакого просвета?...