- Ну? – грозно рыкнула она своим громовым голосом бывшей учительницы с 40-летним стажем. Оглядев всю перемазанную и пыльную ремонтную бригаду, баба Люба продолжила, уперев одну руку в бок:
– И кто мне объяснит, что у меня здесь происходит?!
Упереть в бок вторую руку ей мешала авоська, весьма на вид тяжелая, однако мощная баба Люба держала её, словно маленький ребёнок плюшевого мишку.
- Ой-ой… - снова сказал Семён и подскочил к соседке. – Не волнуйтесь, баба Люба, не волнуйтесь! Это мы тут небольшой ремонт устроили. Соня скоро из роддома возвращается с малышом, я хотел сюрприз устроить, переделать одну комнату в детскую. А одному не по силам, вот позвал ребят помочь. Мы случайно стремянку уронили. Честное слово!
Оправдывающийся Семён выглядел школьником.
Соседка вдруг широко улыбнулась и её глаза за круглыми очками с толстыми линзами тоже заулыбались.
- Да будет тебе, Семён, оправдываться. Мы не на уроке, а ты не пионер, который в учительской стекло разбил.
Она вдруг хитро-хитро спросила:
- А может, признаешься всё-таки, кто из вас стекло-то грохнул? Нет, ну чисто из интереса спрашиваю…
- Да я это был, Любовь Григорьевна, – вдруг сказал Серёга, и потупил глаза.
- Вот сорванцы! – Во весь голос захохотала соседка, - я так и знала, что это ты! Но приятели твои так тебя защищали, что у меня рука не поднялась… А может, надо было, а? За ухо и к директору?
Всё её крупное тело заколыхалось от смеха.
- Это надо же! Столько лет прошло, а Семён молчал. Кремень! Молодец! Уважаю! Вы вот что, - заговорила она спокойнее, переложив авоську из одной руки в другую, - имейте в виду: клеить будете - форточку закрыть! И потом несколько дней после оклейки не открывать! Сквозняка быть не должно .
Она задумалась и посмотрела на авоську.
- Будет влажно, но пусть так и сохнет. Мебель, занавески, ажур там всякий - это всё позже сделаете. Отопление хорошее, просохнет быстро. А вы, как закончите, поднимайтесь ко мне.
Она махнула рукой в сторону верхнего этажа.
- Вы же голодные наверняка, а у меня такой холодец! Эх, такой холодец – пальчики оближешь! Знатный холодец. И пирожные. «Картошка»! – И она многозначительно посмотрела на Ларису со Златой. – Сама готовлю. Из печенья! Такое ни в каком магазине не купишь! Словом, жду!
И она принялась подниматься по лестнице, легко неся своё большое, крупное тело, размахивая на ходу плотно набитой авоськой, словно десятиклассница портфелем.
- Мда… Колоритная дама. – Подытожила диалог Злата, прищурилась и загудела, точно копируя голос:
– А когда это ты, Серёженька, окно разбил, аааааа?
И она пошла на Серёгу, уперев руки в боки, совсем как баба Люба.
Бедолага заорал, что так нечестно, и окно он разбил когда-то в глубоком детстве, в шестом классе. И нечестно ему, взрослому и солидному тренеру детской спортивной команды по борьбе, напоминать о былых прегрешениях.
Но молодые люди уже вошли в раж и остановились, только когда устроили кучу малу, зажав несчастного Серёгу в углу и защекотав его до икоты.Это был его ужасный и страшный «не спортивный секрет» – Серёга боялся щекотки. Очень!
Насмеявшись и навозившись, молодые люди снова приступили к работе. Дело двигалось быстро, и вскоре стены покрылись новыми обоями, новые плинтуса закрыли огрехи неровной оклейки внизу, а вымытые полы засверкали чистым линолеумом.
Оставалось вымыть окна, повесить карниз и новые занавески, принести мебель. Но всё это было отложено на несколько дней. К советам бабы Любы стоило прислушаться.
Однако мебель подготовили - мужчины отправились вниз выбить на снегу обивку на креслах, Лариса, накинув зимнее пальто с кроличьим воротником, отправилась проконтролировать процесс:
- А то в снежки ещё начнут играть, - пояснила она Злате, - или по сугробах будут валяться. Вместо работы!
А Злате было поручено тщательно протереть старый, но очень уютный торшер, который предназначался для детской в нагрузку к креслам.
Девушка вооружилась тряпкой. В квартире теперь было тихо, и только снизу из-за окна едва слышались крики и весёлый гомон.
Внизу у светильника, под специальной полочкой для книг, была металлическая треугольная сетка для газет. Там лежала какая-то книга и несколько журналов «Здоровье» за 1986 год. В одном из них торчала в виде закладки новогодняя открытка.
Злата бегло просмотрела открытку.