Девочка счастливо вздохнула и снова принялась за дело: «Дорогие дядя Николай и тётя Лида»…
Открытки подписывались всем родственникам в обязательном порядке. Текст мог быть одинаковым, но поздравление должны получить все! Это правило в семье было непререкаемым, а традиция нерушимой. Отсутствие поздравительной открытки на любой праздник замечалось всеми, «покрывалось позором» и передавалось из уст в уста по семейной цепочке родственников.
Для этих целей (чтобы никого не забыть) - использовалась мамина записная книжка с именами, подробными почтовыми адресами с индексами и телефонами всей родни.
Дальним родственникам, которых девочка едва знала, она обычно писала один и тот же поздравительный текст. А вот тем, кого знала лично, добавляла строчку-другую от себя.
В этот раз брату Семёну с женой она написала: «Желаем скорейшего пополнения семьи здоровым и красивым малышом!»
После этой фразы она задумалась.
А она сама кто такая будет этому не родившемуся ещё новому родственнику? Так. Семён – её двоюродный брат. А его ребёнок ей тогда кто?
- Мама! - Снова позвала Верочка.
– Вот скажи, ребёнок, который родится у Семёна и Сони, он мне кто? – снова задала она вопрос матери, когда та отвлеклась от приготовления ужина и снова зашла в комнату.
- Давай подумаем. – Светлана Владимировна присела на софу, вытянула усталые за день ноги, пользуясь удачно подвернувшейся минуткой отдыха.
Она подняла глаза вверх,
- Ну… если двоюродный брат, то, получается, его ребёнок – твой двоюродный племянник! Или племянница.
- Это что же получается, я стану тётей, что ли? – недоверчиво покосилась на неё дочь.
- Получается, что так. Ты будешь малышу двоюродной тёткой! – Светлана Владимировна хихикнула, как девчонка-школьница. – Будешь такой строгой, ответственной, купим тебе шляпу с цветочками, чтобы ты соответствовала важному статусу. И зонтик. Непременно нужен зонтик!
- Какой ещё зонтик? – фыркнула Верочка, и так уже представив себя в шляпе с цветочками.
- А как же? – покатилась со смеху Светлана. – Ты же хотела в будущем учительствовать и воспитывать? Вот и начнешь уже сейчас. Будешь, как Мэри Поппинс! Ты же фильм недавно видела – «Мэри Поппинс, до свидания». А у неё был зонтик! И в книге, и в фильме. Наверное, для воспитательных целей!
Светлана рассмеялась и запустила в дочь диванной подушкой-думкой, подхваченной с софы.
- Ах ты так? – завопила Верочка, и кинула подушку обратно, метко угодив матери прямо по уху. Та, хохоча, отправила подушку обратно. Снаряд прошелся прямо по синему банту на заколке-невидимке на Верочкиной голове, и бант тут же съехал набекрень.
Вернувшийся домой в этот момент Виктор застал их обеих растрепанными, задыхающимися, метающими друг в друга по очереди подушку и уже подвывающими от неудержимого хохота.
- Сюрприиииииз! Я хлопушки купил! Много! – громко сказал он и, потянув за короткую веревочку. взорвал одну.
Жена с дочерью разом ойкнули и принялись ползать по полу в поиске бумажной маски, которая непременно должна была вылететь из хлопушки.
- Нашла! Нашла! – закричала первой Верочка и принялась разворачивать бумажный сверточек, перетянутый тонкой резинкой.
Это оказалась маска поросёнка.
Виктор со Светланой переглянулись, и оба покатились со смеху, так смешно выглядела дочь - взлохмаченная, со съехавшим на одно ухо бантом, с конфетти, застрявшими в волосах, и в розовой маске с пятачком.
После ужина Верочка снова выписывала своим каллиграфическим почерком очередное приветствие: «Дорогие дядя Толя и тётя Света…»
За окном изредка хлопала хлопушка – это проводились «предновогодние испытания».
Скоро будет наряжена ёлка, приедут гости…
Предновогодний город сиял огнями, снег скрипел, незнакомые люди на улицах поздравляли друг друга: «С наступающим вас!», в магазинах пахло шоколадом и мандаринами, а ещё – кедровыми орехами…
Нет, всё-таки – счастье определенно есть!...
__________
*товарка:устар. - подруга
** Герма;нская Демократи;ческая Респу;блика (ГДР) (нем. Deutsche Demokratische Republik, DDR); неофициально также Восто;чная Герма;ния (нем. Ostdeutschland) — социалистическое государство, существовавшее на территории Центральной Европы, в период с 7 октября 1949 года до 3 октября 1990 года.
Глава 33.
Поздняя осень кружила над городом желтыми листьями. Они шуршали, взлетали и снова падали, устилая дорожку сквера резной прелестью затейливой природы. Установилась тёплая и солнечная погода – несколько дней покоя для засыпающих деревьев, а потом похолодает, и порывы ветра будут рьяно срывать последние пожелтевшие, скрученные первым морозцем листья. Но самые стойкие, упорно цепляясь за родные ветки, будут ещё долго сопротивляться неизбежному, и продержатся до самого снега…