Вывалив всё содержимое на середину комнаты, муж начал яростно пинать тряпичный комок ногами. Вещи полетели во все стороны. Свернутая рубашка приземлилась на спинку дивана, а остальное Игорь распинал по всем углам комнаты.
- Видел я твой вкусный ужин, знаешь где? – грубо выкрикнул он, устремляясь в коридор и натягивая на себя пальто. – Ночевать не приду. Не хочу лицезреть твою кислую мину!
При этом он аккуратно повязал шарф, взял перчатки, сунул ключи в карман, педантично и абсолютно спокойно проверил, на месте ли бумажник и вышел, так и не дав сказать онемевшей Ольге ни слова.
***
Было около одиннадцати вечера, когда наплакавшаяся до искр в глазах Ольга наконец-то перестала рыдать.
Пока плакала, она успела убрать все результаты погрома, учиненного рассерженным мужем. Собрала раскиданные вещи, застирала пятна на скатерти, убрала еду… Желудок предательски урчал, поскольку Ольга так и не пообедала, увлекшись приготовлением ужина для Игоря. Так, выпила немного кефира. Завтрак тоже у неё вышел сегодня «чисто кофейный», поэтому желудок, живший своей, отдельной жизнью, требовал еды, раз уж его так раздразнили к вечеру вкусными запахами.
Но есть было невозможно. Ольга проглотила пару кусочков картофеля, так и не ощутив никакого вкуса, просто для того, чтобы угомонить забастовку, бушующую в животе.
И что теперь?
Она не предполагала, что невинная просьба нарезать хлеб вызовет такую бурю негатива. Ведь она не имела в виду ничего плохого, вовсе не заставляла Игоря быть кухаркой. Что за глупость?
Конечно, муж перенервничал на работе, а она, по недостатку своего образования совсем ничего не понимает, когда Игорь рассказывает о своих делах. Хотя, собственно, он уже и не рассказывает.
После их новогодней ссоры Игорь обещал, что не будет больше её обижать. Извинялся. Это было так искренне. У него тогда даже уши горели, так ему было стыдно – она же видела это раскаяние, слёзы в глазах.
Как же тогда его обещание? Неужели её проступок настолько ужасен, что нужно было так кричать и скандалить? Достаточно было просто сказать, чтобы впредь она не обращалась к нему с подобными просьбами и делала всё исключительно сама. Ольга бы поняла. Она же «человек разумный», как говорили когда-то на уроках в школе.
Что же делать? Ей так плохо. Позвонить Соне? Рассказать о том, что происходит?
Нет-нет-нет! Признаться, что её Игорь, которым она так восхищалась – на самом деле не такой идеальный? Признаться в том, что он может её вот так просто обидеть, даже унизить? И услышать в ответ: «Тебя предупреждали, что ты слишком торопишься, слишком мало его знаешь…»? Это абсолютно невозможно!
Да и потом, у Сони сейчас своих забот хватает. Ей рожать скоро. Она будет переживать, стремиться помочь, защитить. И Семён ввяжется обязательно, будет конфликт, Игорь ещё и друзьям жизнь испортит…
Но так тяжело, когда даже не с кем поговорить.
Она пробовала звонить маме. Рассказала ей про новогодний инцидент. Но вместо поддержки получила лишь: «А ты как хотела? Замужем – это не всегда пряники. Бывает и кнут. Тебя никто насильно замуж не гнал – сама пошла. Не ты первая, не ты последняя, терпи! Правильно тебе муж сказал, нечего с такой женщиной, как эта Лариса, дружбу водить!»
Тут Ольгу вдруг осенило – Лариса!
Вот с кем можно поговорить. В конце концов, она единственная из всех знакомых мужа отнеслась к ней по-человечески. Любовница? Ну и ладно. Каждый для себя сам выбирает, как жить. Не ей осуждать Ларису или вмешиваться в её дела.
Только нужно сделать так, чтобы Игорь ничего не узнал.
Ольга судорожно принялась рыться в косметичке. Она помнила, что сунула номер куда-то туда. Наконец, открыв пудреницу, которой почти не пользовалась, обнаружила клочок бумаги с номером телефона.
Только уже поздно. Вдруг Лариса не ответит?
Но если Ольга с кем-нибудь не поговорит, она просто сойдет с ума!
Женщина кинулась к телефону, дрожащими от нервного напряжения пальцами набрала номер. Длинные гудки, казалось, продолжались целую вечность. Один, второй, третий, четвёртый… Наконец, женский голос в трубке пропел:
- Алло?
Ольга от волнения забыла, что хотела сказать и молчала.
- Вы будете говорить, или играть в молчанку? – Всё также томно проговорила трубка. – Кто это? Ну… Не хотите разговаривать, зачем тогда…
- Это Ольга. – Выдавила Ольга из себя наконец-то первые два слова.