- Какая такая Ольга? – Приятный голос звучал явно скучающе и довольно безразлично.
- Жена Игоря. – Ольга с трудом проглотила комок в горле, чтобы произнести очередные слова.
И тут трубка оживилась:
- Ооооооо… Так быстро? Не ожидала. Думала, что ты продержишься дольше.
Ольга не выдержала, глаза снова наполнились слезами.
- Я не знаю, что мне делать. – Всхлипнула она в трубку.
- Прежде всего – перестать реветь, как белуга. – Голос Ларисы прозвучал вдруг довольно резко. – Боже мой, где же вас, таких наивных, делают-то? В какой глуши?
Ольга промокнула глаза салфеткой и сглотнула, пытаясь сделать так, чтобы голос не дрожал.
- В городе Н. делают. – Вдруг твердо сказала она, но голос снова предательски задрожал. – Мне надо поговорить. Но не с кем.
- Понимаю. Я это и предполагала. – Хмыкнула в ответ трубка голосом Ларисы. – Так, подруга, завтра я работаю с обеда, начальник мой по делам уезжает, разрешил выйти позже. В девять часов жду тебя. Живу рядом: прямо через сквер, потом направо, и на следующем перекрестке – налево.
Она назвала адрес.
- Запомнила? Всё. Все подробности завтра. Советую выпить валерьянки и лечь спать. Если сможешь спать, конечно. Ладно, не раскисай. Не ты первая, не ты последняя, - повторила Лариса материну фразу и отключилась. В трубке раздались короткие гудки.
Ольга положила трубку и в изнеможении опустилась на диван. Правильно ли она сейчас сделала?
Игорь ясно дал ей понять, что Ларису. Мягко говоря, недолюбливает. Терпит только из-за того, что она любовница нужного ему человека. А она втайне от мужа пойдет завтра к этой женщине домой. Вдруг получится только хуже? Хотя, куда уж хуже-то…
По мнению Игоря и кухарка из неё никакая, и физиономия у неё кислая.
Ольга посмотрела в зеркало. Да уж. Заплаканные глаза, растрепанные волосы и красный нос. Та ещё «кислая мина».
Ладно. Что сделано, то сделано.
Ольга решительно открыла пузырёк с таблетками валерьянки. Вытряхнула на ладонь две штуки. Потом подумала и добавила ещё одну. Проглотив сладковатые пилюли, запила их водой.
Завтра утром Игорь вряд ли зайдет домой, где бы он там ни был. Отправится сразу на работу. Значит, можно поставить будильник на восемь.
Ольга прилегла на диван и укрылась пледом.
Видимо, усталость взяла своё, и, уже в полусне, Ольге привиделась покойная бабушка.
Она сидела рядышком, гладила её натруженной узловатой рукой по волосам и всё приговаривала: «Бедная ты моя внученька… Бедная ты… Бедная… »
Глава 40.
Утром Ольга чувствовала себя неважно.
Ей удалось поспать, но она всё равно ощущала тяжелую, словно свинцовое грузило, усталость. Глаза «порадовали» припухшими веками, а тело было непослушным, как будто чужим.
Собирая сумочку, она сунула в неё ручку и блокнот. Зачем? Сама не знала. Ольга чувствовала себя, словно шпионка из иностранного фильма.
Эмоции переполняли, наслаиваясь одна на другую, и женщина не понимала, какая из них сейчас важнее – страх или желание что-то предпринять. Временами её колотила нервная дрожь, она чисто инстинктивно чувствовала, что с мужем что-то не так. Произошедшее вчера ввергло Ольгу в настолько большой шок, что она словно увидела всё со стороны…
Вот Игорь устраивает скандал в очереди из-за сока… Вот он буквально заставляет её выбрать некрасивое свадебное платье… Отчитывает за малейший промах, словно первоклашку на уроке… В голове зазвучал голос Елены: «Вы не замечаете ничего странного?»… Вот Игорь поправляет коврик у двери, разглаживает на скатерти случайную складку, вешает полотенце строго посередине держателя… Его издевательское: «О! Ларочка! Решила освоить новую профессию – теперь в официантки метишь?»…
Образы мелькали и мелькали, и Ольга с ужасом начала осознавать, что вышла замуж за человека, которого совсем не знает.
Почему она решила, что Игорь любит её? Потому что он был красив, дарил подарки и позвал замуж? А если на самом деле это не так? Мысли кружились и кружились, словно вихрь, танцующий со снежинками во время метели.
Положив в сумочку ключи, Ольга опять задумалась.
Ей было страшно – вдруг Игорь всё-таки узнает, что она нарушила его категорический запрет? Что тогда будет?
И всё же, несмотря на нервозность, её разбирало чисто женское любопытство – а как живут любовницы?
Может, это какая-нибудь особенная квартира, как на иллюстрациях в заграничных журналах, где мраморная ванна в полу, а кровать – ложе, размером в половину комнаты?
Вот несуразная, о чём она только думает? Хотя это просто нервы, нервы…
Ольга почувствовала, как предательски дрожат кончики пальцев. Её бросило в жар, сердце гулко-гулко застучало. Потом, наоборот, стало холодно, она поплотнее закуталась в шарф, надевая пальто.