Соня погладила мужа по плечу:
- Я постараюсь…
***
Проводив Семёна, Соня подошла к телефону и набрала домашний номер Славика, надеясь, что он ещё не успел убежать на свой склад.
- Слушаю! – Услышала она в трубке торопливый мужской голос. – Кто это?
- Слава, это Соня! Привет! – Женщина немного волновалась. – Я понимаю, что это звучит странно, но ты не смог бы сегодня подойти к нам? Я в обед иду с Павликом на прогулку, и мне очень нужно с тобой поговорить. Нет, не волнуйся, ничего не случилось. Просто есть разговор. Тебе не сложно будет отлучиться с работы в обеденный перерыв?
- Да, Соня, конечно, без проблем. Подойду. Мне все равно нужно будет кое-куда съездить по работе. А это как раз по пути, так что буду. Во сколько? В час? Да, хорошо, договорились.
Соня положила трубку и задумалась. Она решила не говорить ничего Семёну и побеседовать с Сергеем и Станиславом – для начала. Вдруг кто-то из них в курсе, что это за записка? Если это так – она это сразу увидит. И дальше будет действовать по обстоятельствам. Приняв это решение, она наконец немного успокоилась.
Посмотрела на себя в зеркало. Боже мой! В кого она превратилась?
Пока Павлик спал, Соня успела принять душ. В обед предстояло очередное испытание под названием: «Собери сына на прогулку».
Павлик был спокойным ребёнком. Плакал мало, и всегда по делу.
Это касалось всего, кроме прогулок. Почуяв, что его сейчас будут одевать во многочисленные одежки, включая шапочки, Пашка морщил личико и начинал реветь. Соня быстро, как могла, стаскивала вниз коляску, колеса которой подпрыгивали на каждой ступеньке, возвращалась в квартиру одевать вопящего сына.
Как только Павлик оказывался на улице – тут же замолкал и через пять минут спал глубоким младенческим сном, выплюнув пустышку. После прогулки ситуация повторялась, но тут уже Соня не торопилась. Оставляла коляску внизу, несла сына домой, раздевала, и потом возвращалась за средством передвижения, затаскивая его в квартиру и чувствуя себя бурлаком на Волге с известной картины Репина.
Так было и сегодня. К обеду распогодилось, выглянуло солнце. На улице сын сразу уснул, а она, усевшись на лавочку и подставляя лицо легкому весеннему ветерку, наблюдала за синичками у кормушки с семечками. Птахи звонко «пинькали» и чувствовалось, что они точно знают – весна началась!
Станислав подошел вовремя.
Улыбаясь, он протянул Соне леденец - коричневого петуха на палочке.
- Это – маме! - Произнес он торжественно. - А это…
С видом фокусника мужчина порылся в сумке и извлек небольшую деревянную машинку-грузовик.
- Это сыну! – закончил он фразу и присел рядом с Соней на лавочку.
Соня неловко молчала, не зная с чего начать разговор. Наконец решилась:
- Слава, извини, что отрываю от дел. Хотела лично поблагодарить тебя за то, что помогал Семёну с обустройством детской. Я хорошо понимаю, что такое личное время свободного молодого человека. – Соня с хитринкой посмотрела на него.
Мужчина удивился.
- Пожалуйста! Для этого и нужны друзья. Вот скажи, а ты бы разве не помогла, если бы у меня была такая же ситуация? Разве Семён не помог бы? Но ведь ты не из-за этого меня хотела видеть, правда? Не потому, что хотела просто сказать «спасибо»?
И Станислав аккуратно поставил портфель рядом с собой.
- Давай рассказывай, что произошло.
Вместо ответа, Соня полезла с карман и протянула мужчине сложенную вчетверо записку.
- Вот.
Станислав развернул лист, прочел, и его лицо внезапно сделалось пунцовым.
Соня внимательно наблюдала за ним.
- Где ты это нашла? – спросил молодой человек смущенно.
- Она была в одном из журналов. – Соня посмотрела на него. – Ты ничего не хочешь мне рассказать? Того, о чем я не знаю?
Спросила нарочито спокойно, но в душе творился полный хаос. Она так боялась услышать ответ. По жестам мужчины, по тому, как быстро его лицо залил румянец – она сразу увидела, что он что-то знает.
- Сонечка, прости меня. Но это моя записка. – Видно было, что это признание даётся Станиславу с трудом. - Вернее, она написана мне. Я понимаю, что ты могла подумать, но Семён тут совсем ни при чём.
- Хорошо, а как она попала в журнал? – Соня смотрела мужчине в глаза.