- Ты что здесь делаешь? - прорвало Катю. Она что-то процедила сквозь зубы и двинулась к Кириллу. - Ты где должен быть?
- В садике, - низко опустив голову, тихо прошептал Кирилл. Не зная, куда деть руки, он начал дергать нижние завязки на куртке.
- Да, ты должен быть в садике, - она тяжело задышала и кинулась к своему заряжающемуся мобильному. Видимо, поставив разрядившийся аппарат на зарядку, Катя забыла его включить. - Только почему тебя там нет? Чем ты думал?
Неожиданно резко Катя повернулась к Подольскому, так что взметнулись белоснежные полы халата, и гневно взмахнула руками.
- Ну ладно он. Ты то зачем его забрал? Поиграть захотелось? Ты хоть понимаешь, что это ответственность?! Как они тебе его вообще отдали?
- Кать, успокойся, - попробовал второй раз Миша. - Ничего страшного не случилось...
- Не случилось? - истерично выкрикнула Катя, и Подольский с Кириллом шпионски переглянулись. - Ты понимаешь, что говоришь вообще? Ты забрал чужого ребенка! Вдумайся просто! А если бы твоего ребенка кто-то незнакомый с улицы приехал и забрал?
Подольский решил сейчас не заострять внимание на том, что своих детей у него как бы нет. Да и вряд ли Кате сейчас нужно слышать такое жалкое оправдание. Да и не незнакомый он, в конце концов.
- А если бы что-то случилось? - продолжила сокрушаться Катя, мечась между ними двумя. - Ты понимаешь, что я иду на работу с мыслью, что мой ребенок под присмотром? Именно в том месте, в котором я его оставила!
- Ну...ничего же не случилось?!
- Я должна радоваться? - язвительно уточнила она. Кирилл что-то промямлил позади них, но тут же замолк под гневным взглядом Кати. - А с тобой мы дома поговорим!
- Кать...
- Кирилл, я все сказала! - Катя сдула мешающую прядь, а потом подошла невозможно близко к Мише. Больно ткнула пальцем ему в грудь и прочувствованно, так чтобы он осознал серьезность его слов, произнесла: - Я многое могу понять, Миша. Но это не дает тебе право вот так срывать ребенка! Ясно тебе? Ты хоть представляешь, что могло произойти?
- Ты можешь успокоиться и помолчать хоть минутку? - на его лице не дрогнул ни один мускул, в противовес Кате, которую слегка потряхивало, то ли от страха, то ли от гнева. - Прекрати истерику.
Кирилл из-под насупленных бровей за ними наблюдал и шумно дышал. И на всякий случай втянул голову в плечи, так как был не совсем уверен, прошла гроза или буря еще впереди.
- Мне позвонил Кирилл и попросил его забрать.
Красивый рот, сжатый в тонкую линию, потрясенно приоткрылся.
- Что попросил?
- Забрать, - терпеливо повторил Миша.
- Стой-стой-стой, - она замахала руками, как ветряная мельница, и неверяще покачала головой. - Как позвонил? Ему четыре года только. И куда бы он позвонил?
- Он у меня в машине визитку взял, а потом попросил воспитательницу позвонить.
Все негодование с девушки схлынуло, оставив ее растерянной и переваривающей факты. Она выглядела по-настоящему потрясенной и. наверное, не до конца ему верила.
- И попросил забрать? - Подольский утвердительно кивнул. Катя все равно продолжала упрямиться: - Ладно, допустим. Но его не должны были с тобой отпускать. Это что получается, кто-то придет и они моего ребенка всем подряд будут на руки отдавать? - ее злость миновала их с Кириллом, но перекочевала на бедных воспитателей. Катя включила свой мобильный и стала искать номер центра. - Да я их всех сейчас...
Подольский ловко перехватил телефон и нажал "отмену".
- Ты что делаешь?
- Ничего хорошего из твоего звонка не выйдет.
- Предлагаешь мне все так оставить? - взвилась она и попробовала вырвать у него телефон. - Отдай!
- Когда успокоишься, - пообещал он честно, и спрятал мобильник во внутренний карман. - Кать, правда.
Она была не согласна с ним, и если бы не ребенок, стоявший позади, многое бы сейчас сказала. А так Кате приходилось сдерживать все гневные слова и ругательства, которых, судя по раскрасневшимся щечкам, у нее накопилось немало.
Она еще долго рвала и метала, нарезая круги по небольшой комнате, правда, на Подольского старалась не обращать внимания. Зато Кириллу влетело по первое число. И грозное "дома мы с тобой так поговорим, так поговорим" по-прежнему витало в воздухе.
Ребенок же бочком-бочком подбирался к Мише, а подобравшись, спрятался за него и терпеливо пережидал гнев родственницы, чувствуя себя в безопасности и под защитой.
Подольский мысленно усмехнулся, глядя вниз на русую макушку. Вот оно ему надо? Мало того, что пришлось менять устоявшийся распорядок дня, заниматься немыслимыми и нелепыми делами, так он еще каким-то боком оказался крайним и сейчас старательно огребал. По логике вещей должно разозлить. Не разозлило. И не возникало дискомфорта, когда он наблюдал за происходящим.