- А я ничего не говорю, - я к плите отвернулась, но даже так напряжение и испытующий тяжелый взгляд Зои Павловны ощущала.
- Я тебя предупреждала, между прочим, - не смогла удержаться несостоявшаяся свекровь. Хоть мы с Митькой не разбежались еще, это было всего лишь вопросом времени, и мы с ним оба это осознавали. Как и Зоя Павловна, впрочем. - Я с самого начала знала, что у вас с ним никогда нормальной семьи не выйдет. И тебе говорила, но ты же умная, вся из себя.
Одно дело знать, а другое - слушать о своей жизни, как о какой-то не стоящей внимания вещи. Тем более, от этой женщины. Я нож в руке сжала и стремительно развернулась лицом к женщине. Как бы то ни было, не имеет она права вторгаться мне в душу. Кто дал ей вообще право попрекать меня в чем-то? А глядя на то, как она самодовольно смотрит на меня, уверенная в своей правоте и победе, становилось тошно. Если бы не Кирилл, присутствие которого в квартире меня сдерживало, я бы сейчас такой разбор полетов Митькиной матери устроила, что та сто раз бы пожалела, что вообще со мной разговаривать начала.
- Не надо меня вот только во всем обвинять, хорошо? - резче, чем нужно было, отбрила я. - И вас, при всем моем уважении, наши дела с Митькой не касаются.
- Как это не касаются? - начала заводиться женщина, с каждым словом повышая голос. - Это мой сын, вообще-то! Если нечего возразить - молчала бы тогда лучше. Я и тогда тебе говорила, и сейчас повторю если до тебя так туго доходит! Против тебя лично, я - ничего не имею. Но с Митькой вы не пара были. И ничего у вас бы не вышло!
- А "непарой" мы стали, когда вы узнали, что у меня детей быть не может? - едко переспросила я, тоже не в состоянии успокоиться и взять себя в руки. Вот чувствовала я, не зря его мать притащилась сегодня. Мне и так тяжело постоянно в таком аду жить, а она приехала еще на мозги покапать. В чем, к моей досаде, преуспела.
- Не перекладывай с больной головы на здоровую! - прикрикнула на меня Зоя, гневно поднимаясь с табуретки и упирая руки в бока. - Я ни в чем не виновата, ясно тебе? Я к вам никогда не лезла и не мешала!
- Да вы все сделали, чтобы мы с ним разругались! Скажете нет? Вы думаете, я слепая совсем?
- Знаешь, Кать, - она глаза сузила, с головы до ног меня осматривая, а мне так противно и в то же время жутко под ее взглядом сделалось. А еще стыдно, сама не знаю почему, - я была о тебе лучшего мнения. Правда. Думала...да какая теперь разница, что я думала. Только вот, как бы ты меня ни обвиняла, виновата ты сама. И только ты. Сколько ты моего сына лет знаешь? Шесть? Семь?
- И что из этого? - огрызнулась я и еще противнее стало. Стою здесь, в тесной кухоньке, рычу как шавка какая-то. А рычат только те собаки, которую силу и правоту чувствуют, и им ничего не остается, только как бессильно скалиться.
- Он не такой человек, который просто развернется и уйдет. И ты этим всегда пользовалась. Все проблемы на него свои навешала, - я вздрогнула и даже дышать перестала, широко глаза раскрыв и уставившись на убежденно кивающую женщину. Она так это уверенно сказала, что сложно даже было усомниться в ее словах. И мне не по себе стало. Очень. - Я все понимаю, но разве он тебе должен что-то? Зачем ему все это, когда он спокойно жить может?
- Я не просила ни о чем, понятно?! - истерично взвилась я, почти подпрыгивая на месте. - И сына вашего я не держу. В любой момент пусть уходит, ради бога. И Кирилла я ему не навязываю! Никогда я ему ребенка не навязывала. Один раз попросила посидеть, пока я в магазин сбегаю, чтобы ему поесть приготовить?! Все! Кошмар! Я его чужого ребенка воспитывать заставляю!
- Катя...
Я со всей дури нож в раковину кинула, и неприятный стук металла по металлу по нервам бил. Плевать. Грудь под тонким джемпером поднималась и опадала. И столько всего внутри - и гнев, и боль, и ярость. А самое противное - чувствовала я себя обманутой. Как будто меня за нос водили или еще что-то, я не могла описать, но хотелось и наорать на Зою Павловну, которая все у меня разбередила в душе, и убежать подальше, потому что ее слова в цель били. И больно.
- Жить я ему мешаю?! - зло, с ненавистью прошипела я, а Зоя - уж не знаю, что она в моих глазах увидела, попятилась и губы брезгливо и в то же время с настороженностью поджала. - Прекрасно. Пусть катится! Только пусть сам придет и скажет все в лицо. Завалила я его своими проблемами! Надо же!
- Ты себя неправильно сейчас ведешь, - осторожно отозвалась Зоя, с опаской за моими действиями поглядывая. Очевидно, она не планировала, что наш с ней разговор меня с катушек сорвет и поставит точку в отношениях с ее сыном. Исподтишка действовать - конечно, на мозги капать - пожалуйста, но выходить виноватой и вообще, хоть как-то причастной к нашему разрыву женщина не хотела. - Успокойся, в конце концов.