- Мы начнем по третьему кругу здороваться? - мягко уточнил Михаил. - Или уже закончим с приветствиями?
Катя почувствовала, как от притекшей крови закололо щеки. Девушка поспешно отвела взгляд и сделала вид, что высматривает автобус.
- Давайте закончим. Если честно, то я спешу. Извините.
Михаил оглянулся через плечо, осмотрев длинный затор и не заметив ни одного автобуса, снова повернулся к ней.
- Такими темпами вы никуда не успеете.
- Всегда остается метро.
- Давайте я вас подброшу, - решительно произнес Михаил, заставив девушку недоверчиво сузить глаза. - Что вы так на меня смотрите?
- Ничего. Но мне не нужна ваша помощь.
Чтобы продемонстрировать уверенность и серьезность своих слов, она отступила на шаг назад и, если бы не сумка с пакетом, достаточно ощутимо оттягивающие руки, то непременно бы скрестила руки на груди. А так просто сунула их в карманы и нахохлилась, всем видом давая понять, что не испытывает радости от его присутствия рядом.
Брови Михаила хмуро сошлись на переносице, когда он услышал Катин отнюдь не дружелюбный и вежливый ответ. Если бы девушка была чуть более решительной и чуть менее воспитанной, то она бы сказала все, что думает о нем и его помощи ни с того, ни с чего. Но и мужчина дураком не был, так что это и не требовалось.
- Да бросьте, Катя, я вас не съем. Давайте я вас подвезу, мне совсем нетрудно.
- Еще скажите, что по пути!
Он пожал плечами.
- Все возможно. Слушайте, я не маньяк какой-то, а вы тут еще с час будете стоять, - тоном, словно уговаривает маленького ребенка не совать пальцы в розетку, уговаривал Михаил, подняв воротник темно-серого пальто. - До своего метро вы еще идти полчаса будете. Правда, Катерина. Пойдемте.
- Можно подумать, если я с вами поеду, то пробка сама собой рассосется!
- Нет, но все равно быстрее, чем вы будете стоять здесь и мерзнуть. Все, пойдем.
Михаил властно потянул ее за левую руку, забирая темно-синий полосатый пакет, и пошел к своему автомобилю, ни разу не оглянувшись. Катя настолько растерялась, что послушно разжала ладошку, выпуская ручки пакетика, а теперь стояла и смотрела на широкую удаляющуюся спину.
Не орать же теперь на всю улицу? Тем более, вездесущие бабульки, стоявшие вместе с ней на остановке, с интересом косились на нее и уходящего Михаила. Тяжко вздохнув и передернувшись от очередного пробирающего насквозь порыва ветра, Катя поспешила следом.
Ситуация на грани абсурда, с ироничным смешком подумала девушка. Ехал бы он себе и ехал, так нет же, остановился...Да что остановился - увидел ее, вспомнил (вот уж достижение!), остановился и даже вежливо предложил подвезти. У него что, брат-близнец имеется?
Михаил открыл дверь своей машины и жестом предложил сесть. Образец обходительности прямо!
- Ну что, вам куда? - бодро поинтересовался мужчина, садясь на водительское кресло и отряхивая припорошенное снегом пальто. - Да ладно вам. Отомрите.
Катя назвала адрес развивающего центра и пристегнула ремень, краем глаза осматриваясь. Все было очень красиво, элегантно и дорого, но в машинах она совершеннейшим образом ничего не понимала. Они для нее делились на два вида: наши и "не наши".
По ногам потянуло приятным теплом обогревателя, и воздух казался особенно обжигающим и приятным после получасового топтания на месте, особенно по такой погоде.
Михаил начал осторожно объезжать затор, изредка косясь на нее, но задавать вопросов не спешил. И говорить тоже особого желания не выказывал. Катя же, чтобы постоянно не наталкиваться на него взглядом, отвернулась к окну, прислонившись лбом к стеклу.
- Вы согрелись? - заботливо спросил Михаил, протягивая руку, чтобы включить радио. Признаться, Катя ему была особенно благодарна за последнее действие - тишина очень давила. А о чем говорить - девушка просто-напросто не представляла.
- Да.
- Точно?
- Да, спасибо, все хорошо.
Миша удовлетворенно кивнул и пару раз щелкнул кнопками, чтобы найти нужную себе радиостанцию. Наконец, оставил в покое магнитолу, но снова пристал к ней.
- Вы злитесь?
Умник, правда? Как ему еще медаль за наблюдательность не дали.
- Да, - сдержанно кивнула она, изящно заправив завившуюся от мокрого снега русую прядь за ушко. - Злюсь. Вообще-то, Михаил...как вас там?
На ее откровенное пренебрежение и хамство мужчина лишь кашлянул, чтобы скрыть прорывающийся смешок.
- Иванович. Но сейчас можно просто Миша.