Выбрать главу

Я продвинулась дальше по кровати, а Дом поставил одно колено на постель и поймал мою левую ногу. Его пальцы плавно прочерчивали путь от стопы к колену, заставляя меня дрожать от мурашек и выгибаться всем телом.

- Такая нежная. Мне нравится, - произнёс он, целуя мою щиколотку, а затем голень. – Такая сладкая. Такая податливая.

С каждым словом он продвигался всё выше, сопровождая своё путь поглаживанием пальцев и поцелуями.

- И вся моя, - это было последнее, прежде чем он поцеловал мой животик, и спустился ниже, касаясь своим языком моего клитора.

Я выгнулась и застонала, а мои веки затрепетали, как крылья бабочки. А он продолжал свою пытку. Когда же я достигла оргазма, мир покинул меня, и я погрузилась во тьму.

 

***

 

Дом приподнял голову, когда Ира потеряла сознание, и отстранился от девушки, облизывая губы. Довольно улыбнувшись, он лёг около неё и принялся рисовать узоры пальцами по её нагому телу. Ему нравилось ощущать её рядом с собой. В его голову даже закралась мысль, что он мог бы всю жизнь просыпаться утром рядом с ней, и неважно, что через много лет она постареет, как, впрочем, и он, она всё равно будет для него желанной, как и прежде, то есть как сейчас.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Улыбнувшись этой мысли, он задел сморщенный сосок на её груди и снова облизал губы. Наклонившись к груди девушки и прихватив сосок губами, Дом втянул его в рот и немного пососал. О да, он добился желаемого результата. Ресницы девушки дрогнули и она, застонав, приоткрыла глаза и зарылась пальцами в его шевелюру, притягивая его лицо ещё ближе к своему телу, требуя ласки.

Улыбнувшись её голоду, он принялся уже губами изучать каждый миллиметр её кожи, наслаждаясь вкусом. Ира же выгибалась, вздрагивала от каждого его прикосновения, что только подстёгивало Дома к более активным действиям.

На мгновение, оторвавшись от Иры, он стянул с себя боксеры и откинул их куда-то в сторону. Усевшись на колени и устроившись между её бёдер, Дом наклонился к Ире, обхватил её за шею и притянул к себе. Она откинула голову назад и приоткрыла ротик, чем он воспользовался. Погладив её нижнюю губу большим пальцем, Дом поцеловал её глубоким и долгим поцелуем, после его встал на ноги, предоставляя ей всего себя.

Ира не стала медлить, а лизнула головку его члена, отчего Дом зажмурился и втянул с шумом в себя воздух. Она снова лизнула, и он зарычал. А когда она принялась ласкать его губами, при этом пробегая пальчиками по всей его длине, то он просто слетел с катушек. Дом зарылся пальцами в её русые волосы и принялся толкаться в её ротик, задерживаясь на доли секунды, при полном погружении.

Его не смущали слёзы, выступившие на глазах у Иры, когда он проникал в её ротик полностью, он ловил удовольствие, при этом теряя голову. Доменико Де Лука потерялся в ощущениях впервые за свою жизнь. Ещё никогда, ни с одной женщиной, а их было не мало, он не испытывал такого единения, такой целостности. И самое большее, что он мог сейчас для неё сделать, это не кончить ей в рот. У него были другие планы. И именно поэтому, он сжал челюсти, и аккуратно оттолкнул от себя Иру.

Спустившись с кровати, он нашёл свои брюки и достал из кармана наушники. Да. У него были планы на эту вещицу и Иру, очень большие планы. Повернувшись к Ире, Дом хищно улыбнулся и вернулся к ней. Забравшись на кровать и встав над девушкой, Доменико с минуту рассматривал ей, а после уселся ей на живот и завёл ей руки над головой.

- Будь хорошей девочкой и не смей опускать руки, - приказал он, пока связывал её запястья наушниками, которые забрал у неё не так давно в лифте.

Но, похоже, у Иры было другое мнение насчёт хорошей девочки. Когда он переместился и теперь сидел между её бёдер, она дёрнулась, пытаясь освободить руки, и Дому пришлось схватить её за подбородок, отчего глаза у Иры зажглись недобрым огоньком.

- Не люблю, когда мне не подчиняются, - прохрипел он, забавляясь от того вызова, что промелькнул в её глазах. Это только подстегнуло его.

Снова завладев её губами, он ойкнул, когда Ира его укусила, и рассмеялся, потому что она улыбалась ему самой потрясающей и сексуальной улыбкой, какую только он видел у женщины.