Когда я выбилась из сил и откинулась на спинку кресла, Дом прикоснулся к моей руке, которую я тут же одёрнула.
- Успокоилась?
- Нет, - рявкнула я, смотря в окно.
- Значит, будем сидеть здесь и ждать, когда ты … - договорить ему не дал телефонный звонок. Дом достал телефон из внутреннего кармана и ответил на звонок, а я же сидела и гадала, кто ему звонил. Но почему-то больше склонялась к тому, что это снова была его невеста.
- Чего тебе? – холодно произнёс он. – Нет, я её ещё сегодня не видел. Может, она на работе. Нет. Зачем? – он замолчал, слушая своего собеседника. – Что тебе нужно от моей сестры, Алекс? – и снова замолчал.
Я сидела и косилась на него. А когда костяшки его пальцев побелели, я сглотнула.
- Я никогда не дам согласия на это. Да мне плевать, что она совершеннолетняя. Вики моя сестра, и ты ублюдок ни за что не получишь её, - и он бросил трубку.
Щёлкнул блокиратор, но я не торопилась покинуть салон. Притронувшись к его плечу, я вздрогнула, так как он вздрогнул. А потом его тихое:
- Иди.
Мне стало не по себе, но всё же я сделала, что он сказал. Выйдя из машины, я медленно двинулась в сторону лифта, чувствуя, что сейчас разрыдаюсь. Зайдя в лифт, я прислонилась к стене и прикрыла глаза. Этого мне ещё не хватало, опять плакать.
На первом этаже зашли сотрудники, которые о чём-то весело болтали, но я не вслушивалась. Моя голова была забита другим. Я понимала, что совершила страшную ошибку. Но если уж быть откровенной самой с собой, то я знала, что у него есть невеста, просто забыла.
- Как удобно, - фыркнула я, когда осталась одна в лифте, а потом вышла на своём этаже.
На обеде ко мне за столик подсел Никита. Он рассматривал меня какое-то время, а потом спросил:
- Что случилось?
- Ничего, - отмахнулась я.
Честно? Мне не хотелось сейчас ни с кем не разговаривать, я бы предпочла остаться одной и позаниматься самокопанием, но явно была не судьба. Сначала, Лариса что-то рассказывала, но поняв, что я не вникаю, оставила попытки что-то донести до меня, а теперь Никита со своими вопросами.
- Ты была с ним, да? – строго смотря на меня, спросил он, а я вздохнула и отвернулась.
Что я могла ему на это ответить? Врать не хотелось, но и говорить правду тоже.
- Значит, была. Что ж, похоже, он выигрывает пари.
- Что? – я даже замерла, думая, что мне послышалось. Но стоило мне посмотреть на расслабленного Никиту, я поняла, что не ослышалась. – Какое пари?
- Наше.
- Ваше?
- Да, мы поспорили на тебя. Похоже, он ведёт в игре.
Не знаю, но, похоже, я изменилась в лице, так как испуганный Никита наклонился вперёд и уже хотел взять меня за руку, как я поймала взгляд бледно-серых глаз. Доменико Де Лука стоял у входа в кафе и испепелял нас взглядом.
- Игра значит?
- Да, - ответил Никита и обернулся к входу. – Ир…
Я спокойно встал из-за стола, одёрнула футболку и улыбнулась Никите.
- Всё нормально, Никита. Игра так игра. В неё можно играть и втроём.
Я снова улыбнулась и пошла в сторону Дома. Он стоял напряжённый, и хотел что-то сказать, когда я проходила мимо, но я не дала ему и шанса, быстро прошмыгнув в коридор.
Весь оставшийся рабочий день, я старалась не отвлекаться от работы. А когда пришло время уходить, я быстро попрощалась с девочками и направилась к лифтам, совсем забыв, что обещала сама себе больше ими не пользоваться.
У лифтов стояла Алла Владимировна с очень красивой парой. Они разговаривали на английском, и мне не составило труда понять, о чём они.
- О, а вот наша ударница, - подмигнула мне Алла Владимировна, обращаясь к мужчине и женщине. – Ирина Орлова. Недавно пришла к нам на работу, но уже проявила себя как ответственный, трудолюбивый сотрудник.
Я робко улыбнулась на такую похвалу, при этом осматривая пару. Оба были брюнетами. Мужчина был гораздо выше женщины, но смотрелись они классно. Он обнимал её за талию, что могло значить, что они вместе. Оба красивые. Оба как будто сошли с обложки глянцевого журнала. У него были шикарные голубые глаза, обрамлённые пушистыми чёрными ресницами, на щеках была трёхдневная щетина, а губы кривились в ухмылке. А женщина покоряла своими задумчивыми серо-зелёными глазами и насыщенного красного цвета помадой.