Мечусь глазами по кафелю и плиточным стенам, пытаюсь избавиться от наваждения. Но сердце скачет галопом, под кожей вибрирует восторг, а мой "дружок" уже не против повторения. Я давно не испытывал такого удовольствия. Если не сказать - никогда... В ней ли только причина?
Адриана. Она ведь сейчас в комнате одна. Оставлять её там после первого физического шока как-то по-свински.
Моё лицо кривляется от чувства вины. Но я не могу выйти сейчас. Боюсь, что с языка сорвётся это унизительное: Останься...
– Да, парень, – шепчу своему отражению хмуро. – Похоже, ты попал.
Глава 7. Как это было?
Меня всё ещё колотит от пережитого. Потрясённая тем, что случилось и КАК это было неожиданно приятно, я пялюсь в потолок, глубоко вдыхая и выдыхая.
Филиппа нет уже больше пяти минут... Я не знаю, что заставило его сорваться с постели, точно ошпаренного. И не понимаю, что мне делать дальше... Я даже не могу думать о "дальше"! Кажется, время в этой комнате замерло, когда мы слились телами. Оставляя меня навсегда в том сладостном миге, где живо ощущение тяжести мужского тела на мне. Где взгляд не менее проникновенный, заползающий через сердце в душу. Где низменная боль и воздушная сладость. Где пригвоздившие к кровати ладони и благодарные ласки мягких губ... Я всё ещё там и не могу выбраться. И не хочу.
Но надо.
Заставляю себя сесть, прикрываясь покрывалом. Низ живота ноет. Я смотрю на свои ноги, не уверенная в том, что они способны сейчас работать. И замечаю влажное красное пятно на постельном белье. Мне становится дурно, не переношу запах и вид крови…
Появление в этот момент Филиппа, уже одетого в трикотажные пижамные штаны, лишает меня возможности думать здраво. И под его пристальным взглядом я выговариваю первое, что приходит в голову:
– Я испачкала простынь.
Он тихо смеётся, закатывает глаза.
– Не страшно.
Чувствую себя глупой и ничтожной. Ещё помню его слова в день нашего знакомства, одна из причин неприязни к девственницам: слёзы и эмоциональные перемены. Я не стану плакать. Вообще-то мне и не хочется. Наверное, самое правильное, что я могу сейчас сделать – это уйти. Дело-то сделано, верно?
– Ты вернёшь мои вещи? – убираю из голоса всю чувствительность, и слова звучат несколько холодно и грубо. Отчего впечатление создаётся, будто я занялась с ним сексом, только ради того, чтобы вещи вернуть… Вот идиотка.
Филипп облокачивается к косяку плечом. Его лицо выглядит озорным.
– Уже убегаешь?
– Ты против?
Мужчина подходит ко мне, встаёт на колени и достаёт из-под кровати нижнее бельё, сумочку и сарафан.
– Пожалуйста, – он кидает вещи на постель.
Не понятно, я его чем-то разозлила? Кажется, он разочарован. Ну да, ему вероятно пришлось несладко, ублажая неопытную девчонку…
Я отворачиваюсь и резко поднимаюсь на ноги. Как и ожидалось, меня тут же шатает. Филипп подпрыгивает ко мне и хватает за плечи.
Я смотрю на него с замешательством.
– Ты уверенна, что хочешь уйти прямо сейчас?
– Да. Только мне нужно… Привести себя в порядок. В ванной.
И неожиданно он берёт меня на руки. Испугавшись резкой смены положения, я цепляюсь всеми пальцами за его плечи, а одеяло падет с меня.
– Эй!
Мужчина несёт меня в ванную, не обращая внимание на то, как сердито я взираю на него. Не покидает навязчивая мысль, что он считает себя должным мне… Ха, а ведь сам говорил, что девочка к своему первому парню привязывается. А тут выходит наоборот? Нет, это бред. Филипп Юматов точно не станет ноги целовать какой-то проходимке, угрожающей его любимой работе.
Впрочем, теперь у меня есть на одну тайну больше. И я могу крутить им как захочу. Захочу ли?
Он ставит меня на холодные плиты и сразу же выходит за дверь. Я хлопаю ею показательно сильно. Зачем эта забота? Для какой цели? У нас есть уговор. Вот и всё…
Я быстро моюсь. Злость и смятение придают ногам устойчивость. Очень скоро я выхожу, обнажённая, с гордо поднятой головой. Филипп в комнате скидывает на пол постельное бельё, и прямо при нём одеваюсь. Чувствую его любующийся взгляд, но не оборачиваюсь.
– Что от меня требуется дальше? –спрашивает мужчина.
Кошусь на него.
– Вроде я объясняла. Обучение всем тонкостям. Пока что всё, чему я научилась, это расслабляться и получаться удовольствие.
Выпалив это, меня накрывает с головой обжигающий стыд.
– Это большой шаг, поверь.
– Шагов ещё много.
– Значит я был не так плох? Ты уже хочешь продолжения? – он похоже откровенно издевается надо мной.
– Если это всё, на что ты способен, то мне, пожалуй, не стоит больше приходить.