Тепло улыбаюсь, вспоминая его радость, но ловлю на себе увлечённый взгляд водителя, отворачиваюсь к окошку.
Из телефона доносится возмущённое шипение.
– Адриана, чёрт тебя дери, этот мудак трахнет тебя и забудет о сказанном. Это не обещание ни разу, шутка и не более!
Я округляю глаза, когда понимаю, что Люся так орёт из динамиков, что и таксист теперь в курсе сути разговора.
– Ах, и кроме того, кто это у нас горячая? Ты ли?
У меня возникает желание сбросить звонок, пока Люська не выдала таксисту о моей грязной (на самом деле чистой) тайне.
– Мисс неприступная крепость! Такая неприступная, что воротца-то свои никому не открывала! Интересно, что на это скажет твой мальчик-с-пальчик?
Она опять использует это прозвище, насмехаясь над фамилией Юры – Палец. Я смущённо улыбаюсь. Смотреть на водителя мне теперь вовсе стыдно, я нетерпеливо трясу ногой, вглядываясь в темень за окном.
– Не думаю, что ему следует знать…
– Но он узнает, Адриана!
– Выключу свет, выпью бокальчик лишний. Всё пройдёт, как надо.
– Очень умно, и самоотверженно. Неужели ты так сильно его любишь?
– Прибыли, красавица, – таксист паркуется у главного входа роскошного здания и поворачивается ко мне, сверкая в темноте парочкой золотых зубов. Моя улыбка выходит вымученной, отдаю ему наличку без сдачи и спешу спрятаться внутри безопасного на вид отеля.
– К отцу приехала? – спрашивает Люся, благородно сменив надоевшую тему.
– Он проездом, всего на наделю здесь. Хотя остался в отеле. Опять с мамой поссорился…
Я задерживаюсь на ресепшене, киваю администратору, которому и протягиваю документы.
Он хватает взглядом мою фамилию и удивляется. Да, папа тут часто останавливается.
– Устрою ему сюрприз, совсем про меня забыл!
Администратор провожает меня к лифту, где оставляет одну.
– Правильно. И не забудь его порадовать замечательной новостью о своей скорой свадьбе, – подкалывает Люся. Я тяжело вздыхаю и копошусь в заднем кармане джинсов. В динамике появляются помехи, гляжу на мерцающий экран и сбрасываю звонок. Никогда не любила долгие прощания. Подруга поймёт.
Кабина лифта выпускает меня на девятом этаже, я-таки выуживаю из кармана клочок бумаги, на котором ранее записала номер папиной комнаты. Пришлось уговаривать секретаря рассекретить мне его. Гриша прекрасно знает, если я пристану, то буду зудеть над ухом, пока не добьюсь своего. Почти не сопротивлялся. Вот только мои корявые пальцы превратили последнюю цифру трёхзначного номерка в неразборчивую сумятицу. То ли это один… то ли семь.
Скорее всего семь, обычно под цифрой один у меня есть платформа. Значит, девятьсот седьмой.
Я исследую коридор, отыскивая нужный номер. Он располагается почти в самом конце. На моё счастье не заперт даже.
Смеюсь про себя, папа совсем заработался, даже такие вещи забывает. Но не дочь же родную. Вот сейчас и посмотрим, обрадуется ли.
Я вхожу внутрь тёмной комнаты с криком:
– А вот и я! Не ждал? Ну и где крепкие объятия, сро-очно!
Странно, что он мне не отвечает. Я нахожу его необыкновенно высокую фигуру, укрытую тенью, в гостевой.
– Хорошо, я сама.
На радостях бегу к нему и обхватываю руками весь торс, вместе с руками, по нашей с ним традиции, сжимая так крепко, чтобы искры из глаз полетели! Побеждает тот, кто дольше продержится без кряхтения.
Но неожиданно понимаю, что тело в кольце моих рук нарушает традицию, оцепенев вместо ответных объятий, кроме того грудь, в которую я уткнулась носом обнажена и запах имеет невероятно чарующий, от него даже голова закружилась.
Тогда до меня и доходит, что это совсем не папа.
Глава 2. Порочное любопытство.
Всё сегодня не по плану! Начать с того, что Андрей Миронович решил на неделю вернуться в родной город, в котором главный офис компании. А значит командировка затягивается дольше предположительного срока. Ещё и мой осведомитель долгое время не выходил на связь. Однако вызвать девушку на ночь мне-таки удаётся, но я даже не успеваю переодеться после длительной поездки, как она заходит ко мне без стука, выкрикивая что-то про объятия.
В моей обители темно, но всё же свет из коридора помог понять, какое чудо притопало к моему порогу. Обычно я не разглядываю нанятых шлюх, они всегда являли собой пародию друг на друга. Эта же разительно отличается, потому я пялюсь на неё, жадно обгладывая взглядом женственный лик.