На его губах ухмылка, но хоть смеяться перестаёт.
– Любопытно, почему именно я? Что, не нашлось варианта получше?
Напрашивается на комплименты?
– Мне нужен опытный мужчина, уверенный в себе. Владеющий искусством секса в совершенстве.
Он вонзает в меня взгляд с некой таинственной догадкой. Салфетка себя исчерпала, и в ход пошли её несчастные клочки, которые я теперь стираю в труху.
– Это была ты… Это ведь ты подглядывала вчера.
Меня охватывает паника. Но в конце концов, что такого?
– Я хотела прояснить случившееся. И случайно нарвалась на неприятное зрелище.
– Неприятное? – он ничуть не верит.
– В общем, ты идеальный вариант.
– Ты сделала такой вывод, глядя на то, как я жёстко имел женщину? Не боишься сознание потерять от подобного обращения?
Если до этого Филипп сравнивал меня с яблочком, то сейчас мои щёки вероятно приобретают цвет переспевшего нектарина. Я округляю глаза. Его это забавляет.
– Куколка, я не тот, кто тебе нужен. Хочешь без печали вспоминать свой первый раз, иди к жениху.
Меня бесит его насмешки и непокорность. От этого уверенность в своём решении твердеет, точно асфальт поверх слабых стонов интуиции. Я вытаскиваю из рукава козырь.
– Тогда мне ничего не остаётся, как предупредить папу о тайных извращениях его лучшего работника.
Улыбка мужчины сползает, ноздри его раздуваются от злости.
– Не посмеешь. И тебе не поверят…
– Я видела у тебя интересную родинку на ноге… Имеющую очень близкое расположение к зоне бикини, – кровь уже по привычке устремляется окрасить лицо, но я отчаянно запрещаю себе. Нельзя сейчас мне краснеть, я должна быть тверда и убедительна. – Кроме того, могу описать обстановку в номере. Откуда бы мне знать её, верно? Кому же поверит папа?
Безрадостная ухмылка приподнимает один уголок его тонких губ.
– А тебе палец в рот не клади… Та ещё штучка.
Приму это за согласие.
– Мне нужна не только дефлорация, но и обучение всем тонкостям секса, как правильно ублажить своего мужчину.
Тут уже я не выдерживаю от смущения, но скрещиваю руки, гордо приподнимая подбородок. Впрочем, этим выставляю на обозрение распотрошённую салфетку.
– Не боишься, что пожалеешь об этом?
– Не пожалею.
Филипп опускает взгляд на несчастную горку.
– Да, я вижу. Страха в тебе точно нет, – иронизирует мужчина.
Я отворачиваюсь в сторону и вспоминаю про свой кофе, глоток которого отпиваю.
– Сегодня после восьми жду тебя в своём номере. Можешь не сомневаться, я научу тебя всему, но для этого потребуется более одной ночи, утра или дня. До вечера, куколка, – говорит он и оставляет меня в полном смятении.
Я с тревогой наблюдаю за его удаляющейся спиной. О, боже, на что я себя подписала?..
Глава 4. Муки совести.
Поверить не могу, что согласился на это. Просто она настолько крепко ухватилась за мои яйца, так-то я уже и не против уложить её на лопатки, чтобы неповадно было мне угрожать!
Невыносимая! Раздражающая! Возбуждающая особа!
И что по итогу? Если раньше Вебер мог пнуть за дверь, прознав о моей грубости с его драгоценной дочуркой… Что же будет, узнай он о том, что я её отымел?
Я не мог сосредоточиться на работе весь грёбанный день, и начальник решил, что моя встреча со «столбом» губительно сказалась и на мозгах. Отослал меня в номер, отсыпаться.
– Что такого, а? – говорю своему тусклому отражению на поверхности оконного стекла.
Почему я?
Ещё помню этот внимательный взгляд вчера, тогда посчитал, что мне показалось, или это горничная зашла не вовремя… Хотя пробежала мыслишка о девчонке. Но зачем бы ей возвращаться? И даже в скрывавшей её тьме, я отчётливо видел на лице любопытное томление. Отчего же не сбежала сразу? Наблюдала… и по какой-то причине меня настолько возбудил её взгляд, что нанятую девушку я не отпускал ещё очень долго. Она успела кончить три раза.
Всё-таки, почему я?
Что если Вебер младшая ненормальная психопатка, наметившая меня целью своей влюблённости? Вовсе ни к чему мне сейчас маньячка, мечтающая привязать к себе с помощью какого-нибудь внебрачного ребёнка. Боже упаси!
Я бегу проверять запасы средств защиты, на всякий случай.
Есть ли шанс отговорить её, или отвертеться? А хочу ли я? Нет, теперь мысль об Адриане, в истоме молящей меня прекратить или продолжить, становится даже какой-то навязчивой. Её просьба и так довольно сильно завела меня. Не каждый день ко мне подходят привлекательные молодые девицы, желающие переспать со мной. И то, что она дочь Босса только интригует. Запретные отношения таят в себе манящую сладость, опасную горечь.