так сложно? То ты мне помогаешь, то пытаешься унизить, наговорив гадостей. Ты уж определись сам, потом мне расскажешь. А теперь отдай палочку, и я уйду. - И что, не поиграем в плохого слизеринца и хорошую гриффиндорку? - его насмешки уже начинали надоедать. - Поведаешь о своих предпочтениях? - Иди к черту! - Только от него, Грейнджер. Но если хочешь, сходим к нему вместе. - Малфой, прибереги свои сексуальные фантазии для кого-нибудь другого. - Какие фантазии? - захохотал парень, - что давно не было, Грейнджер? Гормоны бушуют? Салазар меня побери, ты действительно подумала, что я намекаю на секс? Уизли совсем не удовлетворяет? И ты либидо экстремальными приключениями заглушаешь? Помогает? - Заткнись, - попросила Гермиона, почувствовав, что щеки начали гореть от стыда. Она ведь действительно так подумала, а он просто решил поиздеваться. - Просто не говори ни слова, и дай мне уйти. - А как же твои сексуальные фантазии? - Малфой, отдай мою волшебную палочку, и я пойду, - произнесла Гермиона с нажимом, делая шаг вперед. А затем до нее вдруг дошло, что она находится в туалете со слизеринцем. В Хогвартсе. А где-то наверху Гарри и Рон с картой Мародеров, возможно, ищут ее. И если друзья увидят с кем сейчас подруга, это плохо кончится. - Малфой, выпусти меня. Они придут за мной, тебе некуда будет сбежать. Начнется драка, и тогда нас схватят. - Грейнджер, замок огромен, как твои дружки догадаются, где ты? Или ты всегда предупреждаешь о походе в туалет? - Ты что не понимаешь, - повысила голос Гермиона, чувствуя дрожь в теле, - они знают обо всем, что происходит в Хогвартсе. Я не могу сказать, как и почему, но это так. - Боишься, что нас застукают вдвоем в туалете для девочек? - саркастически заметил парень, приблизившись к ней, - расслабься, Грейнджер, им в жизни не понять, что я был наедине с их подружкой. Грейнджер глубоко вздохнула, пытаясь выровнять ускорившееся сердцебиение. Неужели он действительно не понимал, чем все это грозит обернуться? Друзья подумают, что Гермиона в опасности и нападут на Малфоя, на шум сбегутся Пожиратели, и им несдобровать. Но был и другой вариант развития событий. Девушку действительно могли заподозрить в измене Ордену. И это было не лучшее, что могло бы произойти. Нет, этого нельзя было допустить. - У нас есть Карта, - прошептала гриффиндорка, изучая свои ногти, - на ней отмечен каждый, кто находится в Хогвартсе и на его территории. Малфой, пойми, я не шучу. Если Гарри и Рон придут сюда, мы все покойники. Хоть на мгновение перестань быть заносчивым слизеринцем и сделай то, о чем я прошу. - Ты просишь меня? - приподнял бровь парень, - ну надо же, Гермиона Грейджер просит Пожирателя отпустить ее. А Лорда ты не просила сохранить тебе жизнь. Если я помню, ты готова была умереть от пыток. А знаешь, мне нравится, когда ты так жалобно смотришь на меня? Проси еще. - Да пошел ты, чертов эгоист, - прищурилась от злости гриффиндорка, сжимая кулаки. Ты эгоистичная сволочь, поганый Пожиратель... - Да-да, продолжай, - на его лице появилась широкая ухмылка, - можешь даже повысить уровень ругательств, я разрешаю. Вместо ответа Гермиона отвернулась от парня, прислонившись к двери. Это конец. И выхода из него девушка не видела. Гарри и Рон придут за ней, а, обнаружив присутствие врага, нападут. И это будет последнее, что они сделают в своей жизни. Меньше всего Гермионе хотелось возвращаться в «гостеприимный» приют Пожирателей, откуда она уже не выберется живой. Два раза спастись от смерти невозможно. А в прошлый раз ей просто повезло. К ее ногам упала волшебная палочка. Подняв голову, Гермиона непонимающе посмотрела на Малфоя. Неужели у него все же есть зачатки разума? Или чувство самосохранения оказалось превыше собственного превосходства. Подняв палочку, Гермиона отперла дверь и выскочила в коридор. Она бежала со всех ног, чтобы успеть вернуться в Выручай-комнату и молила, чтобы ее тайная встреча со слизеринцем осталась незамеченной. - Стоять! - произнес голос за спиной. - А вот и Грейнджер. Медленно повернувшись, девушка увидела, что в нескольких шагах от нее стоят два незнакомых ей парня в слизеринских мантиях. Один высокий и подтянутый с волосами оттенка спелой пшеницы и пронзительными синими глазами, второй чуть ниже ростом, плотнее. С бездонными черными глазами и такими же волосами. Было в них что-то пугающее, отталкивающее. И оба стояли, направив на нее свои волшебные палочки. Ноги девушки подкосились, когда она поняла, что попалась. Главное, чтобы никто не догадался о присутствии здесь Гарри Поттера. Пусть думают, что она единственная самоубийца, забравшаяся в Хогвартс. - Я же говорил, что она поверит, - захохотал тот, что повыше, хватаясь за живот. - Гермиона, ты бы видела свое лицо. Мне показалось, что тебя сейчас удар хватит. - Рон? - едва шевеля губами, спросила гриффиндорка, - Гарри? Они синхронно кивнули, сияя, как новый самовар. Дождавшись, когда Снейп вернется в свой кабинет, ребята рассказали ему о причинах своего нахождения здесь. И тот не придумал ничего лучше, как достать из своих запасов оборотное зелье и напоить им бывших учеников. Где профессор взял волосы, оставалось загадкой, но гриффиндорцам это было неважно. Главное, что теперь можно не прятаться под мантией-невидимкой, а заниматься поисками в открытую. Никто даже не заподозрит в двух слизеринцах разыскиваемых Поттера и Уизли. Нужно было только вовремя принимать зелье. - Вы больные? - едва сдерживаясь, чтобы не заорать, спросила Гермиона, тыча пальцем в грудь Уизли. - Не соображаете совсем? Да я чуть Мерлину душу не отдала, когда подумала, что меня обнаружили. А вам все это шуточки, да? - выхватив из рук Гарри карту Мародеров, которую тот как раз вытащил из кармана, она быстрым шагом направилась к потайной лестнице. Ее трясло от злости. Сначала затащили в Хогвартс, затем чуть не узнал Забини, встреча с Малфоем, и на тебе, лучшие друзья решили разыграть. - Гермиона, - крикнул Рон вдогонку, - мы не хотели обидеть тебя. Но девушка ничего не ответила, продолжая идти вперед. Сейчас разговаривать с друзьями у нее не было никакого желания. Позже она придет в себя и вернется, но в данный момент гриффиндорка хотела побыть в одиночестве. И для этого существовало только одно место в замке, где ее никто не найдет, тем более сейчас, когда карта у нее.