рой, изредка комментируя ходы. Эйвери облокотился о каминную полку и рассматривал присутствующих слегка отстраненным взглядом. Нотт читал вслух «Ежедневный Пророк». Когда Гермиона вошла, он как раз зачитывал статью о семье убитых маглов, которую не успели спасти члены Ордена Феникса. - «...где были наши вечные спасители, когда погибали невинные люди? - спрашивает корреспондент, но не находит ответа. - Гарри Поттер, которого многие считают Избранным, продолжает прятать свой нос от всего, что происходит в Лондоне. Я даже могу предположить, что наш Мальчик-который-выжил уже давно сбежал и греет ж... спину в каком-нибудь теплом месте. Так что хочу сказать вам, уважаемые члены магического сообщества, перестаньте надеяться на того, кто бросил вас на произвол судьбы. Переходите на сторону зла, у них есть печеньки». - Так и написано? - оглянулся на Нотта Хвост. - Нет, конечно, - захохотала Алекто, - он просто юморист. Какие печеньки у нас могут быть? Головой хоть иногда думай. Шах и мат, братец! Амикус рассержено уставился на сестру и смахнул огромной ручищей оставшиеся фигуры с доски. Он не любил проигрывать, и Алекто это прекрасно знала. Но еще больше волшебница любила злить Амикуса, показывая, что уж ее-то мозг не размером с горошину, как у брата. - Мисс Грейнджер, - поприветствовал Гермиону Реддл. Она была уверена, что он заметил ее гораздо раньше, но позволил услышать отрывок статьи, где автор призывает людей не верить в то, что Гарри Поттер - Избранный и может кого-либо спасти. - Зря надеетесь очернить Гарри в глазах общественности, - с вызовом произнесла девушка, глядя прямо в красные глаза Тома. - Всегда останутся люди, которые верят в него. И вы ничего с этим не сможете поделать, какие бы статьи не писали. И Лорд засмеялся. А вместе с ним смеялась и его верная свита. Гермиона стояла прямо, гордо задрав нос. Она не собиралась показывать, что испытывает ужас, находясь здесь. Они не смогут сломить ее, даже если в действительности, девушка готова сдаться и молить о смерти. Пусть лучше она умрет непобежденной, тогда никто не скажет, что Гермиона Грейнджер приняла смерть на коленях, умоляя о пощаде. Хотя зная Лорда, так и будет. Но хотя бы сама девушка будет знать правду, а это очень многое значило для нее самой. Для себя она давно решила, что лучше умрет на собственных условиях, чем станет жить по их правилам. - Думаешь, что я сам это пишу? - поинтересовался Реддл, когда наступила полнейшая тишина. - По-твоему, мне больше нечем заняться, как писать всякие статейки в газету? Или может Белла с Люциусом? Нет. Это пишут люди, которые не верят в Гарри Поттера и Орден Феникса. И их с каждым днем становится все больше. Мои люди убивают маглов и предателей крови, твои прячутся по углам. Я победил, Грейнджер. И от вашего сопротивления никакого толку. Все, что вам остается, так это ждать, когда я приду за остальными членами Ордена. А я это сделаю в самое ближайшее время. И начну с тебя. - Убьете меня? - с вызовом спросила Гермиона. - Какое мне удовольствие от убийства грязнокровой подружки Поттера? - спросил Реддл. Видимо, ему хотелось с кем-то поговорить, и собеседником была признана единственная живая на данный момент пленница. - Убивать просто так довольно-таки скучно. Зеленая вспышка, и на тебя уже смотрят пустые глаза, в которых навеки запечатлены ужас и страх. Я хочу, чтобы ты молила меня о смерти. Хочу, чтобы на твоем лице не осталось ни капли гордости и самоуважения. - Зачем? - Просто так, - пожал плечами Лорд. - Победителей не спрашивают, почему они заставляют проигравших испытывать все муки ада. Я просто хочу преподать урок на будущее всем тем, кто пытается сопротивляться новому режиму. Чтобы каждый знал, чем это закончится. - Победителей не спрашивают, верно, - согласилась Гермиона, склонив голову набок, - но вы еще не победили. И пока жив Гарри Поттер, у людей есть надежда избавиться от вас и вашего поганого режима. - Круцио! - одновременно произнесли Волан-де-Морт, Белла и Долохов. Корчась от боли, Гермиона прокусила губу и закричала. Пытка то прекращалась, то начиналась по новой. Это длилось так долго, что когда боль закончилась, ей показалось, что прошли часы. Девушка лежала на полу, поджав под себя ноги, и всхлипывала. Короткие пряди волос разметались по лицу, закрывая обзор. И Гермиона даже подумала, что готова отбросить все предрассудки и начать умолять о смерти. Еще одной подобной пытки она не выдержит. Просто сойдет с ума, как родители Невилла. А потом ее убьют, потому что умалишенная грязнокровка никому не нужна. Ну, разве что ее сделают бесплатной рабочей силой. Вот будет ирония судьбы. Она боролась за уравнивание прав домовых эльфов и сама станет человекоподобной версией домовика. - Вставай, грязнокровка, - приказал Реддл. С огромным трудом Гермионе удалось подняться на ноги. Пришлось стиснуть зубы, лишь бы не издать стон или вообще разреветься в присутствии врагов. Девушку слегка пошатывало, и она с огромным удовольствием легла бы обратно, потому что стоять и не выглядеть при этом жалко, оказалось трудной задачей. - Грязнокровке больно? - противно засюсюкала Алекто, отрываясь от шахмат, в которые продолжала играть, но в паре с ней уже был Макнейр. Хвост и Амикус стали наблюдателями. - Иди сюда, я тебя пожалею. - Хочу познакомить тебя кое с кем, - произнес Лорд, обращаясь к Гермионе. - Хотя, думаю, вы и так знакомы. Хвост! - Да, повелитель, - поклонился Питер и поспешил к дверям. Через несколько минут он вернулся, таща за собой какого-то человека. Кто это был, Гермиона не видела - из-за черного мешка на голове. Но когда ткань убрали, девушка узнала Джастина Финч-Флетчли из Пуффендуя, с которым училась на одном потоке в Хогвартсе. - Гермиона? - спросил парень, едва узнавая однокурсницу в этой избитой и окровавленной девушке с короткими волосами. - Что ты здесь делаешь? «Развлекаюсь, - подумала девушка, глядя на упитанного мальчишку. - Разве не видно?» - Они знакомы, это так мило, - фыркнула Кэрроу, - что ж тем больше драмы. Убивать незнакомых людей гораздо проще, чем тех, с кем сидел за одной партой, встречался в школьных коридорах и посещал поттеровский кружок по Защите от темных сил. - Убивать? - переспросил Джастин. «Ты идиот? - мысленно завопила Гермиона. - А ты думал, тебя на чай пригласили? С мешком-то на голове». - Всегда говорил, что в Пуффендуе одни тупицы учатся, - пробормотал Долохов, качая головой. - Этот самый яркий представитель из всех. - Я не буду его убивать, - процедила Гермиона, - и никого больше. В тот раз было случайно. Не думайте, что убийство Фаджа сделало из меня чудовище. - Фаджа? - переспросил Джастин, - ты убила Фаджа? Гермиона предпочла не отвечать на этот вопрос. - Что ж, - задумчиво проговорил Лорд, не глядя на девушку, - не хочешь, не надо. Рудольфус, здесь явно кого-то не хватает. - Да, мой Лорд, - склонил голову в поклоне Лестрейндж и вышел. Ждали его в молчании, даже Финч-Флетчли стоял, понурившись. Кажется, до него начало доходить, что ничего хорошего его не ждет. Гермиона не понимала, зачем Реддл так настойчиво заставляет ее убивать. «Чем ты теперь лучше меня?» - слова Хвоста вертелись в голове. Она сказала, что не предавала своих друзей, не убивала их. Но смерть Джастина ляжет на ее плечи. Да, они не друзья, но приятели. В школе часто пересекались на уроках, в коридорах, занятиях О.Д. Если Гермиона убьет его, то никогда себе не простит этого. Тем временем вернулся Рудольфус, подталкивая человека с мешком на голове. Он был высок и широк в плечах. И Гермионе показалось, что есть в нем что-то знакомое. Но она не могла понять, что именно. До тех пор, пока не увидела лица пленника. - Папа? - прошептала девушка, одновременно узнавая и не узнавая окровавленного мужчину. - Гермиона, доченька, - крикнул он, находя ее взглядом. - Как мило, - прошипела Белла, приближаясь к Джонатану, - семейная встреча после стольких лет. Смотри, грязнокровка, мы даже вернули ему память. - а затем подняла палочку, наводя ее на мистера Грейнджера: - Круцио! - Не надо, - закричала Гермиона, вырываясь из рук Долохова, - отпустите его. Мучайте меня. Не трогайте его. Крики Джонатана разносились по всей комнате, голос Гермионы пытался перекричать их. Все с любопытством смотрели на эту сцену, оторвавшись от своих дел. Им было любопытно, что предпримет грязнокровка, дабы спасти своего любимого папашу. - Ты знаешь, что делать, - сказал девушке Реддл, указывая на Джастина, когда Белла прекратила пытать ее отца. - Жизнь за жизнь, Грейнджер, тебе ли не знать. - Не надо, Гермиона, - выдохнул Джонатан, с трудом поднимая голову, чтобы видеть дочь. - Тебе не нужно никого убивать ради меня. Я прожил свою жизнь. - Идиот, - залилась безумным смехом Беллатриса, ударив мужчину ногой в живот. - Неужели ты, правда, веришь, что твоей маленькой волшебнице удастся выжить после всего? - Она сильнее, чем вы все думаете, - выплюнул Грейнджер, с ненавистью глядя на Пожирательницу. - И скорее ты сдохнешь, чем моя дочь. - Круцио! - взвизгнула Белла, которую до глубины души оскорбило замечание пленника. Если у нее, конечно, была душа. Пытки продолжались и продолжались. Мистер Грейнджер уже не кричал, всхлипывая от муки. Гермиона пыталась закрыть глаза, но образ отца упорно стоял в сознании. Как они нашли его? Ведь ей казалось, что она все предусмотрела. Она изменила воспоминания родителей, отправила их в Австралию подальше от войны, надеясь защитить. Как Реддл нашел их? В чем была ее ошибка? Вскоре мужчина