Глава 11
Если долго бежать на краю Земли Можно видеть, как Солнце уходит в Луну. Можно сесть и зарыться лицом в цветы, И тебя никогда-никогда не найдут. Можно плыть, рассекая морскую гладь, И поклясться, что слышал дыханье волн. Можно видеть себя, но уже не узнать Как того, кто надежд и мечтаний полн. Если долго бежать на краю Земли Можно видеть, как ветер несет облака. Улыбается, шепчет, щекочет их, Но не знает, что путь их лежит в никуда. Можно холст разукрасить в палитру грёз, Весь край света, окрасив в свои цвета. А потом и на небо добавить звёзд. И смотреть, улыбаясь, - они для тебя. Можно сесть на уступе большого холма. Любоваться на мир, погруженный в мечты. И смотреть, как вдали простирается мгла, Вплоть до четкой и видимой во мраке черты. И вдруг вспомнить о тех, кто всегда обещал За тобой на край света отправиться в путь. Здесь так тихо, ты здесь никого не встречал... Просто люди сюда никогда не идут. (Аделайн - Край света) «Я управляю ситуацией даже сейчас, когда вы все думаете, что я повержен. Я оказался прав, живая ты мне куда полезнее, чем мертвая. Ты ведь помнишь, что должна мне?» - вертелись в голове Гермионы слова Малфоя, когда она наблюдала, как слизеринца выводят из штаб-квартиры. Было решено, что небезопасно создавать портал в доме, но и отходить далеко тоже не лучшая идея. После получаса непрерывных споров Кингсли решил, что стоит поступить так, как предлагает Гарри, но при этом слегка откорректировать план действий. В итоге Гарри, Малфой и Люпин шли вместе, мистер Уизли впереди, а Кингсли замыкал шествие. Гермиона смотрела в окно, надеясь, что Малфой обернется, чтобы посмотреть на дом, но он этого не сделал. Девушка не знала, что ей теперь делать с этой ситуацией, в которую она попала. С одной стороны она обязана Малфою жизнью, поэтому не может просто так отвернуться и сделать вид, что ничего не было. Но с другой стороны стояла ее приверженность Ордену Феникса. Если она нарушит приказ Гарри и поможет слизеринцу сбежать, то ничего не спасет ее саму от обвинений в измене. Замкнутый круг какой-то. Когда члены Ордена исчезли из виду, Гермиона задернула шторы и вышла из комнаты, спустившись в гостиную, где застала Полумну, сидящую в одиночестве. Она держала в руках учебник по травологии, устремив взгляд в одну точку поверх страницы. - Почему ты здесь? - тихо спросила подругу Гермиона, присаживаясь рядом с ней на пушистый ковер. - Не разделяю всеобщего воодушевления, - ответила Лавгуд, откладывая книгу в сторону. - Да, Малфой тот еще мерзавец, но смотреть и радоваться, что его отправляют в Азкабан, по-моему, глупо и ужасно. Даже он не должен находиться в этом проклятом месте. - Остальные думают иначе, - пожала плечами Гермиона, - Гарри даже пригрозил мне, что посадит в соседнюю камеру, если я хоть близко подойду к Малфою. - Как будто тебя это остановит, - заметила девушка, улыбаясь краем губ. - Что-то я сильно сомневаюсь, что ты пойдешь на поводу у Гарри и сделаешь так, как тебе велят. Особенно после того, как тебе удалось разговорить Малфоя. И если хочешь знать мое мнение, со стороны Ордена глупо не увидеть этого преимущества. - Вот ты это понимаешь, а они нет, - махнула рукой Гермиона, - иногда мне кажется, что в Ордене все меньше и меньше людей, которые мне доверяют. Даже если мои собственные друзья подозревают, что говорить о других? - Твои друзья верят в тебя, - произнес позади голос Гарри, - и хотят защитить. А это упорно не даешь нам это сделать. - Сколько можно подкрадываться и подслушивать? - возмутилась девушка, оборачиваясь. - И почему ты здесь? Я думала, ты отправился вместе со всеми в Азкабан. - Я решил, что должен извиниться перед тобой, - вздохнул парень. Полумна понимающе улыбнулась и выскользнула из комнаты, давая им поговорить. - Меня действительно задело, что ты смогла поговорить с Малфоем, а я нет. Это ведь я чертов Избранный. Со всей этой ответственностью, которую Дамблдор возложил мне на плечи, я совершенно перестал думать о том, что не могу решать за всех. Возможно, ты права, и от Малфоя не будет никакого толку, он просто будет занимать место в Азкабане. Но если кто и сможет его разговорить, так это ты. Завтра я поговорю с мракоборцами, и они позволят тебе допросить его. Извини, что давлю на тебя своей чрезмерной опекой, просто однажды мы тебя чуть не потеряли, не хочу, чтобы это снова повторилось. Вместо ответа Гермиона приблизилась к другу и обняла его. Он и без слов понимал то, что могла сказать ему девушка. Они действительно были очень близки, понимая друг друга на ментальном уровне. Еще на шестом году обучения, когда Гарри был влюблен в Джинни, но не знал, как добиться ее расположения, а Гермиона ревновала Рона к Лаванде, эта связь между ними стала только прочнее. Они проводили вместе так много времени, делясь друг с другом своими проблемами и переживаниями, что между ними не осталось никаких тайн. Так было до того самого дня, пока ее не похитили Пожиратели Смерти. Когда Гермиона вернулась, их разделила стена, через которую никак нельзя было перебраться. Они блуждали каждый по свою сторону, пытаясь пробиться, но воспоминания не давали этого сделать. Слишком много боли они могли причинить. - Знаешь, - вдруг сказал Гарри, слегка отстраняясь, - я хочу попросить тебя об одной услуге. Когда отправишься к Малфою, узнай у него, не знает ли он что-нибудь о Добби. Прошло уже столько времени с тех пор, как он объявлялся в последний раз. Я пытался его вызвать всеми возможными способами, но мне не удалось. - Хорошо, - дрогнувшим голосом ответила Гермиона, - обязательно спрошу. - Спасибо, - еще раз прижав подругу к себе, Гарри выпустил ее из своих объятий. - Малфоя поместят на верхние уровни, поэтому ничего страшного ему не грозит. Знаю, Рон не одобрит этого, но думаю, что поступаю правильно. - Это и отличает тебя от Волан-де-Морта, - сказала Гермиона дрогнувшим голосом. Она была рада решению друга. Если Малфой сидит на верхнем уровне, значит, есть возможность устроить его побег. Но вот как? Об этом еще следовало подумать. Но для начала ей нужно будет навестить слизеринца в тюрьме, чтобы иметь представление о его местоположении. - Меня многое отличает от Волан-де-Морта, - на лице Гарри появилась улыбка, - тебе ли не знать. - Вот вы где, - дверь распахнулась, и на пороге появился взлохмаченный Рональд. - А мы везде вас ищем. Пойдемте скорее. - Что случилось? - воскликнула Гермиона, переглянувшись с Гарри, но тот тоже выглядел весьма удивленным. - Ханна вернулась. Дальше объяснять не пришлось, Гермиона выбежала в коридор, друзья спешили за ней. Через несколько минут она оказались в гостиной, где собрались несколько членов Ордена. Ханна Аббот сидела на низком диванчике, сложив руки на коленях, и с беспокойством смотрела на окружавших ее людей. Джинни находилась подле девушки, Парвати стояла возле окна вместе с Анжелиной. Молли Уизли выставляла на столике тарелки с бутербродами, а Перси разливал тыквенный сок. Пенелопа держалась рядом с возлюбленным, стараясь не отходить от него ни на шаг. Гермиону восхищало ее мужество. Девушка вернулась на войну только для того, чтобы быть рядом с тем, кого любила. А ведь могла спокойно остаться в Швейцарии вместе с семьей, где не нужно было скрываться и бороться за жизнь. Любовь делает людей безумными, другого объяснения Гермиона не видела. - Как ты себя чувствуешь? - Гарри приблизился к девушке и присел на корточки, чтобы видеть ее лицо. - Нормально, - дрожащим голосом ответила Ханна, поднимая голову. - Мне сказали, что я могу вернут