лос Билла поинтересовался все ли у них в порядке. И не нужна ли помощь. - О, да, конечно же, нужна, - скептически заметил Малфой, - всегда мечтал сделать это втроем. Что думаешь, Грейнджер? Гермиона сползла на стуле, ее лицо покраснело от стыда, что она умудрилась попасть в такую неловкую ситуацию. Что о ней подумают люди? Что скажет Гарри, если до него дойдет эта информация. - Советую отправить его как можно дальше от этой двери, - произнес слизеринец, - или мое шоу продолжится. Ты ведь не хочешь, чтобы все узнали о нашем... хм... развлечении на столе в комнате для допросов? - Мерзавец, - прошипела Гермиона, - а затем прошла к двери, которую тут же открыл Билл. Критично осмотрев девушку на предмет наличия на ней одежды, он спросил, не хочет ли она закончить допрос Пожирателя. - Билл, я не знаю, какие указания дал вам Гарри, но не могли бы вы не подслушивать под дверью? Это не значит, что я не доверяю вам, просто хочу вести допрос без свидетелей. Понимаете? - Извините, мисс Грейнджер, - покраснел парень, рассматривая пол у себя под ногами, - не буду вам мешать вести... кхм... допрос. Постучите, как закончите. И он закрыл дверь прямо перед носом у Гермионы. Послышались шаги, что означало - их оставили одних. - Доволен? - выкрикнула девушка, повернувшись к Малфою, на лице, которого играла ухмылка. - Теперь обо мне будут думать черт-те что. И все благодаря тебе. - Можешь не благодарить меня, - ответил парень, а затем серьезно добавил: - я не ждал тебя, Грейнджер. Как это Поттер с Уизли допустили тебя ко мне? - Рон уехал в Цюрих, - ответила Гермиона тихо, - ищет Джастина Финч-Флетчли и Колина Криви. - И какие успехи? - склонил голову набок слизеринец. - Как вообще можно найти тех, кого уже давно нет в живых? Я удивлен, что ты до сих пор не призналась ему в том, что сделала когда-то. - А как ты себе это представляешь? - поинтересовалась Гермиона, запуская пальцы в волосы. - За чашкой чая сказать: «А знаешь, Гарри, это я убила бывшего министра магии, двух грязнокровок и маглу. Но в этом нет моей вины, просто я была на грани безумия». - Хотя бы так. Уверен, что святой Поттер все равно простит тебя, - ответил Малфой, продолжая смотреть на нее своими пронзительными серыми глазами, - но вместо этого ты продолжаешь молчать. - Так что же ты не хочешь показать всем и каждому, что не такой подонок, как пытаешься казаться? - закричала Гермиона со злостью. - Давай, пойди и скажи, что спас меня. Причем дважды. Я была бы уже мертва, а ты вытащил меня из ада, но упорно скрываешь это. А почему? Не хочешь, чтобы о тебе думали лучше, чем ты есть? А я не хочу, чтобы меня считали убийцей и отводили глаза, когда я появлюсь в комнате. Не хочу, чтобы шептались за моей спиной и показывали пальцем. Я не хочу быть монстром, Малфой. - Ты не монстр, - ответил он. - Но я не собираюсь учить тебя уму-разуму, хватит этой тюрьме и одного убийцы грязнокровок. Ты зря пришла, Грейнджер, ничего нового все равно не услышишь. И Поттеру передай, что своими визитами он ничего не добьется. Темный Лорд не придет спасать меня, потому что я для него не опасен. Можете пытать или сразу убить, но ничего не узнаете. - А как же мой долг? - тихо спросила Гермиона со слезами на глазах, - как же твои слова, что живая я полезнее, чем мертвая? Разве ты не ждешь, что я вытащу тебя отсюда? - Как будто ты сможешь, - горько усмехнулся Малфой, - взгляни правде в глаза, ты ничего здесь не решаешь, Грейнджер. Они не доверяют тебе в полной мере, так что лишь чудо отделяет тебя от собственной клетки в Азкабане. И я ведь не говорил, что жду от тебя спасения собственной никчемной жизни. Мне это не нужно. - Так чего же ты хочешь? - Спаси мою мать, Грейнджер. Пусть она увидит конец этой войны. И если все же победит чертов Поттер, я хочу, чтобы ее не затронули никакие судебные санкции. Она должна жить так, как и привыкла. - А кто-то ругал меня за самопожертвование. А сам готов умереть, но просишь позаботиться о Нарциссе. Но я сделаю все, что в моих силах. Обещаю. - Помнишь, ты как-то спросила, любил ли я кого-нибудь в этой жизни так, что поставил бы его интересы и жизнь выше собственной? Любил, Грейнджер, и до сих пор люблю. А теперь уходи, нам больше не о чем говорить. Гермиона безропотно встала и направилась к двери, постучав, как можно громче, чтобы привлечь внимание Билла. Когда дверь открылась, она нашла в себе силы повернуться к Малфою, который сидел на стуле, глядя в одну точку поверх головы девушки. - Я еще вернусь, Малфой, - прошептала Гермиона и вышла. Она шла по коридорам в обратном направлении, но ничего не видела. Ей было тяжело дышать, слезы застилали глаза. Девушка чувствовала, как внутри разрастается огромная черная дыра, которая беспокоила ее на протяжении уже долгого времени. Гермиона шла и понимала, что она сдержит свое слово и вернется сюда. Вернется, чтобы спасти его жизнь, как он однажды спас ее.