За первые полгода после того, как я переехала в общежитие, трижды по просьбе отца и столько же раз по собственной инициативе ко мне приезжал Антон. Каждый месяц он неизменно в одно и тоже время дожидался меня у входа в общежитие и просил уделить ему несколько минут.
Сначала он предлагал мне переехать жить к отцу, когда же я наотрез отказалась, тактика сменилась, и теперь уже мне предлагалось перебраться в отдельное жилье. Когда и это не сработало, Антон начал предлагать деньги.
- Я же знаю, что они тебе нужны, - процедил он, - это моя карточка, отец не имеет к этим деньгам никакого отношения. Ты же можешь принять помощь хотя бы от меня? – я стояла к парню спиной, но в этот момент резко обернулась.
- Зачем?
- Что зачем? – переспросил Антон.
- Зачем тебе это нужно? – я спустилась на несколько ступенек вниз, чтобы иметь возможность говорить тише и не привлекать излишнее внимание, снующих туда-сюда любопытных студентов. Хватит уже того, что все общежитие в курсе того, что ко мне регулярно приезжает молодой человек на дорогой машине, - я дочь любовницы твоего отца, ты ведь должен ненавидеть меня и мою мать. А ты стоишь сейчас здесь и настойчиво предлагаешь мне деньги. Зачем? - Антон посмотрел по сторонам, а затем тихо заметил.
- Я не уверен, что этот разговор стоит заводить здесь. Если хочешь, мы можем поговорить, но в другом месте, - и парень указал на свой автомобиль.
Клянусь, соблазн узнать правду был слишком велик, мне действительно хотелось понять, что же происходило сейчас в голове этого человека, который в общем-то с самого начала нашего знакомства не сделал мне ничего плохого. Но согласиться сейчас, означало стать частью его жизни, потому что тайна, связывающая двоих людей, превращается в особую нить, которую не так просто оборвать. А нежелание Антона говорить здесь означало, что эта информация была предназначена явно не для всех.
Вот только связь с Антоном напрямую означала и связь с отцом, а я в последнее время только и делала, что пыталась от нее избавиться.
- Нет, как-нибудь в другой раз, - улыбнулась я и снова направилась ко входу в общежитие.
- Так что насчет денег? – вопрос, прилетел мне в спину, я же, не оборачиваясь, отрицательно покачала головой. Я справлюсь сама, обязательно справлюсь…
Но спустя полгода мне все же улыбнулась удача. Я тогда подрабатывала уборщицей в офисном центре и случайно услышала, как в одну из юридических кампаний, что находилась в этом же здании, требуется сотрудник - младший помощник секретаря, а по-простому просто «принеси-подай».
Зарплата, конечно, не ахти какая, но, во-первых, на горизонте маячила летняя практика, а во-вторых, у меня будет возможность хорошо себя зарекомендовать и по окончанию учебы, претендовать на достойную должность.
Не могу сказать, что меня взяли с распростертыми объятиями. Но когда это необходимо, я могу быть очень убедительной, поэтому спустя несколько дней мне позвонили и сообщили, что я могу выйти на работу. Хотя, на самом деле, мне кажется, что у них просто не было других соискателей на такую-то заплату.
Но это уже не важно, главное, я оказалась там, где нужно. А дальше уже от меня зависело, заметит меня высшее руководство или нет.
Мне пришлось сильно постараться, чтобы проявить себя. После занятий я неизменно бежала на работу, а потом всю ночь проводила за учебниками. Я вслушивалась в каждое слово в офисе. Дела, которые обсуждались сотрудниками между собой, нюансы, с которыми сталкивались опытные юристы во время заседаний, проблемы и решения этих проблем.
Мало кто обращал внимания на серую мышку, которая готовила кофе или распечатывала документы по очередному делу, я же запоминала каждое слово, а возвращаясь домой, делала пометки, которые в последствии мне очень пригодились. В итоге спустя почти два года меня наконец-то заметили и предложили должность младшего юриста. Не могу сказать, что моя работа сильно отличалась от предыдущей, но теперь у меня был вполне законный доступ к делам и всем сопутствующим документам и я могла часами просиживать в офисе, изучая то или иное успешно выигранное дело.
Спустя пять лет учебы я могла с уверенностью сказать, что была лучшей на курсе. За это время я немало изменилась, не только внешне, но и внутренне, быстро поняв, что со смазливой мордашкой на контакт идут куда быстрее, чем с девицей в мешковатой одежде и ненакрашенным лицом. Я могла красиво улыбаться, говорить, лить в уши собеседнику нужную мне информацию, но при этом неизменно сохраняла дистанцию, не впуская никого в мою личную зону комфорта.