- Это и есть Сень? – разочарованно протянула Ильдико. – Больше похожа на рыбачий поселок.
- Она самая, - подтвердил Джулиано Рамини, с пристальным вниманием оглядывая вымпелы на мачтах стоящих на якоре кораблей. - Никак это суда Зарембовича? Жив, стервятник! Ну, ничего… рано или поздно всё равно покажет язык палачу.
Его спутники переглянулись, но, вспомнив предупреждение Бранделлы, промолчали.
Однако встреча с Зарембовичем состоялась практически сразу же, как только они получили сигнал о разрешении высадки на берег.
С любопытством озирающиеся путешественники пытались привыкнуть к почве после качки, делая первые неуверенные шаги, когда увидели спешащих к ним двух пожилых мужчин. Особая горделивая повадка незнакомцев сразу же дала понять, что перед ними важные лица, прежде чем Рамини удивленно воскликнул:
- А вот и сам Зарембович. Надо же, вышел вас встречать вместе с комендантом порта.
Седовласый высокий мужчина подошел к ним вплотную. Оглядев прибывших изучающим взглядом, он низко поклонился Андрису.
- Рад приветствовать вас на родных берегах, мой принц!
- Принц? – поразился Рамини.
- Да. Это младший сын Корвина – Андрис Атилла Хуньяди. Покойный король в своё время дал ему родовое имя, - нелюбезно пояснил венецианцу Зарембович. – А разве вы не видели, под чьим флагом плывёте?
Настала очередь удивляться и Эриху. Он обернулся на стоящий на рейде корабль и увидел, что мачте закреплен вымпел с изображением ворона. Когда Андрис отдал распоряжение его поднять? В Крке они стояли под флагом с изображением венецианского льва.
Видимо слух о прибытии сына Корвина разнесся по всему городку, потому что со всех сторон к пристани сбегались люди, и вскоре там оказались и баннован, и все члены городского совета.
- Это мои сестры, - Андрис вытолкнул вперед девушек. – Принцессы Ильдико и Милица.
Встречающие низко поклонились. Зарембович с улыбкой посмотрел на Милицу.
- А с вами, юная госпожа, мы давно знакомы. Я вас помню совсем крошкой. Позвольте спросить: как здоровье вашей матушки?
- Матушка здорова, - ответил за всех Андрис.
- Власти города Сень приглашают принца Андриса и его сестер на праздничный обед в их честь, - вмешался в разговор баннован. - Позвольте вас проводить – здесь недалеко.
Но хотя дворец Вукасовичей действительно оказался неподалеку, Андрису и его сёстрам в знак особого почтения предоставили трех лошадей, на которых они и проехали по заполненным народом городским улицам. Жители Сени улыбались, выкрикивали приветствия, а кое-кто даже бросал под ноги лошадям цветы, поэтому проезд юных Хуньяди по городу получился воистину триумфальным.
А что же Эрих? Лошадь ему не дали, никакого внимания не обратили, мало того, очевидно, приняв за венецианца, их с Рамини бесцеремонно оттеснили от спутников, и они скромно стояли в толпе обслуги рядом с Алешем. Старый слуга, расчувствовавшись, вытирал слезы, но Эриху по настроению был гораздо ближе тихо ругающийся Рамини.
- Если в Венеции узнают, что мы помогли юным Хуньяди вернуться на родину, и нам, и дяде придётся несладко, - взволнованно поделился он с Эрихом. – «Большой совет» будет очень недоволен, что наша семья, ни с кем не посоветовавшись, вмешалась в венгерские дела.
- Поясните, что Пальфицци воспользовались вашими услугами, не раскрыв своих имён и истинных целей посещения Сени (что, кстати, соответствует истине). Да и про то, что близнецы Хуньяди – дети мадам Елены, не обязательно кому-либо знать.
- Крк слишком близко, чтобы в Венеции остались в неведении о встрече Андриса и Зарембовича. Боюсь, неприятностей не избежать.
- Но вы же ещё не знаете, зачем именно вернулся на родину предков младший сын Корвина?
Рамини пренебрежительно фыркнул:
- Здесь не может быть двух мнений: за своей долей наследства.