Мужчина повернул ее на спину, вжимаясь всем телом. С несдерживаемой страстью и какой-то обреченностью.
— Прости, что все это затронуло нас. Мне очень жаль…
Она обхватила его руками, притягивая к себе еще ближе.
— Мне тоже жаль, любимый… Но мы ведь справимся… Правда?
Но убедить даже саму себя в этом почему-то не получалось.
Ее дни рожденья гораздо больше ее самой всегда ждал Мирон. Раньше, до свадьбы, Полина вообще нередко забывала о празднике, не рассчитывая ни на подарки, ни на особое внимание со стороны тетки. Но мужу нравилось устраивать целый ритуал, с фантастическими подарками, сказочными цветами, завершая все упоительно-нежными ласками, которые не хотелось прерывать.
В день своего 25-летия она отпросилась с работы пораньше, чтобы провести время дома. Ей не хотелось ни ресторанов, ни прогулок. Просто тихий вечер рядом с любимым. И с отключенным телефоном…
В душе шумела вода и Полина невольно улыбнулась, собираясь присоединиться к мужу, как вдруг ее взгляд упал на какие-то странные вещи, бесформенной грудой лежащие в полумраке прихожей. Она склонилась к ним, с ужасом узнавая откровенные предметы одежды, которые могли принадлежать только одному человеку. Как и туфли кричащего красного цвета на нелепой высоченной шпильке, обнаруженные под небрежно сброшенной одеждой.
Все мысли разом куда-то делись. Ни на мгновенье, ни на одну жалкую секунду она не представляла Мирона рядом с этой… Но выяснить, что происходит на самом деле, было необходимо. Хотя это и страшило ее до дрожи в коленях.
Из ванной донесся шум, потом злой, возмущенный голос мужа. Полина метнулась туда, с размаха распахивая дверь. Открывшаяся картина, мягко говоря, не радовала. Мирон, мокрый, растрепанный, с небрежно замотанным полотенцем вокруг бедер, стоял напротив Янки, почти задыхаясь от разрывающей его ярости. А девчонка была раздетой. Совсем. И даже не старалась прикрыться. Она не только не смущалась собственной наготы, но даже казалась весьма довольной, что предстала перед мужчиной в таком виде.
Увидев Полину он дернулся, широко распахивая глаза, рванулся к ней, отталкивая девчонку в сторону.
— Лин… Я все тебе объясню…
Яна расплылась в улыбке.
— Объясни, любимый… Расскажи своей милой женушке, как мы хорошо проводили время… на стиральной машина… пока она нам не помешала. — и уже Полине: — И чего ты так рано вернулась, а?
— Заткнись! — рявкнул мужчина, разворачиваясь к ней с таким выражением лица, что Полина всерьез испугалась, что он свернет девчонке шею. Она дернула Янку за руку, вытаскивая ее из ванной и захлопывая дверь.
Толкнула в коридор, к куче вещей.
— У тебя есть две минуты, чтобы одеться. В противном случае я выкину тебя из квартиры прямо так.
— Ты мне просто завидуешь! Я моложе и красивее тебя, и твой муженек не смог устоять!
Рука Полины взметнулась, с наслаждением опускаясь на щеку девчонки. Как давно ей хотелось это сделать!
— Осталось полторы минуты! И я не шучу. Ты сейчас уберешься отсюда и больше никогда не появишься в нашей жизни.
Янка расхохоталась.
— Ты правда в это веришь? Глупая! Я не оставлю его тебе. Сегодня уйду, так и быть, но вы все равно не сможете быть вместе!
Полина не собиралась это выслушивать. Она сгребла остатки вещей, которые та не успела одеть, и вышвырнула их на лестничную клетку. С неизвестно откуда взявшейся силой толкнула следом Янку. И, не обращая внимания на ее возмущенные вопли, закрыла дверь.
Мирон так и не выключил воду. Стоял, прислонившись к стене лбом, не обращая внимание ни на капли, стекающие с плеч и мокрых волос, ни на холодный пол, где под его ногами уже образовалась лужа.
Полина возмутилась.
— Ты простудиться хочешь? Почему до сих пор не вытерся?
Он дернулся, оборачиваясь на звук ее голоса, вцепился в ладони, с отчаяньем вглядываясь в лицо.
— Малыш, это совсем не то, что ты подумала…
Его взъерошенный вид был почти забавным, если бы не душащая тоска в глазах. Полина набросила полотенце на плечи, промокнула волосы. Потом, взявшись за концы ткани, с ее помощью притянула мужа к себе.
— А откуда ты знаешь, о чем я подумала?
Ошеломленный случившимся, он даже не заметил ее веселого тона.
— Полина, она стащила наши ключи, видимо, когда приходила с Дэном. Я пришел в душ, начал мыться, а потом внезапно увидел ее. Думал, что придушу… А потом ты появилась… Я бы никогда…
Она приблизилась вплотную, не беспокоясь о том, что может намочить рабочий костюм.
— Почему ты оправдываешься? Я же не слепая, любимый…