Глава 21
После бессонной ночи усталость отражалась на наших лицах, и даже самые простые задачи казались сложными и непосильными. Каждый шаг, каждое движение требовало огромного усилия. Мы с Лерой пытались поддерживать друг друга, но глаза слезились, голова болела, а мысли медленно ползали по измученному мозгу. Мы были похожи на тени, медленно перемещающиеся по офису, пытаясь протянуть до конца рабочего дня.
В обед меня позвал к себе Кирилл. От его голоса я испытала прилив энергии.
Я несмело постучала в дверь, никто не ответил, тогда я вошла. Кабинет казался пустым, за столом никого не было, в комнате царил полумрак. Тут меня сзади обняли. Стон. И меня впечатали в закрытую дверь
- Надеюсь ты без белья? шептал он мне на ухо, при этом нежно скользил по бедру рукой, поднимая подол юбки, от чего по моему телу побежали мурашки.
- Какая непокорная, оглушительный треск рвущихся трусиков.
А затем горячий рот целует мой клитор, в этот момент мир вокруг исчез. Когда он коснулся меня, электричество пробежало по телу вызывая ощущение пульсирующей тяжести. Это было похоже на теплую волну, вздымающуюся из глубин моей сущности, наполняющая мое нежное лоно влагой. Я дышала все глубже, чувствуя, как каждое его прикосновение проникает все дальше, наполняя все большим возбуждением. Я вцепилась в его волосы прижимая голову еще крепче. Очередной стон и я закатываю глаза от удовольствия, испытывая мощный взрыв блаженства, от которого все вокруг как будто замедлилось.
Ведет меня к дивану безвольной куклой, медленно раздевает, я остаюсь совершенно голой,
- Теперь ты раздень меня, сказал он чарующим голосом
Я стояла перед ним, сердце колотилось от волнения и предвкушения. Глаза его, полные нежности и таинственной страсти, встретились с моим взглядом, заполнив ожиданием комнату.
Мои руки, непослушные и в то же время ласковые, коснулись его груди, расстегивая пуговицы его рубашки одну за другой. Каждое мое движение было медленным и осознанным, его кожа была теплой и мягкой. Я медленно отодвинула ткань, раскрывая перед собой его тело. Его грудь поднималась и опускалась в ритме его дыхания, каждый вдох и выдох отражали возбуждение, которое мы оба чувствовали.
Он смотрел на меня, глаза его горели от желания, но он не двигался, давая мне контроль над этим моментом. Именно это придавало интимности моменту, заставляя наши сердца биться еще быстрее.
Последняя пуговица была расстегнута, и я медленно стянула с него рубашку, позволяя ей мягко упасть на пол.
Я начала покрывать его тело поцелуями, спускаясь все ниже к его прессу, продолжая выписывать языком волшебные символы, которые заряжали атмосферу электричеством, расстегнула его ремень, и стянула с него брюки вместе с боксерами, почувствовав терпкий запах, я невольно облизнулась, а потом сделала то чего никогда прежде не делала, облизала кончиком языка головку члена, затем взяла ее в рот плотно обхватив губами, увеличила давление языка, почувствовала как рука Кирилла дрогнула на моем затылке
- Охренеть прорычал он, сгребая волосы в кулак, а потом поднял с колен и уложил на диван. Покусывает мои набухшие соски, я раскрываюсь ему навстречу, его движения умелые, ритмичные, чувствую как он сильно меня хочет, смотрю в его глаза полные желания
- Хочу тебя заполнить почти рычит он, от этих слов жар во всем теле нарастает, я кончаю обволакивая его член еще крепче и выкрикивая его имя, он наполняет меня следом.
Когда волна удовольствия отступила, наше дыхание вновь стало спокойным и ровным, а в глазах друг друга мы увидели отражение нашего общего переживания - глубокого, интимного и неповторимого.
Так мы проводили обеденные перерывы, последующие две недели, украдкой встречаясь в его кабинете, создавая мир, в котором только мы двое существовали. Наши отношения были тайной, которую мы бережно хранили.
День за днем, слово за словом, наши сердца волнообразно сходились и отходили друг от друга, танцуя в ритме страстной симфонии. Он рассказывал мне о своем детстве, о своих мечтах. Он был таким уязвимым и открытым в эти моменты, что мне хотелось прикрыть его от всего мира, сохранить его искренность и чистоту.
Я, в свою очередь, рассказывала ему о своих надеждах, о своих амбициях, о том, как хочу изменить мир. Он слушал, не перебивая, его глаза горели интересом и восхищением. Это укрепляло мою веру в себя и мои мечты.