Не успела она договорить, мы подъехали к школе, возле ворот стоит машина Влада. Холодок побежал по коже. Не могу себя заставить пошевелится.
- Идем, говорит Лера видя мое замешательство.
Выхожу, ноги еле волочу, он выходит навстречу не спеша, с видом солярного бога, уверенной походкой приближается к нам.
- Ах ты сука, прыскает мне в лицо своим ядом,его голос звучал как глубокий и мелодичный бас,
- Запрет? Думаешь меня это остановит, мм? Да ты ж никто, дура силиконовая, я тебя раздавлю..
Его тёмные, как ночь, волосы были аккуратно уложены назад, подчеркивая мраморно-белую кожу и безупречные черты лица. Глаза, цвета темного шоколада, были глубокими и проникновенными, словно они могли прочитать твою душу и заставить тебя чувствовать себя единственной во вселенной, хоть бы и на мгновение.
- На то он и запрет, не приближайся. Спокойно ему отвечает Лера
Тут дети выходят, старшие Денис и Аня при виде отца застывают на месте, а младший, Никита три годика, с криком: - Папа, папа бежит к нему в объятия. Влад берет его на руки
- Сынок, как же я скучал. Его улыбка была такой уверенной, словно он знал, что ему под силу покорить любую вершину. Широкие плечи под тонко проработанным костюмом, аккуратно подобранным под его статный рост, свидетельствовали о том, что физическая сила в гармонии с его умственными способностями
- И йа по тебе, говорит сынок.
А у меня в груди словно бомба взорвалась, что я ж за тварь то такая, детей с отцом разлучаю. Он же хороший, любящий отец. Ни разу на детей руку не поднял. Вон как младшему не хватает папы, уже хочу сказать: прости, давай начнем сначала. Но тут Влад как то брезгливо отодвигает от себя сына
- Ты чего такой чумазый, смотри костюм мой испачкал, тебя что есть не научили, чуть ли не на крик переходит, с раздражением в голосе как обычно со мной общается. Никита не понимает, смену настроения, глаза наливаются слезами, я беру его на ручки, шепчу
- Все в порядке, папа просто расстроен, сейчас все почистим, Лера старших подталкивает к машине. А Влад им кричит
- А вы что со отцом не поздороваетесь даже?
- Здравствуй папа, хором пропищали, садясь в машину, видно что напуганы. Ситуация накаляется, я знаю это его выражение, если бы ни Никита на руках уже б под ногами его валялась корчась от боли.
- Увидимся в суде, только и могу выдавить из себя, пятясь к машине спиной, не отводя от него взгляд.
Глава 7
Остаток рабочей недель прошел спокойно. Я все больше погружалась в работу, Лера была мной довольна, всячески подбадривала, а во мне с каждым моим достижением росла уверенность в себе. Я сходила в фитнес центр и забрала деньги за годовой абонемент сейчас весна, впереди лето можно и на улице побегать, меня все мучает вопрос как бы попасть в дом и забрать немного своих и детских вещей, мне нужно снять квартиру и я на всем пытаюсь экономить. Каждый раз думая об этом мои мысли стремятся к одному решению, приехать посреди рабочего дня, когда Влада точно нет дома и забрать вещи.
Пятница вечер, дети уснули, я решила немного размяться и выйти на площадку для воркаута. Лера взяла работу на дом поэтому отказалась составить мне компанию.
Только я начала разминаться слышу кто то зовет меня, оборачиваюсь Сергей
- Добрый вечер, Лиза. Как твоя голова.
- Заметно просветлела с тех пор, улыбаюсь я
- Не возражаешь против компании
- Напротив буду рада, в компании спокойнее
- Из какого города вы приехали, не знал что у Леры есть сестра
- А ты много знаешь о Лере, ответила вопросом на вопрос
- Признаться немного, улыбнулся в ответ
- На самом деле я из Москвы, просто у нас ремонт, солгала я не понимая зачем, вот у нее и остановились.
Дальше беседа у нас не клеилась, мне было стыдно за себя, за свою жизнь. Мой взгляд затуманивался, сердце замирало, и душа словно уходила в тень, укрываясь от света его глаз.
Я сделала вид, что занята тренировкой, потом и вовсе сбежала, сославшись на усталость. Не готова делиться с малознакомыми мне людьми своей жизнью. Как будто рассказывая о ней, я снова возвращаюсь в прошлое, снова сталкиваюсь с болью и разочарованием. Не хочу жалости от посторонних, достаточно и того, что я её испытываю к себе сама на протяжении долгих лет.
Каждый взгляд в его сторону напоминал мне о том, что я никогда не смогу быть полностью открытой, что глубоко внутри меня всегда будет что-то скрытое, болезненное, что-то, что не позволяет мне дышать свободно. Чувство одиночества и страх перед собой обволакивали меня, и я понимала, что настоящая близость с ним или с кем-либо ещё для меня невозможна.