Возможно, несколько аудиторов и остались в городе, но… Келен не хотел сейчас об этом думать. В чем состоит наслаждение жизнью, если ты будешь постоянно беспокоиться по каждому пустяку? Да, правители сего мира и их прислужники-финансисты внедрили простому люду идею, что нужно постоянно беспокоиться о завтрашнем дне, что нужно суетиться, бежать, стараться все успеть, много работать, мало зарабатывать, а еще постоянно и целеустремленно влезать во все возможные долги. Но ведь если остановиться и подумать, то… все ведь это правда, не так ли? Современная жизнь действительно заставляет суетиться и куда-то бежать, но что будет, если сломать то порочное колесо, в котором ты беспрестанно крутишься, и заменить его дорогой? Элемент бега по жизненной тропе никто не отменял и не будет отменять, но если ты быстро бежишь по этой самой дороге, поддерживая тем самым себя в тонусе и бодрости, то остальным не остается ничего, кроме как… бежать вместе с тобой? И если уж все вынуждены в современном мире беспрестанно суетиться и думать о будущем, то почему бы всем не встать на эту самую дорогу, освободив себя от колеса, которое вырабатывает энергию для кого-то другого?
Мальчик усмехнулся, полной грудью вдыхая сладкий вечерний воздух. Зигмунд, когда он рассказал ему эту теорию, почему-то назвал его гедонистом… мальчик до сих пор не имел понятия, что это значит, но, зная его товарища, предполагал, что это нечто крайне ругательное и… психологическое. А психология, как известно, была создана только для того, чтобы искусно прививать другим людям обоснованное чувство вины, выпивая из них энергию и деньги. И Зигмунд в этом плане был крайне профессионален, хотя никогда бы не признал, что он психолог.
Келен с удовольствием рассматривал вечерний спокойный город, прекрасный в своем чарующем великолепии. На улицах зажгли фонари, бросающие свой теплый свет на мощеные дорожки, честные торговцы позакрывали свои лавки, уходя на отдых и давая возможность поторговать своим менее честным собратьям. В воздухе одновременно раздавались запахи корицы и свежего хлеба, которые приманивали случайных прохожих в ночную подпольную пекарню, запахи карри и перца, которые обещали крайне острые ощущения знатокам южной кухни, запахи дешевых духов и косметики, которые… говорили сами за себя. В общем, город кипел своей экстравагантной жизнью, как-будто не обращая внимания на страсти, что сейчас происходили в его центре.
Келен, теперь ничего не боясь, раскрылся и с удивлением рассматривал красивые разноцветные огоньки, что расположились по многочисленным крышам города, – столько маяков в одном месте мальчик еще не видел. Похоже, кто-то приказал установить за этим городом тщательную слежку, не заботясь о том, сколько времени денег и сил будет потрачено на реализацию сего плана.
Масштаб этого проекта потрясал воображение. Конечно, Келен давно не проверял ситуацию в других больших городах этого мира, но, похоже, что правители постепенно переходили к стадии тотального контроля над всем городским населением. И если этому было уделено столько времени… то была какая-то причина, верно?
Что ж, сегодня у местных молодых аудиторов точно будет проверка на все то, чему их так тщательно учили. А если удастся разрешить возникшую ситуацию, то сколько же им предстоит потом бумажной работы! Ох! Наверняка в поместье будут жертвы, а если кто-то умудрится еще и умереть… ох!
Но мальчику было ни капли не жалко слуг капитализма, поэтому он, как довольный кот, помечал территорию, выплескивая частички своей энергетики на некоторые из маяков. Он понимал, что за каждую такую энергетическую запись им придется снимать показания, сверять место и время, а затем… писать, писать и писать. Отчитываться и отчитываться. Выслушивать от начальства оскорбления и молчать в тряпочку. Ох!
От прильнувшего экстаза Келен даже застыл на месте, зажмурив глаза от удовольствия. Все же он никак не мог избавиться от старой привычки приносить другим людям страдания и боль. Он не был отъявленным садистом, просто он любил свою работу.
И вот, в неспешном темпе, обдумывая различные сладостные мысли, мальчик, наконец, пришел к тому месту, куда и направлялся изначально.
Это было то самое здание аптеки, которое разрушил мощнейший энергетический взрыв. Мальчик вальяжно перепрыгнул невысокий заборчик, который установили стражники у места происшествия, и неспешно подошел к обломкам здания, на ходу доедая третий вкусный пирожок с вишней.