Проблема состоит в том, что практически любой разговор, в котором принимают участие марксисты, наполнен противоречиями, подобными вышеизложенным, и очевидно, что теория, которую они приняли на вооружение, при всей своей общей полезной направленности недостаточно ясна и заставляет их увязать в болоте споров и неясностей, в то время как приближение марксистов к их конечной цели бывает почти незаметно на протяжении целых десятилетий.
Разумеется, я понимал и понимаю, что все эти недочёты появились в левом движении не по злому умыслу его лидеров, а по объективной причине отсутствия у человечества достаточно качественной общественной теории. Несмотря на проблемы с овладением научным методом познания, в среднем левые активисты обладают большей гражданской сознательностью, чем многие их конкуренты по политическому процессу и аполитичные люди, а их старания направлены на уменьшение суммарного общественного страдания, что способствует развитию общества относительно его текущего состояния. Поэтому я с уважением отношусь к этим людям и когда указываю на недочёты в их деятельности, не имею в виду негативного отношения к ним и никого не призываю осуждать их.
Тем временем, проблема с определением производительного труда не оставила меня равнодушным. Дело в том, что Маркс давал своё определение строго для капиталистических рыночных отношений и только с позиций капитала, но многие представители левого движения используют их, чтобы определять, кому надлежит быть правящим классом при наступлении общественного уклада, в котором капиталистические отношения будут ликвидированы. При этом некоторые левые, сбитые с толку определением из энциклопедии, считают, что для Маркса производительным является только такой труд, в результате которого появляется вещественный продукт. На самом деле такого ограничения у Маркса нет, и даже напротив, разделяя производительный и непроизводительный труд, он пишет, например, следующее: «с другой стороны, часть услуг, существующих в чистом виде, не принимающих предметной формы… может быть куплена на капитал…, может возмещать свою собственную заработную плату и доставлять прибыль» (Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 26, ч. 1, с. 149). Сомневающиеся могут убедиться, что это высказывание, будучи сопоставлено с определением производительного труда, которое было процитировано выше, непременно означает, что во многих случаях оказание услуг считается у Маркса производительным трудом.
Но помимо наличия подобных недоразумений, существуют также левые деятели, которые, будучи хорошо знакомыми с учением Маркса, оспаривают или произвольно понимают некоторые отдельные его положения. В связи с этим между различными левыми существует множество теоретических споров о том, как следует относиться к услугам, что считать стоимостью труда, как определять пролетариев, и по многим другим существенным вопросам. Данная книга не служит задаче пересмотреть марксистскую теорию прибавочной стоимости, зато для научного материализма весьма актуален вопрос, как следует оценивать различные виды труда и как в разумном обществе деятельность граждан должна определять их социальное значение. В связи с этим я хочу предложить несколько определений, которые опишут труд независимо от капиталистических и любых других экономических отношений.
Труд — это процесс выполнения физической работы, которая следует некоторому проекту.
Под физической работой в данном определении имеется в виду не только механическое взаимодействие со средой, но и мыслительная деятельность. Если допускать в качестве труда только механическую работу, это означало бы, что учёный, который годами размышляет о свойствах природных явлений и двигает всё человечество к развитию, трудится только тогда, когда совершает записи на бумаге или рисует чертежи, а в остальное время он не занят трудом. Мыслительная деятельность оказывает исключительное влияние на общественное бытие, и, как и любая другая деятельность, она расходует время, энергию и требует восстановления запаса питательных веществ в организме; она вполне должна считаться трудом.