Следование проекту означает, что труд всегда имеет цель осуществить некие конкретные изменения либо в реальном мире, либо в сознании, даже если эти изменения неважны, не уместны или создают опасность в текущих условиях среды. Примером реальных изменений может быть строительство здания, а изменение в сознании может выражаться выделением паттерна поведения некой абстрактной модели либо её анализ, то есть выделение и исследование отдельных её частей. Совершение хаотических непредсказуемых действий не является трудом — если человек ворочается во сне, трясётся от лихорадки или мечется в припадке истерики, следует называть это как-то иначе, и в равной степени это относится к беспорядочной мыслительной деятельности. Простой поток сознания также не является трудом, ибо не изменяет ничего в сознании и лишь выражает его естественный ход.
Определение труда здесь задано таким образом, чтобы максимально соответствовать интуитивному представлению большинства людей об этом понятии. Некоторые марксисты склонны называть трудом только полезную деятельность человека, что исключает столь естественное для людей понятие, как «напрасный труд», и затрудняет принятие учения, создавая несколько натянутую искусственную философскую картину мира. При текущем определении и человек, который бурит отверстие во льду, и танцор, и певец, и бегун, и водитель за рулём, и философ, выстраивающий рассуждение, и ребёнок, прыгающий через лужи, и пулемётчик, ведущий огонь, будут считаться выполняющими труд. У кого-то может вызвать неприятие, что в такое определение труда также попадают, например, убийство человека и поджог общественной собственности, но следует отделять эмоции, вызванные негативным эффектом от совершённого действия, от сущности самого этого действия. Для реализации этих разрушительных идей потребуется предварительная разработка проекта и выполнение физической работы в соответствии с ним; нет противоречия в том, что в общем смысле это будет названо трудом.
Производительный труд — это процесс выполнения физической работы, направленной на увеличение ордопии в объекте или участке реального мира.
Здесь я позволю себе отступить от основной темы и порассуждаю о словах.
Ордопи́я (англ. ordopy, от лат. ordo — порядок) — произвольно выдуманный мной термин, означающий противоположность понятию «энтропия», которое встречается в физике и математике. Дело в том, что терминология, которая принята в науке сегодня, имеет недостатки. Сама энтропия на простом языке означает относительное количество хаоса в системе, степень нарушения работы её узлов и связей. Противоположностью такому хаосу является относительное количество упорядоченности системы, приближенность её состояния к идеальному проекту. В науке величину упорядоченности системы давно принято называть негэнтропией, и это неудачный термин. Он субъективно не очень красиво звучит и появился в результате сокращения от выражения «negative entropy», которое Эрвин Шрёдингер употребил для обозначения упорядоченности системы только потому, что на тот момент не придумал подходящего короткого термина. Но даже исходный термин «энтропия» сам по себе является противоречивым, потому что он происходит от греческих слов «в» и «обращаться, превращаться». Иными словами, этот термин означает «то, во что всё превращается». Если вы заинтересуетесь термодинамикой, вы убедитесь, что фактическое применение этого термина не соответствует его лексическому значению: в замкнутой системе, которая постепенно превращает свою упорядоченную энергию в рассеянное тепло, энтропией называют именно величину рассеивания исходной полезной энергии, а не частицы, являющиеся переносчиками тепла, и не их энергию. То есть, по мере разлада системы, она не превращается в энтропию, а вместо этого растёт величина её энтропии. Отсюда понятно, что вместо слова «энтропия» с его исходным значением следовало бы использовать слово «хаос» — оно было бы более уместно по смыслу. И если термин «энтропия» хотя бы достаточно короток, благозвучен и прочно закрепился в языке учёных ввиду длительного отсутствия альтернативных вариантов, термин «негэнтропия» в целом принимается учёной средой менее охотно, потому что лексически он не передаёт подразумеваемое свойство, а только отрицает другое свойство, сущность которого ещё и неверно передана корнем слова.