Удар в живот и я вновь сплюнула на пол кровь, тихо подавляя в себе желание убивать. Пока нельзя. Пока рано!
- Мама! – истошно закричал Аль, придерживая Лизи за талию и плечо. Пых и Великан тоже придерживали девчонку, а сама она испуганно смотрела на меня и беззвучно плакала. Наконец-то.
- Наконец-то. – прорычала я, улыбнувшись окровавленным ртом и медленно поднимая на мага яркий взгляд зеленых огней.
Архон вздрогнул, вокруг меня ощущалась мощь и накал магии, которая втягивалась в мое тело и рвалась наружу одновременно.
- Настоящая сила, говоришь. – я все больше испускала тьму вокруг себя лишь краем глаза замечая, что магия моя клубится не зеленая, не даже алая, а черная. Это была магия смерти. – Я покажу тебе настоящую силу.
- Даже если ты убьешь меня, - чуть хрипло произнес Архон, понимая, что источник его силы отрезан, а я наполнялась новой, неизвестной ему магией, которая превосходила мою былую мощь. – Прибудут новые маги. Ни я, так они поглотят девчонку до последней капли. Ты не сможешь скрывать ее сущность феи всегда.
- Эту тайну, - я поднялась на ноги и безумным взглядом с такой же безумной окровавленной улыбкой глянула на вздрогнувшего от моего вида мага. – Я заберу с собой в могилу.
И магия вырвалась на свободу. Она превратилась в сотню рук, в сотню щупалец, которые разлетелись в стороны и пронзили все, что попадалось им на пути. Стены, пол и даже ветер скрипели и трещали по швам. Тучи на небе сгустились и закрыли свет луны и звезд. Единственным источником света служили мои глаза. Кровь из ран и моего рта полилась вдвое сильнее, тело вздрогнуло от прокатившей по нему мощи, а пелена накрыла с головой. Я вытянула ладонь вперед, позволяя всей этой магии вырваться наружу и рукой задавая ей нужное направление. Секунда, вспышка и поток сорвался с кончиков пальцев, проносясь вперед и пронзая тело мага. Со свистом магии послышался истошный крик Архона, а я почему-то была уверена, что сейчас его тело разрушается на сотни и даже тысячи частей. Запал пропал, неожиданная сила исчезла, а резкая боль в ранах и усталость накрыли меня, а физическая сила покинула меня в одно мгновение. Я упала на пол, чувствуя, как холод сковывает тело и все перед глазами плывет.
- Мама! – закричал Аль и бросился ко мне. – Мама!
Я ощутила теплые руки на теле и почувствовала, как меня слегка приподняли над полом.
- Стелла! – закричала уже Лизи и упала на колени передо мной. – Держись! Мы сейчас выберемся отсюда и вернемся домой!
- Уже,… - прохрипела я, сдерживая новый ком крови. – Поздно. Меня… уже не… спасти.
- Мама, не смейте говорить так! – я впервые видела, как заблестели глаза моего сына. Такой сильный и смелый, а сейчас он был ребенком, который боялся потерять самое дорогое. – Мы выберемся отсюда и…!
Послышался треск и часть стен, что еще смогли сохраниться после боя, стали обрушиваться на пол. Следом за ними затрещал пол, а пентаграмма опасно засияла на полу и начала противно скрипеть. Ритуал не был завершен, а внешние потоки магии нарушили пентаграмму, из-за чего магия вошла в реакцию и скоро наступит взрыв.
- Уходите. – прохрипела я, прекрасно понимая, что мне уже не спастись. Даже если не взрыв, так магия смерти заберет мою жизнь за ту мощь, которую она подарила мне в последний момент. – Вам нельзя… здесь быть.
- Мама. – на мое лицо упали черные слезы Аля, а сам он дрожал и не знал, как ему быть.
- Ты стал таким большим. – я нашла в себе силы и погладила сына по щеке, а после переместила свою руку на руку Лизи и притянула ее к Алю. – Будьте счастливы.
- Стелла. – Лизи пыталась не дрожать, но из-за слабости и слез у нее не получалось даже говорить четко.
- Я не… смогла прожить счастливо с твоим отцом. Проживи эту жизнь за нас троих.
- Стелла, прошу тебя!
- Уходите. – уже приказала я, прислушиваясь к звукам пентаграммы. - Быстрее!
Аль дрогнул. Он прекрасно понимал, что меня не спасти, и он не сможет ничего сделать. Бережно опустив меня обратно на пол, он ухватил Лизи за руку и потянул в сторону выхода.
- Нет! – истошно закричала девчонка. – Не надо! Нельзя ее здесь оставлять! Стелла! Не смей умирать!
Я лишь пыталась сохранить образ падчерицы и сына, как последнее в своей в жизни что-то прекрасное. Жаль, что я не смогу побыть с ними еще рядом. Аль тянул Лизи к выходу, а глупая девчонка пыталась вырваться и броситься ко мне. Великан тоже подталкивал ее к выходу и жалобно пищал, не желая оставаться здесь, и оставлять хозяйку тоже не собирался. Треск усилился, на пол упала колонна, отрезая детям путь ко мне и заставляя уйти отсюда. Теперь можно было и умереть. Но тут послышалось рядом жалобное пыхтение, а после моей щеки коснулась пушистая лапка Пыха. Фамильяр скулил и чувствовал всю мою боль, но не желал уходить от меня даже в такой момент. Я слабо улыбнулась ему, понимая, что и его обрекла на верную смерть, но уже никак не могла спасти своего маленького друга. Рука сама потянулась к малышу и притянула к голове, даря ему последние ласки. Пых вновь заскулил и переместился к моей груди, задев лапкой кулон и вырывая из декольте ядро. Шарик упал прямо передо мной и засиял тусклым светом, выдавая признаки жизни.