....Постепенно облака растворились, и на Сергея теперь смотрело чистое голубое до безумия небо.... И он вспомнил такую же голубую бездонность над головой, тогда, в Ялте, и себя, лежащего на спине на тихой морской глади в километре от берега и ждущего, когда эта бездонная пучина проглотит его, отделив навеки от красивого но безразличного неба, от безразличных людей, от утраченной любви. Жить не хотелось... Только вчера их взаимная с Людмилой любовь казалась блаженством, нежданным подарком судьбы и ожиданием вечного праздника. Не знал Сергей одной из многих тайн тонкой души человеческой - чем сильнее чувство, чем туже натянуты певучие струны любви, тем легче их порвать, порвать одним неосторожным движением, одним необдуманным словом... и он это сделал, и она прогнала его, постыдно и будто навсегда... Он провалялся ночь на прибрежной гальке, а утром бросился в воду и поплыл, глядя на восходящее солнце, поплыл в бесконечность, чтобы убежать от несправедливости судьбы, от безысходной тоски, от безумия... Уже на берегу были видны только вершины холмов, как вдруг над Сергеем стала кружить одинокая чайка. Она то опускалась почти до воды перед ним, то взмывала вверх, то снова опускалась. Будто призывала, будто убеждала пловца - "не надо, не уходи, не огорчай любимых, тебя еще будут ждать на берегу!". И Сергей повернул к берегу, а чайка, сделав последний прощальный вираж, улетела к своей стае. Силы оставили Сергея только тогда, когда он уткнулся в пену прибоя...
В тот же день он улетал домой. И теперь, лежа на железной кровати пионерского лагеря, Сергей снова видел ее такой, какой она появилась в последний миг перед его посадкой в самолет - совсем не такая как всегда...Не причесанная, в спортивной куртке и кедах, бежала по эстакаде... Вдруг замерла, молча, долго стояла с мучительно непонятным для Сергея взглядом, и вдруг крикнула, нет, негромко сказала, нет, только прошептала, а может быть, вообще промолчала, но Сергей понял - она простила его, она его любит, она обязательно к нему вернется, скоро, очень скоро... Это было шесть лет назад...Шесть лет она приезжает к нему, урывая день или ночь от своих редких командировок, шесть лет сердце Сергея разрывается от любви к ней и от переживания неизбежного обмана доброй и умной Татьяны...
На голубом небе вновь появились облака с ликами любимых.... Сергей спал...
---------------------------------------------------------
Тенгиз понимал, что на месте аварии спецмашины радиационной службы вполне может оказаться радиоактивное вещество (естественно, он ничего не знал о дозиметрической разведке, произведенной накануне; акт пока еще был в руках следователей, ФСБ и у Силана). Он съездил туда, как только устроил Романова в пионерлагерь. Высаживаясь из авто, Тенгиз предварительно надел на ботинки бахиллы. Сгоревшая машина все еще лежала (точнее, ее останки) на месте - сотрудники ГИБДД не изъявляли желания связываться пусть и со слабой, как их уверяли, но все-же радиоактивностью. "Интуиция их не подвела, - подумал Тенгиз, беря пробу земли вблизи частично оплавленного свинцового контейнера около задней дверцы машины. Тенгиз вынес из своей машины на обочину детектор альфа-частиц, взятый на время у знакомого дозиметриста, одного из тех, что ассистировали ему при организации побега Сергея. Насыпав на лоток пробную землю тонким слоем, Тенгиз измерил скорость счета два раза: один раз с алюминиевым фильтром детектора, второй раз - без него. Второй замер дал отсчет в сотню раз выше первого. Это означало, что на земле около свинцового контейнера рассыпан альфа-радиоактивный препарат. Затем он отсыпал на лоток землю с ботинок Сергея. Интенсивность счета частиц была примерно такой же. Значит, Сергей действительно измазался около этой таинственной искорёженной машины, а на резервном пульте реактора активности не было. "Надо вызывать Сашу" - решил Тенгиз.
Саша, Александр Стрельцов, прибыл уже в тот же день вечером. По тону разговора он понял, что просьба Тенгиза очень важна и неотложна - тот просил друга остановиться сразу у места аварии, на крутом повороте, не заезжая к нему в город. "Посидим потом, сначала работа". На крутом повороте они вынесли из машины Александра аппаратуру, состоящую из цилидрического полиэтиленового блока со вставленным в него детектором и электронными блоками. Саша лучше всех в России умел "ловить" нейтроны - например, он мог определить, работает ли АЭС, находящаяся в 30 км. От аппаратуры шли длинные провода питания, намотанные на катушку, которые подключили к аккумулятору авто. Александр попросил Тенгиза нести аппаратуру, а сам надел наушники. "Здесь счет как положено - один щелчок в четыре- шесть секунд" . Пошли в сторону разбитой машины . Метров за десять до авто Александр заметил: "Счет, кажется, увеличивается". Подойдя к машине, удивленно воскликнул: "Да тут полно нейтронов!"
- Дай послушать, - попросил Тенгиз. Александр взял у него аппаратуру и поставил на землю, подложив полиэтиленовую пленку.
В наушниках Тенгиз услышал частый перестук щелчков.
- Два или три в секунду, - сообщил он Александру.
- Значит, что-то около 2000 нейтронов на квадратный метр в секунду, - посчитав в уме, ответил Александр. - Ты это и ожидал?
- Скорее, не ожидал, а очень на это надеялся. Ты молоток, Саша! Одна загадка решена.
- Какая?
- Поедем ко мне на дачу, посидим, все расскажу и набросаю тебе еще кучу загадок.
-----------------------------------------------------------
В домике Тенгиза было заметно недавнее присутствие женщины: аккуратно расставленные кухонные принадлежности, книги - на полках, на кровати нет смятых простыней, и она застелена ровно.
- Ты стал аккуратистом или появилась дама? - спросил наблюдательный Александр.
- Ни то, ни другое. Умойся там, в саду из рукомойника, и сразу за стол.
Тенгиз не стал томить друга ожиданием, и после первой же рюмки начал :
- У нас, дружище, беда - авария на установке.
- Да что ты?! Неужели что-то с реактором?
- И да, и нет. Тут много загадок.
Тенгиз вкратце рассказал Александру все, что знал сам.
- И вот видишь - идет уже четвертый день, а до сих пор неясно, где выброшенная из реактора радиоактивность, и была ли авария вообще.
- Так мы же только что нашли нейтроны?!
- В том то и дело, что нейтроны... Нейтроны, сам понимаешь, не вылетают через вентиляционную трубу. Вылетают осколки деления ядер, имеющие сильную гамма-активность. А ее нигде не нашли. А нашли мы с тобой...
- Изотопный источник нейтронов, так? - предположил Александр. - Ведь не реактор же там зарыт.
- Верно - на том месте, помимо нейтронов, полно альфа-активного изотопа, похоже, полония.
- Полоний-бериллиевый источник, рассыпавшийся при аварии авто, так?
- Он самый. Поэтому я и велел тебе натянуть бахилы, когда мы были около той машины. Теперь ясно - это место никак не связано с аварией нашей установки, источник нейтронов везли в той машине. Вот это и есть первая загадка, нами с тобой решенная. Теперь у меня есть, как говорится, аргументы и факты против тех, кто будет пытаться эту активность отнести на счет аварии реактора.
- А другие загадки?
- Другие? На фильтрах вентиляции реактора обнаружена альфа-активность в таком количестве, что ее должно было оказаться много и на местности. Но ее не обнаружили... Больше: даже от нас, ведущего персонала установки, скрывают состав активности на фильтрах - какой альфа-изотоп, сколько осколков деления? И главный, особенно для меня, вопрос - почему произошел аварийный импульс? Он был, но предпосылок к нему, по крайней мере, мне не известно.....
----------------------------------------------------------
Наутро, после отъезда Тенгиза в город на конференцию, Александр собрался вернуться домой, в столицу. Сев в машину, он обнаружил, что вчера забыл отключить нейтронный счетчик. На дисплее высвечивалась несуразно большая цифра - в два раза выше максимальной естественной нейтронной активности, которая бывает во время дождя. А этим утром было сухо. "Снова аномалия? В саду у Тенгиза? Не мог же он затащить сюда источник!?". Азарт исследователя заставил Александра выйти из машины и с аппаратурой на плече шарить по саду. Быстрота счета увеличивалась ближе к границе сада с дорогой. Пришлось пройти через калитку и продолжать поиск таинственного источника на садовой улице. Несмотря на ранний час, быстро собрались соседские дачники и встревожено наблюдали за его действиями. Максимум счета пришелся на обочину дороги у сада, находящегося на противоположной стороне улицы на два участка дальше сада Тенгиза, и достиг примерно той же интенсивности, что и при вчерашних измерениях у сгоревшего авто. Двое более решительных садоводов - женщина и мужчина - подошли и спросили: "Вы радиоактивность определяете? Значит, в институте авария была?". Из вчерашних рассказов Тенгиза Александр понимал, что сейчас обман важнее правды. "Да нет, я ищу кабель - это современный металлоискатель". На его счастье, люди оказались не технарями, а кабель действительно пролегал где-то недалеко от этого места. "Значит, те, что в воскресенье были, не обманывали", - подытожили успокоенные наблюдатели.