- А в последние секунд 10 до аварии импульсы вообще пропали... - добавил Саша.
- Видимо, перестал работать запускающий генератор, - предположил Тенгиз. - Вот это-то и заметил Серега и сумел сообразить, что будет, если тот заработает.
- А где причина всей этой свистопляски? Кто мог устроить это? - вопрошал Женя. - Может быть, это сигнал, посланный инопланетянами?
Тенгиз хотел посмеяться, но раздумал:
- Нет, Женя, зачем тогда "всем", как ты сказал, скрывать, что было с реактором до того, как на пульт ворвались террористы и до аварийного сигнала?
- Что же тогда?
- Ребята, нет времени объяснять всё. Давайте доспим эту ночь, а рано утром я еду в институт. Вам же лучше отсиживаться в домике... Нет - безопаснее быть рядом с Андреем - он сейчас в усадьбе.
- А почему? - удивился Женя. - Кого нам бояться?
- Думаю, есть кого - не всех еще загрыз тигр.
---------------------------------------------------------------
На самом деле, Тенгиз еще не понял причин странного поведения реактора. Отправив друзей спать в комнату (Жене он уступил свой диван), оставшуюся часть ночи он провел на застекленной веранде. Полная луна ярко освещала кухонный столик, за которым он долго сидел и вычислял возможное влияние на реактор плутония-238, накопленного преступной группой Пьера-Паука в девятой камере. Намаявшись с безрезультатными расчетами, Тенгиз лег спать прямо на большом сундуке, привезенном когда-то из Грузии в память о любимом деде.
Разбудило Тенгиза яркое утреннее солнце, светившее через все окна веранды. От окна к окну по веранде метались две бабочки "павлиний глаз", пытаясь вырваться наружу и насладиться сладким нектаром майских цветков. Они то порхали беспорядочно по комнате, то с разлету врезались в стекло, тщетно бились об него и, обмякнув, замирали со сложенными крылышками на узком подоконнике. Затем беспорядочные попытки обрести свободу повторялись. "Детерминированный хаос" - пришло на ум Тенгизу определение из динамики нелинейных систем, упомянутое два дня назад иностранцем в вопросе к нему, Тенгизу, после доклада на конференции. Об этом виде "хаоса" Тенгизу было известно только, что это особое состояние вполне определимой системы, когда ее параметры беспорядочно мечутся в промежутке между двумя крайними значениями. Одно из них может быть нулем, как скорость бабочки, когда она, уставшая, отдыхает на подоконнике. Или когда нет импульса реактора... Когда мощность реактора.... И Тенгиз вскочил с сундука, вспомнив графики Жени Шашкова. Возможно, установка была как раз в режиме детерминированного хаоса... Нет, определенно так! И Сергей нажал на кнопку сброса реактивности в момент нулевой мощности! И спас реактор! Иначе аварийный импульс был бы катастрофически большой!...В это время одна из бабочек набрала предельную скорость и так ударилась о стекло, что свалилась вниз и затихла. Авария. Тенгиз, взяв бабочек осторожно за сложенные крылышки, выпустил их на свободу через дверь. Он, наверное, впервые за эти пять дней был счастлив - ниточка событий, до сих пор плохо связанных причинно, будет распутана. Он знал теперь, что надо делать.
---------------------------------------------------------------
Надо было просто узнать больше о нелинейной динамике и детерминированном хаосе. Раньше ему не приходилось заниматься подобной задачей. Не дожидаясь, когда проснутся друзья, и написав им записку с повторным напоминанием о необходимости быть осторожными, Тенгиз поспешил в город - Интернет еще не дошел до дачного кооператива. В дороге его застал звонок Андрея. Он сообщил Тенгизу предварительные данные радиационной разведки: во всех местах, где найдены следы заражения, наблюдали только альфа-активность. На вторую половину дня назначено экстренное закрытое совещание у генерала Федорова. Скорее всего, будет принято решение о временной эвакуации, и начнется она, вероятно, сегодня же вечером. Дачникам, безусловно, будет настоятельно предложено покинуть дачи до окончания дезактивации небольших пятен слабой активности, уже обнаруженной на дачной территории на границе с болотом "Смерть водяного". "Между прочим, и ты будешь вызван на совещание" - подчеркнул Андрей. "Неплохо было бы иметь, что сказать, и реабилитировать Сергея в глазах его коллег-реакторщиков", - подумал Тенгиз. И еще он подумал о том, что теперь придется делить свою городскую квартиру с Людмилой. Он думал о предстоящих бессонных ночах на раскладушке в кухне, с постоянным ощущением близкого присутствия привлекательной молодой женщины за стеной, в соседней комнате. Не будь она возлюбленной друга, все было бы проще...
Но Тенгизу, как это часто случалось, повезло. Обстоятельства сложились так, что несколько следующих ночей Тенгиз провел вдали от дома, вдали от Вязны.
А случилось так. Явившись с утра в библиотеку института и покопавшись в каталоге, Тенгиз заказал на абонементе несколько монографий по нелинейной динамике и детерминированному хаосу. Он был настолько захвачен азартом собаки-ищейки, что даже не отпустил ни одного комплимента девушке-библиотекарю, привлекательной блондинке с тонкой изящной фигуркой. Та мгновенно погасила возникшую было при появлении Тенгиза улыбку и, не торопясь, ушла в хранилище, Вернувшись, сообщила (Тенгизу показалось, что сделала она это с удовлетворенным чувством мести уязвленного самолюбия), что ни одного заказанного экземпляра нет.
- Не может быть! Десять книг - и все взяты?
- Да, взяты. Вчера утром.
- Кто же это меня опередил?
- Это я Вам не обязана говорить.
Наконец Тенгиз понял свою ошибку:
- Я знаю, что читателей в хранилище не пускают, но может быть, мы вместе посмотрим на полках - возможно, остались другие книжки по этой тематике? Два глаза - хорошо, а четыре - лучше, не так ли? Если найдем - за мной кофе с пирожным, идет?
Глаза девушки потеплели:
- А если не найдем? - уже лукаво спросила она.
- Все равно пойдем в кафетерий.
- Тогда идемте прямо сейчас - всю полку по вашей тематике вчера утром забрал Пьер Роже, знаете - француз? Я говорю ему: "Больше трех книг не выдаем". А он: "Мадемуазель, Вы же слышали про аварию на установке ЛЯР? Этот материал нужен для комиссии, понимаете?" И кладет на стол коробку конфет, французские. Вот.
И девушка достала из ящика стола изящную коробку. "Съедим в кафетерии" - уже весело добавила она и, встав из-за стола, оправила платье и пошла с коробкой к двери.
Тенгиз слушал этот монолог как будто из-под воды, оглушенный нежданной новостью. Ну и француз! Оказывается, он был еще лучшим физиком, чем прикидывался. И сразу понял (или знал?) причину аварии, и ему было невыгодно, чтобы другие это узнали.
Тенгиз взял коробку из рук удивленной девушки:
- Не ешьте эти конфеты - их подарил Вам убийца, который сам уже мертвец.
С этими словами Тенгиз быстро покинул библиотечную комнату, оставив бедную девушку в страшном смятении...
------------------------------------------------------------------
После нескольких суток пасмурной погоды вечер 30 мая выдался теплым, солнечным. На участках садово-дачного кооператива "Зеленый атом" кипела радость жизни. Мужья, пока еще не в отпуске, вернулись с работы, и это было то время беззаботного ощущения покоя и безопасности, когда вся семья в сборе, никто никуда не собирается, никто не болеет, никто не готовится сдавать ЕГЭ. А вокруг зелено, поют пташки, а комары еще не очень злые.
В саду техника Александра Александровича Иванова была такая же мирная атмосфера. Ложная тревога аварии уже забыта. Жена Катерина, срочно уехавшая с сынишкой в прошедшие выходные в город, теперь, успокоенная, отмывала в нагретой солнцем ванночке пятилетнего Ваню, а муж сидел на открытой веранде (в прошлом году сделал сам, и теперь это было его любимое место отдыха), потягивал пиво и время от времени крутил заводную ручку патефона. Старый забытый музыкальный ящик, восстановленный Александром Александровичем, мастером на все руки, звучал так громко, что даже интеллигентная соседка по даче Таисия Яковлевна, облокотившись на низкий декоративный заборчик между участками, мечтательно подпевала Ружене Сикоре :