Моего ребенка.
Я подавил волну эмоций, вызванную этой мыслью. К счастью, Тея казалась погруженной в свои собственные мысли. Отчасти я надеялся, что она сорвется и выскажет их мне. Я хотел знать, о чем она думает. Но больше, чем когда-либо, она заслуживала уединения.
Тем более что она казалась не просто невосприимчивой к мысли о беременности, а откровенно враждебной. Я не знал, что с этим делать. Возможно, тест на беременность убедил бы ее, но это не успокоило бы ее чувства по этому поводу.
Когда мы подошли к двери, я провел рукой по биометрическому считывателю, чтобы отпереть ее. Тея смотрела на меня широко раскрытыми глазами, пока я открывал дверь и придерживал для нее.
― Он уже настроен на тебя, ― пробормотал я. ― Я попросил Селию использовать сканы из нашего дома в Сан-Франциско.
Тея кивнула, но не взглянула на меня, когда шагнула внутрь. Она молча осмотрела трехэтажный холл, переходящий в гостиную. С трех сторон открывался панорамный вид на воду, но, учитывая поздний час, она, скорее всего, видела только темноту, простирающуюся перед ней. Наконец она повернулась ко мне.
― Ванная комната?
― Третья дверь налево. ― Я указал на коридор, который вел к спальням первого этажа. ― Я подожду здесь.
Я не мог оторвать от нее глаз, пока она шла по темному коридору. Когда она наконец скрылась за дверью, я хлопнул себя по голове.
― Черт!
Я все испортил. Не тем, что Тея забеременела. Мы оба активно шли на этот риск в течение нескольких недель. Нет, я облажался, спустив с поводка свои дурацкие вампирские чувства. Если бы я лучше контролировал себя и свои эмоции, ничего бы этого не случилось. Ну, беременность ― да. Но она заслуживала того, чтобы узнать об этом на своих условиях.
Она заслуживала того, чтобы узнать это первой.
Поэтому она так расстроилась? Не перегнул ли я палку, рассказав ей, хотя она требовала правды?
Мне нужно было понять. Не только для того, чтобы поддержать ее, но и потому, что часть меня была… задета.
Та часть меня, которая полюбила, как только почувствовала едва заметное изменение в ее крови. Я собирался стать отцом. Это было последнее, чего я хотел еще десять минут назад. А сейчас? Я бы убил к чертовой матери любого, кто к ней прикоснулся.
Хорошо, что мы были одни на острове, потому что мне нужно было взять себя в руки ― и быстро. Мои мысли неслись еще быстрее, чем мои ноги, когда я мерил шагами комнату. Каждый раз, когда я думал о реакции Теи, у меня сдавливало грудь, и чем дольше она находилась в ванной, тем хуже становилось. Я перегнул палку, почувствовав беременность, пусть даже непреднамеренно, и поэтому отключился от нее, отказываясь копаться в ее голове. Учитывая ее эмоциональное состояние, она могла не захотеть, чтобы я разделял ее мысли в данный момент.
Когда дверь в ванную открылась, меня охватило облегчение. Оно исчезло, как только я повернулся к ней и заметил, что ее глаза покраснели, а лицо выглядело припухшим, ― и то и другое говорило о том, что она плакала.
Я открыл было рот, но она подняла руку.
― Я сделаю тест на беременность, но никак не могу быть беременной, ― твердо сказала она.
Я не собирался с ней спорить. Вместо этого я кивнул.
― У меня нет никаких симптомов, ― продолжала она, ― и мне нужно немного больше доказательств, чем вкусовые рецепторы вампира.
― Это совершенно справедливо.
― Мы приехали сюда, чтобы сбежать от проблем, а не пополнить их. Мы разберемся с этим позже, но я уверена, что это ерунда, ― добавила она.
Ее сопротивление озадачило меня, но я не стал спорить и не посмел вторгаться в ее мысли. Хотя я не мог с уверенностью сказать, от кого исходила эта мешанина эмоций ― от меня или от нее. Возможно, она не хотела обнадеживаться, не зная наверняка. Как скоро я смогу попросить кого-нибудь принести нам тест? На острове оставалось несколько сотрудников. Возможно, я смогу связаться с Селией. Учитывая ее догадки, она наверняка будет рада выполнить это поручение.
― Ты выглядишь так, будто замышляешь что-то, ― прервала мои мысли Тея, ее голос был полон подозрения.
― Просто слушаю, ― сказал я, направляясь к ней.
Но она покачала головой.
― Не может быть. У меня были месячные…
Я ждал, пока она морщила лоб, пытаясь вспомнить. Я прикусил губу, чтобы сдержать улыбку. Это бы точно не прошло даром.
Она разочарованно пискнула.
― Я не могу вспомнить, учитывая все происходящее, но, ― быстро добавила она, ― я уверена, что это было всего несколько недель назад.
Я воздержался от того, чтобы сказать ей, что, насколько мы знаем, она могла забеременеть вчера. Благодаря своим вампирским чувствам и нашей связи я заметил бы малейшие изменения в ее теле.