― Я не знаю, ― призналась она дрожащим голосом. ― Я убила его. Я даже не задумалась. Я просто…
― Он не умер, ― мягко напомнил я ей. ― Этот ублюдок проснется с головной болью и вновь обретенным чувством уважения.
Она не улыбнулась этой шутке.
― Не могу поверить, что я это сделала. ― Ее нижняя губа задрожала, когда она бросила взгляд на вымощенную камнем улицу. ― Неужели это происходит? Я становлюсь чудовищем?
― Нет, ― сказал я резче, чем хотел. Я приподнял ее лицо. ― Тобой двигал защитный инстинкт. В этом нет ничего постыдного.
― Я поступила так, чтобы защитить тебя, ― прошептала она и прикусила губу. ― Это плохо, что мне становится легче, когда я думаю об этом именно так?
Не было ничего, чего бы я не сделал, чтобы обеспечить Тее безопасность. Не было такой черты, которую я бы не переступил. Я покачал головой.
― Это не так, и он тебя спровоцировал. Он полез в драку. Ты ее закончила. Не вини себя. ― Но я знал, что она будет. Она свыклась со многими особенностями своего нового мира, но я сомневался, что она когда-нибудь привыкнет к насилию. Я провел ладонью по ее спине. ― Хочешь вернуться во дворец?
Тея отстранилась, и в ее глазах снова вспыхнул огонь, который она демонстрировала несколько мгновений назад.
― Нет. Ты обещал показать мне тайную Венецию, верно?
― Да. ― Я улыбнулся.
― Тогда пойдем, старик.
Я знал, что она заставляет себя говорить уверенно, притворяться, будто внутри у нее все не сжимается от ужаса и она не оглядывается через плечо каждые несколько секунд. Но хотя я чувствовал ее паранойю, я также чувствовал ее решимость, и не хотел отнимать у нее это чувство.
― Сюда.
― Куда мы идем? ― спросила она, когда мы двинулись по переулку, удаляясь от толпы.
― Это сюрприз. ― Я практиковался очищать свой разум, так что надеялся не испортить его. Если она и заметила, то ничего не сказала. Вместо этого она крепко сжала мою руку.
Мы остановились на мосту Понте-де-Пискина, чтобы полюбоваться выбеленными соленой водой зданиями с разноцветными облупившимися ставнями и пустыми цветочными ящиками. Вода билась о старинные камни, а под нами плавно проплывала гондола.
― Это место полно магии, ― со вздохом сказала Тея, опуская голову мне на плечо.
Я знал, что она не имела в виду настоящую магию, даже если город был полон ею. В Венеции было что-то такое, что трогало душу. Когда меня отправили сюда служить королевам, я полюбил этот город, хотя и ненавидел то, чего он от меня требовал. А теперь я любил и ненавидел его по совершенно разным причинам.
В отличие от многих других городов мира, он оставался практически неприкосновенным на протяжении многих лет. Он по-прежнему напоминал город, который я покинул много веков назад. И он оставался таким же опасным, как и тогда. Сколько покушений на королев я предотвратил? То время, что я служил им, в какой-то мере подготовило меня к сегодняшнему дню.
Я знал Венецию. Она была живой, дышащей частью меня. Это знание могло помочь мне уберечь Тею, но достаточно ли его? В прошлом я действовал по долгу службы. Теперь же мне предстояло защитить нечто гораздо более дорогое и потерять несоизмеримо больше, если я потерплю неудачу.
― Пойдем. ― Я потянул Тею за руку. ― Мы уже близко.
Мы свернули за угол, миновав закрытое на зимний сезон бистро, и обнаружили большое здание с колоннами, уходящими в небо от мраморных ступеней.
― Думаю, это оно, ― сказал я ей.
― Думаешь? ― повторила она. ― Я думала, ты водишь меня по всем своим старым местам.
― Да, ― сказал я, обхватывая ее руками, чтобы украдкой поцеловать. ― Но многие из моих старых мест сгорели за эти годы.
― Случайно? ― Она изогнула бровь.
― А ты как думаешь? ― сказал я со смехом. ― Радуйся, что мы больше не пользуемся свечами.
― Значит, ты никогда здесь не был?
― Не в нынешнем воплощении, но раньше это был дом одной из моих любимых куртизанок.
― Ты привел меня в дом своей бывшей? ― спросила она.
― Ни в коем случае. Она была моим другом. Не более того. ― Я наклонился, чтобы поцеловать ее в лоб. ― Ты становишься очень ревнивой, моя королева.
― Я все еще переживаю, что сплю в старой кровати Гвинервы, а вы двое… ― Она просунула указательный палец между сложенными кольцом пальцами противоположной руки.
Я разразился смехом.
― Полагаю, это символизирует половой акт.
― Половой акт? ― Она покачала головой. ― Иногда я забываю, какой ты древний.
Мой смех сменился улыбкой. Приподняв подбородок указательным пальцем, я заглянул ей в глаза.
― Тебя это так сильно беспокоит? Мое прошлое?