— О, я никогда не играла, — ответила Дарриан, надкусывая кусочек сыра.
— Куда катится мир? Эта не играла почти десять лет, а эта — никогда? — пробормотал отец с полным ртом.
— Не переживай, в твоей жизни и так полно бредятины, — усмехнулась мама и наклонилась к Эверли, отчего они обе разразились смехом.
Дарриан посмотрела на них, потом перевела взгляд на меня. Несколько секунд внимательно меня изучала, затем вернулась к своему странному ужину из сыра и пепперони.
Отец настоял на нескольких раундах игры. Дарриан сказала, что будет просто наблюдать, потому что ей нужно отвечать на звонки, которые поступали весь следующий час.
Мой отец и Эверли всегда были опасным дуэтом. Он варил пиво дома, и она была единственным человеком на свете, кому оно нравилось. Он налил нам по бокалу, но Дарриан отказалась — видимо, в пиве слишком много углеводов.
Комната наполнилась смехом, когда Эверли встала и крикнула:
— Бредятина!
— Вот черт, девочка, ты всегда умела меня раскусить, — отец скрестил руки на груди, подняв стакан и показывая свои кости.
— Что я могу сказать? Раз чемпион, всегда чемпион, — пожала плечами Эверли и сделала глоток пива.
— Может, поедем к тебе? Я что-то устала, — сказала Дарриан.
Эверли с силой выплюнула пиво на стол. Ее глаза расширились от шока, а все вокруг вскочили. Голова отца запрокинулась в приступе громкого смеха, а мама бросилась за полотенцем. Видимо, мысль о том, что Дарриан останется у меня, ей совсем не понравилась.
— О боже! Простите, пожалуйста. Кажется, я просто не туда глотнула, — Эверли выхватила у моей мамы полотенце и принялась вытирать стол.
— Черт. Кажется, немного попало на мою блузку, — Дарриан отошла к раковине, и она даже не пыталась скрыть раздражение.
— Ну все, Эверли, ты влипла, — пропел мой отец, дружески толкнув ее локтем в бок.
— Дарриан, мне очень жаль. Хочешь, я дам тебе футболку, а твою блузку заберу домой и попробую отстирать пятно?
— Не стоит. Это стопроцентный шелк. Ее надо нести в химчистку, — она выдавила натянутую улыбку и посмотрела на Эверли, а потом перевела взгляд на меня.
Она хотела уйти.
— Ладно. Мы поехали. Заодно подбросим тебя по пути, Эвер, — сказал я, специально используя прозвище.
Дарриан резко вскинула голову и уставилась на меня. Что за черт с ней творится? Мы расстались несколько недель назад. Почти не общались. Иногда она писала короткие сообщения — ничего больше. Мы расстались по-дружески. Мы были друзьями. И меня это устраивало.
— О, не надо. Я могу дойти пешком, — пробормотала Эверли, слегка заплетающимся языком, и поднялась на ноги.
Я потянулся за ключами:
— Ты не пойдешь пешком одна ночью, тем более в таком состоянии. Садись в машину.
— Он всегда был таким командиром? — обратилась она к моей маме.
— Думаю, да. Просто ты всегда умела ему противостоять, — мама крепко обняла Эверли.
Я обернулся и заметил, что Дарриан внимательно за всем наблюдает, а потом подошла и быстро обняла моих родителей. Дарриан Сакатто не была слишком ласковой. Она дружелюбная, красивая, умная и независимая. Но объятия и болтовня — не ее стиль. Она была девушкой красных дорожек и прекрасно справлялась со своей растущей популярностью.
Когда мы подошли к машине, Эверли по привычке устроилась на переднем сиденье и тут же громко икнула, а потом разразилась смехом. Она выпила три бокала пива с моим отцом, а его пиво было далеко не легким. Вот почему я сделал лишь пару глотков.
— О, наверное, ты хотел сесть вперед со своей девушкой, — пропела она невероятно громко. — Могу просто подвинуться.
Неловкость даже близко не описывала ситуацию. Дарриан села в машину — я знал, что ей это не по душе. Когда мы куда-то ездили, она всегда предпочитала спортивные автомобили. Теперь мы втроем сидели на переднем сиденье, как шпроты в банке, Эверли посередине, а я повел машину по длинной подъездной дороге.
Эверли шумно вздохнула:
— Это было так здорово. Я и не знала, как сильно скучала по твоим родителям.
— Я же говорил, они будут рады тебя видеть, — ответил я, когда она положила голову мне на плечо и громко рыгнула, снова расхохотавшись.
Я остановился у ее съемного дома и бросил взгляд на Дарриан — она выглядела крайне раздраженной.
— Извините-е-е! — выкрикнула Эверли. — Клянусь, это пиво чистый спирт.
— Ага. Оно крепче с каждым разом, — пробормотал я и уже собирался выйти из машины, но тут Эверли Томас выкинула такой номер, что у меня отвисла челюсть.