Он вперил пронзительный взгляд в синие глаза своего противника и медленно, смакуя слова, произнёс:
— Поскольку, как уверяет король Шотландии, у него нет намерения удерживать Шерлока при своём дворе насильно, то я не вижу препятствий, чтобы не забрать своего раба назад, раз уж всё так прекрасно сложилось! Естественно, я возвращу компенсацию Школе за вычетом некоторых расходов, понесённых мною из-за продолжительного отсутствия моего имущества!
— Нет.
В ту секунду тишины, наступившей, когда судьи ещё только начали осмысливать предложение сэра Магнуссена, определяя его законную приемлемость, а король Джон, с приоткрытым в гневе ртом, собирался уже вскочить со своего места, чтобы… что? Он и сам не знал, но собирался, собирался… В эту самую секунду спокойное и твёрдое «нет», произнесённое бархатистым баритоном, прозвучало не менее неожиданно и впечатляюще, чем планируемый шотландским монархом выстрел.
Сэр Чарльз с яростью повернулся к рискнувшему подать голос Преданному:
— Что значит «нет», РАБ?! Как ты вообще посмел открыть рот?!
Шерлок невозмутимо встретил колкий взгляд, от чего желваки на скулах бывшего Хозяина заходили ходуном, а ноздри расширились от выдыхаемого мощными толчками воздуха.
— Это значит, — спокойно пояснил он, — что если Вы внимательно слушали господина Ромуса и Гранд-Мастера Мейера, то должны ясно представлять, что я уже не Ваш Преданный, Ваша Светлость. Мой единственный настоящий Хозяин — король Джон, хотя он и не подозревал о существующей между нами Связи. И если суд примет решение разлучить меня с ним, я, безусловно, погибну, не доставшись никому.
Судьи взволнованно загомонили, вполголоса обмениваясь мнениями об услышанном. Брать на себя ответственность за смерть невинного никому не хотелось, пусть даже речь шла о Преданном.
Сир Майкрофт, не участвовавший в процессе обсуждения, с лёгким прищуром оглядывал спокойно сидящего на своей не слишком комфортной скамье Преданного. Тот ответил на взгляд — не дерзко, но спокойно и уверенно, и Император, едва слышно выдохнув, подчёркнуто расслаблено откинулся на спинку судейского кресла, краем уха контролируя поток высказываний сидящих рядом. Наконец, те созрели до уточняющих вопросов:
— Господин Ромус? Мастер Мейер? Это так? Преданный Шерлок на самом деле погибнет, если его вернуть прежнему Хозяину?
Представители Школы — бывший и настоящий — переглянувшись, одновременно кивнули.
— Да. Это истинная правда. Если Преданного насильно разлучить с Хозяином, он, однозначно, погибнет. Без вариантов.
— А если провести ритуал в обратном порядке? Ведь установленная между королём Джоном и Преданным Связь довольно сомнительна. Возможно, Его Величество, для которого настоящая подоплёка их с Шерлоком отношений, как мы убедились, тоже стала абсолютной неожиданностью, захочет отказаться от навязанного ему Идеального Слуги?
Мэтра заметно передернуло от ужаса подобной перспективы. Собрав все силы и весь дар убеждения торговца, не дав времени Джону обдумать, как лучше отказаться от столь неприемлемой перспективы, он произнёс быстро, но чётко и размеренно:
— Исключено. Тот, первый раз чуть не убил Шерлока. И это при абсолютном душевном совпадении объектов для Связи! Мало того, что такую гармоничную Связь, которая возникла неожиданно, но прочно, разрушить практически невозможно, так и установить вместо неё основанную на тех сложных противоречиях, что возникли у лорда Магнуссена с Преданным Шерлоком… — он покачал седой патлатой головой. — Нет. Это абсолютно нереально. Я не смогу, даже если вы обяжете меня, Ваша честь. Просто не получится. Могут сильно пострадать и король Джон, и лорд Магнуссен, а Шерлок, наверняка, просто погибнет. Боюсь, нам придётся оставить всё, как есть. Преданный должен быть со своим новым Хозяином, иначе это будет преднамеренное убийство.
Судьи, переглянувшись, обратили требующие подтверждения взгляды на Гранд-Мастера, и Джон, прилагающий все усилия, чтобы не растратить растерзанного стремительными скачками от надежды до отчаяния самообладания, приготовился выслушать вердикт уважаемого главы Школы.
— Форма ритуала, на самом деле — это только обёртка, за которой скрыта настоящая суть, — с многозначительным видом начал Гранд-Мастер. — Самые важные условия для установления Связи — это пограничное состояние сознания Преданного и сильный эмоциональный посыл соединяющегося с ним Хозяина. Сознание наших воспитанников устроено таким образом, чтобы найти как можно больше точек соприкосновения с сознанием Хозяина. И если таких точек оказывается достаточно много, Связь может установиться почти автоматически, без соблюдения второстепенных условностей. К сожалению, идеальная Связь — слишком редкое явление, чтобы мы имели возможность изучить её досконально. К тому же, у нас нет возможности исследовать процессы, происходящие в сознании Хозяев — нам никто такого просто не позволит. Предполагается, что такая Связь должна помочь Преданному раскрыть весь свой потенциал, делая его абсолютно счастливым и невероятно сильным существом. Действует ли она подобным образом на господина — неизвестно, но вполне вероятно, что некоторое влияние тоже имеется.
— Возможно ли вернуть Преданного бывшему Хозяину, проведя обратный ритуал? — постарался вернуть Гранд-Мастера из абстрактных сфер к делам насущным судья.
— Судя по всему, мэтр Ромус прав, и Связь, установившаяся между Шерлоком и новым Хозяином действительно относится к разряду идеальных, — уверенно заявил Мастер Мейер. — И разрывать её слишком опасно для обоих вовлечённых в неё участников. При таком уровне риска я не могу позволить провести обряд никому из Мастеров Школы. А так как никто другой этого сделать не сможет… — Гранд-Мастер развёл руками, подтверждая безнадёжность ситуации, и никогда ещё Джон не радовался безнадёжности с такой надеждой. Неужели они победили?
Судьи снова зашептались, а сэр Чарльз метал из-под очков яростные молнии то на своего политического соперника, то на бывшего раба, которые смотрели теперь друг на друга, передавая лишь им одним ведомую информацию на каком-то непостижимом для всех прочих ментальном уровне…
По прошествии некоторого времени взмыленный от пережитых за день эмоций судья повернулся, наконец, к ожидающим вердикта заинтересованным лицам, чтобы всё-таки озвучить предварительное заключение:
— Ну что ж… Скорей всего, учитывая все обстоятельства, показания мэтра Ромуса и консультации Мастера Мейера, суду ПРИДЕТСЯ позволить Преданному Шерлоку остаться рядом со своим новым Хозяином. Суд так же предлагает, ввиду обстоятельств, связанных со спасением жизни человека и вовлечённых в это высоких лиц, счесть возможным не предъявлять господину Ромусу обвинения в предумышленном нанесении ущерба лорду Магнуссену, однако, обязать Школу Идеальных Слуг, так как несанкционированная процедура изменения Связи всё же была произведена, повторно выплатить лорду Магнуссену пеню в размере стоимости Преданного Шерлока, дабы покрыть его ущерб от этого прискорбного стечения обстоятельств, как моральный, так и материальный. Ввиду же полностью доказанной неосведомленности короля Джона о происходящем, что подтверждено свидетельскими показаниями мэтра Ромуса, никак не заинтересованного в даче ложных показаний по этому поводу, а также исключительно благих намерений короля Шотландии, обвинения с Его Величества суд предлагает считать полностью снятыми.
Судья многозначительно помолчал и обратился к Джону:
— Хотите ли вы, Ваше Величество, предъявить иск Школе или мэтру Ромусу за обман и умышленное введение в заблуждение?
Джон, внимательно слушающий судью и всё более погружающийся от озвучиваемого вердикта в блаженную эйфорию, искренне опешил от предлагаемой перспективы:
— Нет. Я… Нет.
И тут, едва сдерживающий гнев Чарльз Магнуссен, до последнего уверенный в своём выигрыше, взорвался яростным негодованием:
— Естественно — нет! Ваша честь! Ваше Императорское Величество! Я протестую! Это же насмешка! Вы всерьёз считаете, что король Джон похож на невинного агнца? И ничего не знал??? Да любой, кто участвовал в установлении Связи, прекрасно знает, как проводится этот ритуал и что является неотъемлемой частью процедуры! — он развернулся и ткнул пальцем в напрягшегося на скамье Шерлока. — Клеймение! Боль — первое сильное ощущение, полученное из рук Хозяина. Без этого Связь никогда не будет полноценной. На теле этого раба — моё клеймо! Которое я поставил лично! Это ли не подтверждение тому, что он мой? И если между королём Шотландии и этим рабом действительно существует Связь, да ещё и идеальная, то клеймо Дома Ватсонов сейчас тоже украшает кожу этого зарвавшегося нахала! — Чарльз снова повернулся к Императору: — И после этого, после того, как Ватсон Шотландский ставил своё тавро на человека, он посмеет утверждать, что не понимал, что происходит? Продолжит доказывать, что он такой альтруист и ведёт борьбу с рабством? Осмелится заявлять, что не имеет отношения ни к чему такому? Не смешите меня!