Молли, без устали смешивающая жаропонижающие микстуры и составляющая мази для облегчения страданий воспалённой кожи несчастных, время от времени, несмотря на строгие замечания своего невольного покровителя, всё же отправлялась в отведённые для тяжелобольных палаты, где всеми силами старалась помочь страждущим, поднося воду, меняя холодные компрессы или даже просто придерживая за руки тех, кто в бреду до крови раздирал розовые пятна на собственной плоти.
К счастью, умерших пока было немного, как подозревала мисс Хупер — благодаря той спартанской настойке, рецепт которой Шерлоку удалось найти в каком-то малоизвестном трактате. Личные же изыскания кудрявого гения пока никак не оправдывали возложенных на них надежд несмотря на то, что он почти не отлучался от увеличительного прибора, сквозь стёкла которого, казалось, собирался рассмотреть абсолютно всё, что только можно было найти внутри и снаружи истерзанных болезнью тел.
Впрочем, через несколько дней этот, на первый взгляд, не имеющий особого смысла труд увенчался успехом, о чём мисс Молли узнала по удовлетворённому возгласу королевского секретаря, с победным видом откинувшегося на спинку неудобного лабораторного стула:
— Как я и предполагал, миледи. Как я и предполагал!
Скрестив руки на груди, мужчина уставился перед собой задумчивым взором и произнёс, обращаясь к своей вынужденной, но от этого не менее заинтересованной слушательнице:
— Вы когда-нибудь задумывались, мисс, как рационально и вдумчиво природа использует для собственных целей всякое своё создание? То, что человеку кажется лишним и бессмысленным, или даже вредоносным, на самом деле лишь инструмент в руках создавшей нас силы — не столько милосердной, сколько сохраняющей мир в равновесии.
— О чём вы, сэр? — с удивлением воззрилась на говорившего леди Хупер, не понимая, с чего бы это обычно молчаливого королевского секретаря вдруг потянуло на ничего не значащие философствования.
— Я о том, миледи, насколько предусмотрительна природа, в распоряжении которой заготовлены как дары для своих глупых и неблагодарных детей, так и орудия для их наказания. — Заметив, что его слова по-прежнему остаются непонятными, Шерлок снизошёл до обычных объяснений: — Вши, миледи. Обычные вши — платяные и головные — вот те неприметные враги, которые переносят болезнь от человека к человеку. Казалось бы: едва ощутимый укус, крохотное повреждение — и вот вы уже трясётесь от лихорадки и сгибаетесь от мучительной боли. Что ж, можно сказать, что нам повезло — бороться с насекомыми намного легче, чем с неуловимыми спорами, разлетающимися по воздуху от заражённых чумой или оспой. Тем более, что первые и абсолютно правильные шаги в этом направлении уже сделаны. Теперь нужно к общественным купальням добавить ещё и прачечные, в которых одежда бы не только стиралась, но и кипятилась, а потом обрабатывалась специальным составом, способным отпугнуть вшей или вообще их уничтожить, не принося при этом вреда людям.
— Я как-то делала мазь от комаров, — уяснив, наконец, смысл сделанного Шерлоком открытия, Молли с воодушевлением подключилась к обсуждению необходимых для предотвращения эпидемии мероприятий. — Думаю, составить средство для борьбы со вшами будет не намного сложнее.
— Замечательно! — мужчина вновь приник к окуляру прибора. — Вот и займитесь этим вместо того, чтобы шастать между тяжелобольными, рискуя заразиться. Так от вас будет значительно больше пользы. А я тем временем подумаю над вакциной — это самый верный способ снизить заболеваемость, хотя и малораспространённый у нас.
— У нас? — снова удивилась девушка.
— На Востоке вакцинацию применяют уже довольно давно и вполне успешно, — не отвлекаясь от подготавливаемых образцов, пояснил Шерлок. — Например, девушкам, предназначенным для гаремов, делают прививки против оспы, чтобы в случае эпидемии они не утратили своей физической привлекательности.
— А тиф? Против него есть прививки?
— В том-то и дело, что нет! — зелёные глаза заблестели азартом напавшей на след гончей. — Пока неизвестен возбудитель, создать вакцину невозможно.
— Похоже, вам это доставляет удовольствие, — несколько разочаровано вздохнула девушка.
— А вам — нет? — мельком взглянул на мисс Молли собеседник. — Я несколько дней шёл по следу, и вот загадка почти разгадана — почему это не должно меня радовать?
— Хотя бы потому, что это не развлечение, — пожала плечами леди Хупер, даже не пытаясь скрыть своё возмущение. — Речь идёт о жизни реальных людей, которые в данную минуту страдают.
— И что? — в глазах Шерлока скользнуло отстраненное любопытство.
— Имейте к ним хоть каплю сочувствия! — воскликнула девушка, поражённая этим необъяснимым равнодушием.
— Моё сочувствие облегчит их муки? — холодно поинтересовался мужчина.
— Нет. Нет, но… — Молли растерянно замолчала, не зная, что ответить на этот ничем не смягчённый цинизм.
— Тогда я и дальше буду тратить своё время на поиск действительно нужных решений, а не на пустые бессмысленные эмоции. И советую вам поступать так же, миледи. Воспользуйтесь, наконец, своей головой, а не только сердцем.
И хотя за проведённое в госпитале время леди Хупер уже порядком попривыкла к этой вызывающе-жёсткой манере общения, избранной королевским секретарём, возможно, ради экономии личного времени, обычно бесцельно растрачиваемого простыми смертными на всякие человекоугоднические околесицы, подобная бесчувственность показалась ей переходящей всякие допустимые пределы, а потому — совершенно непростительной. Вскочив с места, девушка негодующе прошипела в стройную равнодушную спину:
— Вы!.. Вы!.. — и не найдя в своём словаре подходящего названия для столь возмутительного поведения, она вылетела из комнаты, хлопнув дверью так, что пузатые колбы на полках жалобно зазвенели.
Проводив мисс Молли задумчивым взглядом, Шерлок на мгновение замер, но тут же убеждённо тряхнул кудрявой шевелюрой, словно отметая возникшие вдруг сомнения:
— Да, так будет лучше.
В небольшой аллее монастыря было тихо: стоны и крики несчастных не могли проникнуть наружу сквозь толщу каменных стен. Февральское солнце, склоняясь к горизонту, подсвечивало бронзовую дубовую листву, так и не покинувшую могучих корявых ветвей.
Молли зябко повела плечами: она выскочила на улицу, не захватив с собой ни тёплой накидки, ни даже шали, но возвращаться в лабораторию девушке совершенно не хотелось. Слишком сильно было её разочарование тем, кого она ещё недавно считала чуть ли не совершеннейшим из людей.
Позади раздались шаги и кто-то робко кашлянул.
— Простите, миледи, но на дворе прохладно, а вы так легко одеты…
Стремительно обернувшись, леди Хупер нос к носу столкнулась с Джоном Бэрримором, племянником и помощником доктора Мортимера. В руках мужчины был плащ, который он тут же поспешил предложить порядком продрогшей девушке:
— Стоит закутаться потеплее, если уж вы решились прогуляться. Позволите сопровождать вас? Скоро совсем стемнеет.
Благодарно завернувшись в тепло плотной ткани и спрятав покрасневший нос в лисий мех воротника, мисс Молли согласно кивнула.
— Я просто восхищён вами, миледи, — преодолевая явственно сквозившую в голосе и взгляде робость, произнёс молодой доктор, следуя за девушкой по исчерченным длинными тенями плитам старинной дорожки. — Никогда не думал, что придворная дама решится приехать в такое место, чтобы помочь больным, не брезгуя даже лично за ними ухаживать. С вашим великодушием может сравниться разве что ваш ум: поверьте, даже среди моих однокурсников нашлось бы немного таких, кто мог бы сравниться с вами в знаниях о лекарственных веществах. Ваши мази и настойки очень облегчают страждущим их тяжёлое состояние.
— Я лишь пытаюсь внести посильный вклад в наше общее дело, господин доктор, — скромно опустила глаза леди Хупер, но по чуть заалевшим щекам и тронувшей губы улыбке было ясно, что слова спутника ей очень приятны. — Да и как можно оставаться равнодушным, когда вокруг тебя столько человеческого горя? — добавила девушка с горечью, вспомнив свой давешний разговор с Шерлоком.