Девушка беззвучно вздохнула. Увы, отважная и решительная во всём, что касалось её научных изысканий, в делах сердечных леди Хупер была робкой и застенчивой. Конечно, она не считала себя дурнушкой, хотя ей и было далеко до таких роскошных цветов королевского двора, как леди Джанин. И знатность её фамилии вместе с богатым приданным единственной наследницы почтенного лорда Хупера делали её весьма привлекательной для многочисленных претендентов на руку... Но говорить кому-то, а тем более, невероятному господину королевскому секретарю, расположения которого, по мнению скромницы-Молли, были достойны только первейшие красавицы Шотландии, о своих чувствах девушка ни за что бы не осмелилась.
Меж тем взгляд юной девицы, следуя сокровенным желаниям, полностью прикипел к завораживающему всё её естество зрелищу. Жалость, до этого сжавшая было сердце чувствительной леди, сменившись безнадёжными мечтаниями, вскоре прошла и эту стадию, приняв вид волнующей истомы. Было ли виной тому трепетное мерцание свечей, услужливо предъявляющее вконец расхрабрившемуся взору не только элегантно очерченные высокие скулы и благородный разлёт бровей, но и по-мужски стройную шею с изысканным созвездием родинок, или жар от натопленного камина, сделавший дыхание впечатлительной мисс более жадным и глубоким, но Молли вдруг осознала, что испытываемое ею томление вот-вот выплеснется в удушливый полумрак комнаты, требуя воплощения переполняющих разыгравшееся воображение фантазий, почти неприличных в своей откровенности.
И словно прочтя мысли захваченной рискованной негой дамы, Шерлок, наконец, поднял на девушку тревожно-вопросительный взгляд, вспыхнувший обеспокоенным пониманием.
Не вынеся этого проникновенного отрезвляющего взора, читающего в самых потаённых уголках её души, как в открытой книге, пристыжённая мисс поспешила ретироваться в спасительный сумрак незаметно наступившего вечера, проникшего в лабораторию сквозь одинокое потемневшее окно. Потянув за неподатливую раму, девушка отворила незатейливый витраж, глотая освежающий воздух, будто выброшенная на берег рыба.
За её спиной послышался скрип массивного лабораторного табурета и невесомые шаги приближающегося мужчины.
— Мисс Молли, хм… — тихий голос, мягкий и увещающий, ударил по натянутым нервам девушки, заставив прикрыть глаза от захлёстывающего до краёв стыда. — Вам следует знать, что я…
Громкий шум, донёсшийся с монастырского двора, отвлёк обоих от деликатного разговора, предоставив счастливую возможность отложить щекотливые объяснения на неопределённый срок.
— Что там ещё? — слегка оттеснив Молли и высунувшись в окно почти до пояса, Шерлок попытался разглядеть причину шумной возни, участниками которой были двое монастырских стражников и тщедушного вида женщина в убогой, хотя и довольно чистой одежде. Неверный свет факелов выхватил из сгущающейся темноты бледное лицо и умоляюще сложенные руки бедняжки, о возрасте которой оставалось лишь догадываться. Она вполголоса просила о чём-то суровых охранников, попеременно заглядывая в их лица с робкой надеждой. Стражники, без особого рвения сдерживая слабый натиск просительницы, выжидающе поглядывали на крыльцо госпиталя, видимо, рассчитывая на появление кого-то, кто сможет решить возникшую проблему.
Леди Хупер, сердце которой не могло остаться безучастным к очевидным мольбам незнакомки, а разум был рад найти повод не оставаться больше в опасной близости от предмета своих трудноконтролируемых желаний, поспешила выбежать из комнаты, на этот раз предусмотрительно набросив на плечи тёплую накидку. Шерлок, секундно заколебавшись, последовал за своей временной коллегой.
Спустившись во двор монастыря, они обнаружили там и доктора Мортимера, который также был привлечён возникшим гамом и теперь имеющейся у него властью собирался решить сей кажущийся незначительным конфликт.
— Ступай себе, милая, — говорил глава госпиталя горестно вздыхающей посетительнице, отмахиваясь от её настойчивого желания поцеловать его руку. — Раз ты не больна, не могу я тебя принять. У нас тут не богадельня, болеющих и так много, и лишние рты совсем ни к чему. Тебя возьму — сразу столько вашего нищего брата набежит, чтоб за счёт казны поживиться. В городе столовые есть и ночлежки — отправляйся туда, там тебе помогут.
— В чём дело, господин доктор? — с участливым любопытством разглядывая неожиданную гостью, обратилась к Мортимеру леди Хупер.
— Да вот… — неохотно пустился в объяснения глава госпиталя, явно не будучи рад новым участникам происшествия, и без того отвлекающего его от множества текущих дел. — Эта женщина говорит, что у нас её дети и просит позволения остаться с ними. Сама она получила прививку и всю необходимую обработку ещё в городе, и брать её к нам не имеет никакого смысла.
— Ты действительно посещала прививочный пункт? — строго воззрилась на несчастную мать Молли.
— Всё, как положено, госпожа! — женщина закатала рукав, показывая тонкий подживший шрамик от медицинской процедуры. — И проверяться ходила, и одежду мне новую, обработанную, в купальне выдали, и вот… — она стянула с головы платок, демонстрируя коротко остриженный «ёжик» светлых волос.
— А откуда ты знаешь, что твои дети у нас? — продолжила допрос девушка.
— Мне об этом королевские стражники сказали, — с надеждой взирая на благородную даму, тут же ответила нищенка. — Я на заработках была, несколько дней малышей своих не видела, а когда домой вернулась, соседи сказали, что заболели они. Прямо на улице сомлели, а господа стражники их и подобрали. Я у стражников-то выспросила, они и сообщили, что всех больных только сюда и свозят. Пустите меня к ним, добрая леди! Они — всё, что у меня есть.
Женщина вытерла набежавшие слёзы платком. Доктор Мортимер недоверчиво хмыкнул, а леди Хупер, бросив на него укоряющий взгляд, вновь обратилась к просительнице:
— Но почему же ты не отвела детей к доктору? Им бы тоже сделали прививки, и, возможно, болезнь бы обошла их стороной.
Женщина замялась:
— Боязно было, госпожа! В городе слухи всякие ходят… Меня-то охрана насильно на прививку затащила.
— Но ведь с тобой ничего плохого после этого не случилось? — недоумевающе покачала головой девушка.
— Не случилось, — согласно кивнула нищенка и в очередной раз горько вздохнула. — Но я сперва убедиться хотела. А когда решилась — детишек уже и не было.
— Мы можем как-то помочь этой женщине? — чувствуя, как в носу предательски защипало, сострадательная леди прервала жалостливую историю, готовясь применить к главе миссии всю доступную ей силу убеждения.
— Ну вот: сами виноваты, а потом ещё и жалуются, — проворчал доктор Мортимер. — У нас пациентов — тьма, и чуть не половина из них — дети. Если тут сейчас все матери соберутся…
— Возьмите её, пусть помогает за больными ухаживать, раз иммунитет уже есть, — внезапно подал голос королевский секретарь, скорее, не прося, а давая распоряжение. — Вы же сами постоянно жалуетесь, доктор, что вам не хватает персонала. Воспользуйтесь возможностью.
Господин Мортимер, в собственную седовласую голову которого подобное решение почему-то не пришло, взглянул на просительницу несколько по-иному, однако, не без сомнения. Впрочем, перспектива получить дополнительную сиделку показалась ему достаточно соблазнительной и, приглашающе дёрнув гладковыбритым подбородком, лекарь двинулся к крыльцу. Женщина, благодарно присев перед леди Хупер и Шерлоком, засеменила за строгим провожатым, словно боясь отстать и упустить свой шанс. Стражники с явным облегчением продолжили положенный вечерний обход, по дороге негромко обсуждая разбавивший их рутинную службу инцидент.
— Вы поступили милостиво, оказав несчастной поддержку, — заметила Молли, обращаясь к королевскому секретарю и с интересом ожидая, что он на это скажет.
— Как верный слуга Его Величества Джона Ватсона, я обязан заботиться о королевских подданных и помогать им в нужде, — тон мужчины был абсолютно бесстрастным. — К тому же, принять эту женщину в качестве сиделки было очень целесообразно. Её детям уже лучше, и у неё будет достаточно времени, чтобы уделять его другим нуждающимся. И чувство благодарности послужит в данном случае неплохим мотиватором.
— Откуда вам известны подробности о состоянии именно её детей? Среди такого количества… — удивилась девушка.