Угрюмая тоска прошлась по душе когтистой лапой: если уж ему, Хозяину, так тяжело даётся эта разлука, то каково сейчас Шерлоку?
Не покидающий ни на минуту своего государя Лестрейд наблюдал за оцепеневшим в оконном проёме Джоном с нескрываемым беспокойством.
— Вам необходимо отдохнуть, сир, — не выдержал, наконец, верный капитан. — Завтра предстоит трудный день. И, если позволите, — с лёгкой запинкой добавил он, — я хотел бы остаться этой ночью с этой стороны дверей Вашей комнаты.
— Думаешь, князь Магнуссен решит подослать ко мне убийцу? — не оборачиваясь, выдавил глухой смешок король. — Это не в стиле Его Светлости. Он предпочитает сперва выжечь противнику сердце, а затем наблюдать, как тот корчится перед ним на коленях, умоляя вернуть отнятое. Или опасаешься, что я сам наделаю глупостей? — резко обернувшись, Джон с подозрением уставился на командира охраны — уж не догадался ли тот о тайных намерениях Его Величества?
Но то ли проницательность утомлённого дорогой капитана на этот раз утратила свою остроту, то ли королю удалось слишком хорошо скрыть свои замыслы — во внимательном взгляде карих глаз старого друга Джон не увидел ничего, кроме озабоченного сочувствия. Смутившись от собственной несдержанности, Его Величество невесело улыбнулся, пытаясь хоть как-то разрядить рвущее нервы напряжение.
— Тебе не о чем беспокоиться, Грег. Князь слишком тщательно готовил это представление, чтобы нарушать собственные планы, да и сир Майкрофт наверняка позаботился о всяческих предосторожностях, распихав охрану чуть ли не по всем углам дворца. Так что и мы, и Его Светлость можем спать спокойно. Что, кстати, не помешает. Ты прав — завтрашний день не из лёгких, будет крайне глупо изводить себя бессонницей. Не хочу доставлять Магнуссену удовольствие своим усталым и сонным видом, а это неизбежно случится, если ты соберёшься ночевать в моих покоях: прости, дружище, но под твой храп у меня вряд ли получится хорошенько отдохнуть.
Вежливый стук в дверь не позволил командиру стражи достойно возразить Его Величеству, чей шутливый тон не показался ему достаточно веской причиной для того, чтобы оставить короля без охраны в столь опасной близости от прославившегося своим коварством врага. Даже при всём несомненном уважении к Королю-Императору и его вышколенным блюстителям порядка.
Поздним визитёром, нарушившим планы шотландского монарха немедленно отправиться в ласковые объятия Гипноса, оказался мистер Генри Найт, сопровождаемый парой слуг, несущих подносы со снедью и напитками.
— Прошу прощения, Ваше Величество, — кончики ушей молодого секретаря горели то ли от усердия, то ли от смущения, — но Вы не сделали никаких распоряжений касательно ужина, и я взял на себя смелость позаботиться об этом, исходя из собственного вкуса. Надеюсь, что Вы не сочтёте мою инициативу за дерзость и останетесь довольны.
Только почувствовав, как его рот наполняется слюной от источаемых принесёнными блюдами ароматов, Джон вспомнил, что не ел с самого утра — торопясь поспеть в Лондон до заката, он сам отказался от остановки ради обеда, да и завтраком, можно сказать, пренебрёг, лишившись аппетита из-за тревог и переживаний. Сейчас же здоровый мужской организм уверенно напомнил, что для пополнения сил ему нужен не только крепкий сон, но и хороший кусок мяса, желательно — с гарниром и стаканчиком красного вина.
К тому же, находясь в довольно сомнительном положении, Его Величество не мог упустить столь удачной возможности получить хоть какую-то дополнительную информацию о предстоящем процессе и о царящих при лондонском дворе настроениях.
— О, мои запросы достаточно скромны, — одарив заботливого секретаря благодарной улыбкой, Джон подсел к столу, ловко сервируемому расторопными лакеями, — и, как я вижу, вам, господин Найт, удалось их удовлетворить даже с лихвой. Вот только…
— Что-то не так? Принести другое вино или заменить говядину птицей? — тут же напрягся молодой человек, всем своим видом демонстрируя готовность исполнить любую кулинарную прихоть венценосного гостя.
— Нет, всё замечательно, — Джон взглянул на имперского слугу с подкупающей непосредственностью, — но я ужасно не люблю есть в одиночестве, тем более, что этих прекрасных блюд с избытком хватит даже на пятерых сотрапезников. Поэтому я хотел бы попросить принести ещё два комплекта приборов: для капитана Лестрейда и для вас. Вы ведь окажете мне эту скромную услугу? Надеюсь, этим мы не нарушим никаких особых распоряжений сира Майкрофта?
— Я не уверен… — мистер Найт замялся, чувствуя какой-то подвох, но никаких распоряжений на этот счёт он и впрямь, видимо, не получал, а отклонить столь невинную просьбу шотландского монарха опасался, дабы не выглядеть крайне неуважительным.
— Не смущайтесь, господин секретарь, — непринуждённо усаживаясь по правую руку Его Величества, внёс свою лепту в охмурение Генри Найта командир стражи. — Наш государь известен своим добрым нравом и простотой в обращении далеко за пределами Шотландии, уверен — вы тоже об этом наслышаны. Не отказывайтесь. Думаю, вам не каждый день доводится ужинать в таком благородном обществе.
— О, я нисколько не хотел оскорбить Ваше Величество, — тут же принялся оправдываться вконец смутившийся секретарь. — Просто это так неожиданно…
— Так вы присоединитесь к нам, мистер Найт, или нам с капитаном придётся съесть это замечательное мясо и выпить чудесное вино самим? — весело поинтересовался король, не давая молодому человеку опомниться.
— Да, конечно, — окончательно капитулируя и делая знаки понимающей всё с полужеста прислуге, императорский секретарь вежливо поклонился. — Это большая честь для меня, Ваше Величество, разве я могу отказаться?
Когда дополнительные приборы были принесены и первый тост за процветание Империи и здоровье её мудрого правителя подкрепился щедрой порцией разлитого по бокалам светло-красного кларета, шотландский король, призвав на помощь свою небогатую дипломатическую хитрость, постарался завести разговор на живо интересующую его тему:
— Надо отдать должное повару Его Императорского Величества — мясо просто отменное! Да и вино весьма недурно. Впрочем, я нисколько не удивлён: при дворе сира Майкрофта изысканный вкус присутствует даже в мелочах. Признаться, мне давно хотелось посетить английскую столицу, тем более, что Император не раз приглашал меня к себе в гости, но жизнь монарха слишком полна всяческих забот, чтобы позволить себе визит без государственной необходимости.
— В таком случае, государь, — подхватил капитан Лестрейд, верно угадав желание своего сюзерена, — Вам следует поблагодарить князя Магнуссена за предоставленную возможность.
— Нет уж, увольте! — собственноручно подливая вино в опустевшие бокалы, язвительно хмыкнул король. — Я и раньше не был в восторге от князя Чарльза, а после его выходки с этим дурацким иском и вовсе разочаровался в нём и как в правителе, и как в человеке благородной крови. Обвинить меня чуть ли не в воровстве — что может быть нелепей? — последнюю фразу Его Величество адресовал непосредственно скромно ковыряющемуся в своей тарелке императорскому секретарю, словно требуя от того подтверждения собственным словам. — И это при том, что я даже не совсем понимаю, о каком именно имуществе князя идёт речь!
— А разве Вам не было передано письмо с подробным изложением дела? — не смог оставить без ответа столь эмоциональное обращение вежливый мистер Найт.
— Разумеется, было, — кивнул Джон, переходя на совершенно доверительный тон, — но в том-то и дело, что суть предъявленных мне Его Светлостью претензий слишком абсурдна, чтобы я смог отнестись к ней серьёзно. Право, это больше напоминает глупую шутку, и если бы тут не был замешан Король-Император, я счёл бы данный иск откровенной провокацией со стороны своего давнего политического оппонента. Кстати, а почему сир Майкрофт вообще заинтересовался этим делом? — недоумение шотландского монарха было почти искренним. — Разве заурядные имущественные споры достойны внимания правителя величайшей в мире империи?