— Что, черт возьми, это было? — спрашивает Джейс, выглядя сердитым и немного пугающим.
— Твоя сестра решила, что было бы здорово напиться до чертиков и связаться с главой Американской братвы русских! Вот что, черт возьми, только что произошло. Нахрена она пьет, если не знает своих лимитов? — пыхтит Карсон.
Мне очень хочется закричать: «Я ни с кем не связывались! И я не знала, что он русский, не говоря уже о том, что он лидер!» Но я не могу, потому что действие наркотика не позволяет мне. Я знаю, что если попытаюсь, мои слова будут звучать, как непонятное бормотание.
Комната кружится, и я начинаю чувствовать странное оцепенение. Я изо всех сил борюсь с желанием не поддаваться наркотику, но эффект силен, и я проигрываю битву.
— Ты издеваешься надо мной, — слышу я голос Джейса. — Если папа узнает об этом…
— Мы не скажем твоему отцу, — заявляет Карсон.
— В смысле?
— Ему и не нужно знать. Ему и так хватает дерьма. Я разберусь.
— Что, черт возьми, происходит? — я слышу, как спрашивает Тесса, испустив испуганный вздох. — Что случилось с Элайной?
— Ты никогда не видела ее пьяной? — спрашивает Джейс с озабоченным видом.
— Я видела ее пьяной, Джейс, но не такой. Она выпила только бокал шампанского и один шот, который прислал Карсон!
— Шоты? — в ярости спрашивает Карсон. — Я не посылал вам никаких, блять, шотов!
Я отчаянно пытаюсь удержаться, действительно пытаюсь, но вскоре мои глаза становятся такими же тяжелыми, как и тело, и внезапно все вокруг становится черным.
ГЛАВА 16
Элайна
На следующее утро я чувствовала себя ужасно. Пульсирующая головная боль, от которой я просыпаюсь, и неприятный привкус во рту заставляют меня пожалеть о том, что я вообще пошла в клуб. Никогда больше не буду пить.
Я медленно сажусь в постели и замечаю, что на мне нет ничего, кроме тонкой футболки и нижнего белья. Я тут же начинаю волноваться и пытаюсь собрать воедино события прошлой ночи.
Ночь как в тумане, но я помню русского парня по имени Дмитрий. Черт, он подсыпал мне что-то в стакан? Но я даже ничего не заказывала, когда была с ним. Я вспоминаю Нину и ухмылку, которую она послала мне сразу после того, как я выпила шот. Это она сделала? Но зачем?
Я провожу рукой по лицу… Все так запутано. Самое печальное, что я даже не помню, как вернулась домой, не говоря уже о том, как я надела футболку!
Я неохотно встаю с кровати, и комната начинает кружиться, поэтому держусь за комод, чтобы сохранить равновесие, и как только это чувство исчезает, я иду в ванную.
Приняв холодный душ, почистив зубы и выпив пару таблеток, я чувствую себя немного лучше. От аромата свежесваренного кофе и запаха бекона на кухне у меня слюнки текут. Я спускаюсь вниз и вижу, что Карсон готовит завтрак, без рубашки… Опять.
— Надеюсь, ты и для меня приготовил, я умираю с голоду, — говорю я, направляясь к кофейнику и наливая себе напиток в чашку.
— Я так и думал, ведь тебя вырвало всем, что ты съела прошлой ночью.
Я вздрагиваю.
— Не могу поверить, что это случилось. Если это не ты послал шоты, то кто?
— Наверное, тот самый русский ублюдок, который пытался отвлечь меня бессмысленной ерундой, чтобы Дмитрий заманил тебя.
Я вздохнула.
— Может быть, это была Нина?
Он хмурит брови.
— Зачем ей это? Она работает на нас.
Что ж, для меня это новость. Никогда не думала, что женщина может работать на клан, не имея статуса игрушки. Я делаю глубокий вдох, искренне глядя на стоящего передо мной мужчину.
— Спасибо, Карсон, что спас меня прошлой ночью. Если бы ты не вмешался, мне бы уже давно пришел конец.
Его лицо остается бесстрастным, но взгляд смягчается, когда он ставит передо мной тарелку. Она до краев наполнена вкусной на вид яичницей, тостами и беконом. Я начинаю есть, и он садится напротив меня со своей тарелкой.
— Это только доказывает, что твой отец был прав, защищая тебя. Что-то мне подсказывает, что неприятности следуют за тобой повсюду.
Я пожимаю плечами.
— Что я могу сказать? Наверное, я просто жажду наказания.
— Ты очень умна для такого, знаешь это?
— А ты отлично готовишь, — говорю я с легким удивлением, возвращаясь к еде.
Кто бы мог подумать, что он так хорош в готовке?
— У тебя сегодня работа? — спрашивает Карсон после нескольких минут молчания.
— Нет. По воскресеньям у меня выходной. А что? — я доедаю и ставлю тарелку в раковину.