Перед тем как уйти на работу, я получаю ответ.
Карсон: Я ценю это. Хорошего дня.
Я отвечаю ему, как только переступаю порог офиса.
Я: Уверена, что ты сам узнаешь, хороший у меня день или нет, учитывая, что я застала тебя за слежкой возле офиса. Не думай, что я не узнала.
Карсон: Я ничего не могу от тебя утаить, правда?
Я: Нет, не совсем:)
Пребывая в крайне необычном настроении, я иду на работу, чувствуя себя в большей безопасности, чем когда-либо за долгое время, зная, что Карсон где-то рядом и следит за всем. День проходит как в тумане, и в мгновение ока я начинаю отсчитывать время до конца рабочего дня.
Я замечаю машину Карсона, в животе у меня урчит, и я понимаю, что сегодня была так занята, что забыла пообедать. В последнее время мне очень хочется чего-нибудь поесть на вынос, поэтому, прежде чем отправиться домой, я заглядываю в свой любимый китайский ресторан и покупаю еду на вынос.
Наконец я возвращаюсь домой и замечаю, что машина Карсона уже припаркована на подъездной дорожке. Учитывая, как он водит, я не удивляюсь, что он опередил меня.
Войдя в парадную дверь, вижу Карсона, лениво развалившегося на диване в расстегнутом костюме и смотрящего футбол.
Мне требуется минута, чтобы собраться с мыслями, потому что он выглядит таким спокойным, но все еще пугающим, особенно в своем деловом наряде. Мне становится все труднее игнорировать то очарование, которое я испытываю к нему, особенно, когда он так выглядит.
Он замечает меня у двери, и, к счастью, я возвращаю себе самообладание.
— Я пришла с подарками, — шучу я, показывая ему пакеты с едой.
— Надеюсь, что один из этих подарков окажется курицей «Кунг Пао».
Я притворяюсь оскорбленной, прикладывая руку к сердцу.
— За кого ты меня принимаешь? Конечно же.
Он посылает мне легкую улыбку, встает и берет пакеты из моих рук, ставя их на пол перед телевизором.
— У меня есть отличный обеденный стол, знаешь… где люди обычно едят свою еду.
Он пожимает плечами.
— Сегодня можно и так. Плюс так лучше смотреть игру.
Я закатываю глаза, но все равно соглашаюсь. Достаю из холодильника две бутылки холодной воды и плюхаюсь на пол рядом с ним.
Теперь, когда мы неожиданно оказались в лучших отношениях друг с другом из-за перемирия, я решаю, что непринужденная беседа теперь приемлема.
— Кто играет? — спрашиваю я, кладя в тарелку немного жареного риса.
— Никто, кто бы тебя слишком заинтересовал, — заявляет он, протыкая ножом курицу из коробки, даже не потрудившись взять тарелку.
— Ах, да? Попробуй, — ухмыляюсь я.
Ох, он так влип.
— Это «Пэтс» против «Пакерс».
— Аарон все еще квотербек «Пакерс»?
Он ошеломленно моргает.
— Да…
— Тогда «Пэтсы» выиграют! Этот парень — тупица.
Его озадаченное выражение лица превращается в хитрую ухмылку.
— Хочешь поспорить на это, Пенталини?
— Какой ты умный, Грэнвил. Проигравший убирается дома в течение недели.
— Договорились.
— Договорились, — я подмигиваю.
Конечно, я не злорадствующий победитель или что-то в этом роде, но победа над Карсоном в мужском спорте определенно занимает первое место в моем списке величайших достижений.
— Как? — это все, что он смог выдавить из себя.
— Я выросла в доме, где мужчины превосходили меня числом, — я пожимаю плечами, как будто это единственное объяснение, которое нужно.
Он проводит рукой по волосам, посмеиваясь.
— Ты совсем не такая, как другие, да?
Я лучезарно улыбаюсь, думая про себя: «Ты и половины не знаешь».
Проходит несколько дней, и вот уже около десяти вечера четверга. Я лежу, свернувшись калачиком на диване с уютным одеялом, читаю книгу и пью вино.
Я слышу шаги, спускающиеся по лестнице, и краем глаза вижу Карсона, который выглядит так, будто собирается уйти на целую ночь.
Он видит мое любопытство и, прежде чем я успеваю спросить, объясняет:
— Встреча с кланом.
— Зачем? — спрашиваю я.
Он смотрит на меня так, словно я глупая.
— Окей, — я пожимаю плечами, но чувствую себя немного неловко, поднимая очки для чтения на макушку. Не моя вина, что я такая любопытная по натуре.
Его взгляд задерживается на мне — в последнее время я часто ловлю его за этим занятием, — а затем звонит его телефон.
— Ну, я пошел. И я верю, что ты не выйдешь из этого дома и не откроешь никому дверь ни при каких обстоятельствах. Один из наших людей, Фрэнк, будет стоять на страже, но не стесняйся звонить мне, если что-то случится или что-то понадобится. Все ясно? — сурово заявляет он.