Я обдумываю это в своей голове, чтобы ответить.
— В детстве я часто сталкивалась с одиночеством. У меня была Тесса, но в то время она разбиралась со смертью своего отца, и я не могла никуда пойти, у меня не было друзей, которые не были связаны с мафией, так что все было как-то ограничено. Мне было грустно, и я подумала, если поговорю с тобой, то ты бы смог меня понять. Не говоря уже о том, что я никогда не покидала штат Мичиган, так что поездка в Нью-Йорк казалась мне мечтой.
Его руки сжимают мою талию.
— Ну, если тебе от этого станет легче, в письмах или нет, не думаю, что я бы тебе сильно помог…
— Да? Ну, может быть, я смогла бы тебе помочь.
— Ты это сделала.
— Как?
Он снова опускает меня и медленно тянет обратно.
— Давай больше танцевать и меньше болтать.
Я насмехаюсь над ним:
— Кто сказал, что я хочу этого?
Он озорно усмехается.
— Твой рот говорит нет, но тело говорит да. Ты думаешь, я не замечаю, mio angelo?
— Н-нет, — заикаюсь я, все больше и больше распаляясь под его пронизывающим взглядом.
— Ну, ты ошибаешься. Я не дурак, когда дело касается тебя, Элайна. Нельзя перехитрить того, кто этим зарабатывает на жизнь. Я тебя раскусил.
Росток храбрости одолевает меня.
— А может, я и тебя раскусила, Карсон, — в его глазах вспыхивает интерес, поэтому я продолжаю: — Я знаю, что ты заботишься больше, чем показываешь. И наивная часть меня говорит, что обо мне тоже.
Он замолкает на мгновение, созерцая свои ярко-зеленые глаза, а потом покачал головой.
— Поверь мне, mio angelo, я не тот парень, который тебе нужен.
Я опешила.
— А кто сказал, что ты мне нужен?
На его лице снова появляется озорное выражение.
— Не думай, что я не вижу, как ты смотришь на меня, Элайна, — он поворачивает нас, притягивая меня еще ближе к своему телу, наклоняясь, чтобы прошептать на ухо: — Я же сказал, что замечаю все. Включая то, как твои бедра непроизвольно сжимаются, когда я вхожу в комнату, или то, как твое дыхание прерывается, и как ты кусаешь эти чертовы губы, когда я рядом. Держу пари, прямо сейчас твоя киска вся мокрая от мысли, что я возьму тебя.
Мои щеки пылают от его слов. Он прав, но я никогда не признаю этого вслух. Прежде чем я успеваю ответить, нас прерывает Джейс.
Он шепчет что-то на ухо Карсону слишком тихо, и я опять ничего не слышу.
Карсон кивает и делает шаг в сторону, посылая мне последний взгляд, который говорит запомнить этот разговор, и они оба исчезают в задних комнатах.
Музыкант делает перерыв, мелодия сменяется более актуальными песнями, и я замечаю угрюмую Лилиану, все еще сидящую рядом с отцом.
Через несколько секунд я уже перед ней.
— Я. Ты. Танцпол, — я тяну ее за руку, и мы вместе выходим на танцпол.
После того, как я танцевала под столько песен, что не могла сосчитать, мои ноги гудят. Каблуки с красным дном очень мило просто носить, а не танцевать в них. Остаток ночи Карсон занимался кое-какими семейными делами, а мы с Лилианой присели у бара.
— Фу, этот Эллиот действует мне на нервы с тех пор, как вошел! — она хватает себя за волосы и слегка дергает. — Он смотрит на меня так, словно я всего лишь вагина на ножках!
Я фыркаю, обвиняя в этом слишком много алкоголя.
— Брось, Лилиана, ты великолепна. Видимо, он просто ничего не может с собой поделать.
— Ну, на меня его дурацкое обаяние не подействует. Слава богу, мой отец ушел с твоей мамой, потому что, клянусь, он был в двух секундах от того, чтобы вцепиться в этого парня. И, ох, боже! Я? Посмотри на себя, Элайна. У тебя самый горячий парень, который буквально кушает из твоей ладони. За все двадцать минут, что мы здесь стоим, я потеряла счет, сколько раз Карсон оглядывался, его глаза прикованы прямо к тебе.
Я бессознательно смотрю в угол, где он стоит, разговаривая с Эллиотом. Как магнит, наши горячие взгляды находят друг друга. Мой разум и тело умоляют снова оказаться рядом с ним и закончить тот соблазнительный разговор, который мы начали на танцполе.
Я знаю, что должна держаться подальше, но, как под приворотом, он тянет меня, и я не могу заставить себя очнуться от этого оцепенения.
К сожалению, наш гипноз недолговечен, когда член клана входит в клуб и без предупреждения падает на колени с лужей крови, вытекающей из смертельной раны в груди.
Вся атмосфера в клубе мгновенно меняется, и вскоре после этого появляется группа незнакомых мужчин с автоматами АК-47.
— Элайна! Ложись! — слышу я крик Карсона.
Не успеваю я осознать, что происходит дальше, хаос взрывается потоком тысяч пуль, летящих в воздухе, не проявляя милосердия.