Он кладет руку ей на талию и наклоняется к самому уху.
— Ты выглядишь потрясающе, Ти.
На ее щеках появляется румянец.
— Ты тоже.
— Не хочешь потанцевать? — она колеблется, но берет его за руку и следует за ним на танцпол.
Я неловко стою рядом с Эллиотом, не зная, что делать, поэтому делаю большой глоток шампанского, наблюдая, как мой брат и лучшая подруга танцуют.
Впрочем, я не возражаю. Я счастлива видеть, как они наслаждаются друг другом и не ссорятся хотя бы одну ночь.
— Хочешь потанцевать со мной? — спрашивает Эллиот, протягивая руку. — Я не кусаюсь, Элайна, — он сдвигает брови вместе.
Вежливо кивнув, я ставлю свой бокал на стол и присоединяюсь к нему на танцполе. Его руки лежат на моей талии, а мои неловко напрягаются на его широких плечах.
— Расслабься, Элайна, я не собираюсь набрасываться на тебя. У меня есть виды на другую женщину из семьи Пенталини.
Я смеюсь, расслабляясь в его объятиях.
— Ну и как обстоят дела?
Он выдыхает:
— Не очень хорошо. Лилиана ненавидит меня до глубины души.
Его глаза находят ее, сидящую рядом с отцом; она отводит взгляд, и я улыбаюсь тому, как смущенный румянец начинает проступать на ее лице.
— Я бы не была в этом так уверена. Ты спас ей жизнь и все такое.
Гнев от воспоминаний той ночи играет в его глазах.
— Я бы сделал это снова в мгновение ока.
От силы его слов я понимаю, что он говорит правду.
Эллиот кивает в сторону Карсона, увлеченно беседующего с каким-то незнакомцем.
— Я знаю, что он тоже сделал бы это для тебя.
Как будто мы заколдованы, наши глаза находят друг друга.
— Он вынужден это делать, потому что это его работа. Есть разница.
— Если я что и знаю о Карсоне, так это то, что никто его ни к чему не принуждает. Поверь мне.
Я не принимаю его слова всерьез. Эллиот — его лучший друг, поэтому он, конечно, будет его защищать.
— И если я что-то и знаю о Лили, так это то, что у нее самое доброе сердце в мире, несмотря на все, через что ей пришлось пройти… поэтому она держится настороже. То, что ты сделал для нее в тот день, много для нее значит. Она хорошая девочка, Эллиот, не обращайся с ней так, как с другими.
Затем я чувствую, как тяжелая тень ползет по моему плечу.
— Не возражаете? — говорит Карсон, уже оттаскивая меня от Эллиота.
— А если возражаю? — он насмехается без особого энтузиазма.
Брови Карсона игриво приподнимаются.
— Мне кажется, ты слишком любишь свою жизнь.
Они оба смеются, и даже я немного хихикаю.
— Иди и пригласи ее на танец, Эллиот.
Эллиот благодарно кивает мне, и в мгновение ока они с Лилианой танцуют вместе, погруженные в тихую беседу.
Я улыбаюсь Карсону, и мы оба пританцовываем в такт музыке.
— Играешь в сваху?
Я пожимаю плечами:
— Каждый заслуживает счастливого конца.
— А как насчет тебя?
Я обдумываю вопрос и честно отвечаю:
— Каждый заслуживает этого, но не каждый получает такой шанс.
На несколько минут воцаряется тишина, позволяя словам просочиться в воздух между нами.
— Через несколько дней мне надо ухать в Нью-Йорк. Я не был там уже несколько месяцев, и все немного выходит из-под контроля из-за моего отсутствия.
Я смотрю на него снизу вверх.
— Когда ты вернешься? — я не хотела, чтобы это прозвучало так настойчиво, но я привыкла к его присутствию.
— Ты имеешь в виду, когда мы вернемся?
Я делаю глубокий вдох:
— Ты берешь меня с собой?
— Конечно. Думаешь, я оставлю тебя без защиты?
Я качаю головой, когда он ведет нас через танцпол.
— Нет, я просто думала… не знаю, думала, ты бы послал Ланса или кого-нибудь другого, чтобы присматривать за мной? А как ты заставил моего отца согласиться на что-то подобное?
Его голос становится тише, а хватка на моей талии крепче.
— Ты на сто процентов в безопасности только со мной, Элайна. Не то чтобы я не доверял нашим людям, но я просто знаю, что не стал бы рисковать даже малейшим шансом на твою безопасность. Ни за что. И твой отец это понимает. А еще ты всегда мечтала туда поехать, верно?
Чувство всепоглощающего счастья переполняет мою грудь. Он вспомнил.
— Когда мы уезжаем? — спрашиваю я, не пытаясь скрыть восторг.
Не могу поверить, что наконец-то увижу Нью-Йорк!
— Рейс в семь утра во вторник, и мы вернемся сюда обратно к ночи. Мне жаль, что это короткая поездка, но хотя бы какая-то.
— А как же моя работа?
— Я уже договорился с твоим боссом, и не было никаких проблем.
Мои щеки болят от того, как сильно я улыбаюсь. Он всегда обо всем думает. Я даже не жалею, что это будет поездка лишь на день. Конечно, хотелось бы остаться там на пару дней, но я все равно благодарна.