Старший князь Вяземский был влиятельной, хорошо известной фигурой в кругах аристократии, и его имя постоянно упоминалось в газетах. Он почти постоянно появлялся на светских страницах и в скандальных газетах, обычно в связи с той или иной женщиной. Она должна была признать, что мысль о встрече с такой известной фигурой немного нервировала её.
Пытаясь перенаправить свои мысли в другое русло, Саша попыталась сосредоточиться на проплывающем мимо пейзаже, но была слишком взволнована, чтобы полностью оценить пышную сельскую местность и обширный лесистый парк, окружающий великолепное имение семейства Вяземских.
Саша пожалела, что ей не разрешили поездку верхом на Аресе, вместо того, чтобы сидеть в карете, но Марфа настояла на том, чтобы прибыть в карете, а не верхом.
Итак, Арес был привязан позади кареты, а она ограничена пружинистым экипажем, запряженным четырьмя серыми лошадьми, сопровождаемыми двумя лакеями и не менее чем четырьмя всадниками. Она чувствовала себя нелепо.
Когда экипаж медленно приблизился к особняку, Саша отчетливо услышала хруст гравия под колесами. Выглянув в окно, она увидела длинную извилистую подъездную дорожку, которая вела к передней части огромного имения.
Карета обогнула небольшой поворот, и Саша впервые увидела особняк. От увиденной красоты, у неё перехватило дыхание.
Акры за акрами пышных, искусно подстриженных лужаек окружали огромное каменное строение, которое выглядело как дворец. Огромные стрельчатые окна, украшали все четыре этажа внушительного сооружения.
Саша подумала о дворцах, описанных в сказках, которые мать читала ей когда она была маленькой девочкой, и поняла, что ни один из них не мог соперничать с тем великолепием, которое предстало перед ней.
Она всегда считала, что имение Воронцовых прекрасно, но теперь поняла, что по сравнению с имение Изумрудное, оно немного бледнеет.
Она могла бы любоваться красотой Изумрудного часами, но слишком скоро карета остановилась перед огромной каменной лестницей ведущей к большим двойным дверями.
Саша глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. Ступеньки кареты опустились и один из лакеев распахнул перед ней дверцу. Она вежливо улыбнулась и почувствовала, что краснеет, когда у молодого человека отвисла челюсть. Откровенное мужское восхищение было тем, к чему она, казалось, никогда не привыкнет. К чести лакея, он быстро пришел в себя, хотя румянец смущения окрасил его щёки, когда он сделал шаг назад, держа дверь открытой. Другой лакей вышел вперед, чтобы помочь ей выйти из экипажа, а затем проводил её вверх по ступенькам поместья.
Дворецкий, высокий и худой мужчина с непроницаемым выражением лица, царственно стоял перед входом, старательно наблюдая за её прибытием.
- Доброе утро, Ваша Сиятельство. Добро пожаловать в поместье Изумрудное, - вежливо приветствовал он её.
- Благодаря вас, - ответила Саша, выдавив нервную улыбку, в то время как внутри у неё всё сжималось от беспокойства.
Войдя в парадный холл, она обнаружила, что внутри особняк, если это возможно, был ещё красивее, чем снаружи. Пол, на котором она стояла, был разделен на чередующиеся квадраты черного и белого мрамора, каждый квадрат был отполирован до блеска.
Саша посмотрела на вверх и увидела, что сам холл был выше двух этажей, и солнце светившее сквозь прозрачные окна, делали его ещё более величественным.
Огромная лестница, достаточно широкая, чтобы на одной ступеньке могли разместиться пять человек, изящно поднималась на просторную площадку второго этажа, а двери, стены и потолки украшала красивая, затейливо вырезанная лепнина, выполненная как она была уверена, лучшими мастерами в мире.
Мебель, вся высшего качества, представляла собой со вкусом подобранную смесь английского, итальянского и французского дизайном, пол был устлан дорогими персидскими коврами. На стенах висели бесценные произведения искусства.
Особняк был очевидным свидетельством огромного богатства и власти семьи Вяземских, на протяжении многих поколений.
- Сашенька!
Радостное восклицание отвлекло её от восхищения большим залом. Саша повернулась на голос, но успела лишь мельком увидеть его владелицу, прежде чем её заключили в надушенные объятия женщины, которую она приняла за вдовствующую княгиню Вяземскую.
- Я так рада, что ты наконец-то здесь, моя дорогая. Я совершенно счастлива, что ты останешься с нами, пока твой дедушка будет в отъезде, - заявила княгиня, слегка отступив назад, чтобы получше рассмотреть Сашу.
- Благодарю вас, Ваша Сиятельство. Для меня большая честь, что вы открыли для меня двери своего дома, - ответила Саша, немного удивленная теплым, экспансивным и далеко не официальным приветствием пожилой женщины.