Могло ли быть так, что Саша рассказала юной барышне о своих планах? Не успев додумать эту мысль до конца, Герман развернул лошадь и поскакал в сторону имения Родниных.
*********************
К тому времени, как Саша добралась до охотничьего домика своего дедушки, ей казалось, что она ехала несколько дней, а не часов, потому что она промокла до нитки и всё ещё чувствовала себя плохо после прошлой ночи. В течение последнего часа шёл сильный снег, и она была вынуждена ехать со скоростью улитки из-за плохой видимости и обледенелых дорог. Вздохнув с облегчением, она наконец направила Ареса к конюшне, расположенной сразу за домом, более чем готовая увести их обоих подальше от суровой непогоды, которая их настигла в пути. Моргнув, она попыталась стряхнуть с ресниц прилипшие снежинки и спешилась.
Саша устало вошла в конюшню, завела Ареса в одно из стойл, сняла с него седло и накрыла тяжёлым шерстяным одеялом. Она также позаботилась о том, чтобы у него было достаточно сена, овса и воды до утра. Убедившись, что жеребцу будет удобно спать, Саша направилась к небольшому каменному коттеджу, расположенному примерно в ста метрах от конюшни.
Снег шёл всё сильнее, а ветер крепчал, когда Саша осторожно толкнула тяжёлую входную дверь. Она не удивилась, обнаружив, что та не заперта, коттедж стоял так далеко от главной дороги, что мало кто вообще знал о его существовании. В нём было мало ценного, так что он не был целью воров. Кроме того, незаконное проникновение в чужое жилище было серьёзным правонарушением, так что любой, кто мог случайно попасть в дом, рисковал напороться на серьёзные неприятности. Однако, поскольку в конюшне не было никаких животных, а из трубы не шёл дым, она была почти уверена, что дом пуст. Войдя внутрь, Саша с облегчением обнаружила, что дом действительно пуст и, находится в прекрасном состоянии, благодаря бытовым артефактам.
Охотничий домик состоял всего из шести комнат, но Саша знала, что он отлично подойдёт для её целей. Дрожа от холода, она сбросила промокший плащ и подошла к огромному каменному камину, встроенному в дальнюю стену большой гостиной. Сбоку была аккуратно сложена куча дров, но, оглядевшись, она не увидела ничего, чем можно было бы разжечь огонь. Подумав, что можно найти кремень на кухне, она порылась в многочисленных шкафах, но ничего не нашла. Однако она нашла несколько свечей, но, поскольку ей нечем было их зажечь, они тоже оказались бесполезны.
В ходе поисков она также обнаружила, что единственная еда в коттедже состояла из нескольких картофелин и небольшого мешка муки. Вот и весь ужин, с сожалением подумала она, жалея, что не взяла с собой больше провизии. Всякий раз, когда её дедушка останавливался в домике, он заранее отправлял слуг, чтобы они подготовили дом, но, к сожалению, Саша не смогла заранее подготовиться к своему неожиданному приезду. Ей просто придётся обойтись тем, что есть, пока Женя не пришлёт припасы.
Зная, что её записку наверняка уже нашли, она могла лишь надеяться, что Калерия Викторовна не слишком расстроится из-за её внезапного исчезновения. Она подумала, что записка звучит довольно убедительно, но она отправит ещё одно послание через слугу Жени, в котором сообщит, что благополучно добралась до места назначения, чтобы подтвердить свою историю.
Стуча зубами, Саша села на короткий кожаный диван и задумалась о своём будущем. С небольшими улучшениями она, несомненно, сможет жить в домике довольно комфортно до возвращения дедушки. Думая о дедушке, она понимала, что он будет шокирован и расстроен её состоянием, но она также верила, что он поддержит любое решение, которое она примет относительно своего будущего и будущего своего малыша. Положив руку незаметный пока ещё живот, Саша поклялась сделать всё, что в её силах, чтобы её малыш ни в чём не нуждался. Она никогда не позволит, чтобы клеймо незаконнорождённого навредило невинному малышу, растущему в её утробе.
Чувствуя себя совершенно измотанной после долгой поездки, Саша решила вздремнуть и медленно поднялась на второй этаж. Она выбрала меньшую из двух спален и с большим облегчением обнаружила несколько стёганых одеял, сложенных в большом сундуке у изножья кровати. К тому времени, как она застелила постель, у неё начала болеть голова, и она едва держалась на ногах, снимая промокшую одежду. Сняв с себя всё, кроме влажной сорочки и панталон, она забралась под одеяло и почти мгновенно погрузилась в глубокий сон.
Когда она проснулась несколько часов спустя, то не могла сориентироваться в пространстве, у неё болела голова, и всё тело сотрясалось от озноба. Она с трудом села, и комната, казалось, закружилась и расплылась перед её глазами. Во рту было ощущение, будто она жевала влажный хлопок, а язык был непривычно толстым и сухим. Ей очень хотелось пить, но она не думала, что у неё хватит сил спуститься по лестнице и подняться обратно. Она закрыла глаза и попыталась выбросить эту мысль из головы, но ничего не вышло, её горло саднило от сухости.