«Ты ему небезразлична, гораздо больше, чем он готов признаться даже самому себе».
Она ждала больше часа в нервном напряжении, гадая, появится ли он, но её ожидание было напрасным.
Несколько часов спустя, лёжа без сна в своей постели, она услышала, как он вошёл в свою спальню. Внимательно прислушиваясь к звукам за стеной, она ждала с замиранием сердца и последней надеждой, что Герман постучит в дверь, соединяющую их комнаты, но в конце концов всё стихло, и она поняла, что он лёг спать. Она была разочарована гораздо сильнее, чем ей хотелось бы признавать.
Герман намеренно остался внизу ещё долго после того, как все остальные отправились спать. Теперь, когда Саша стала его женой, он знал, что имеет полное право уложить её в постель. Хотя какая-то часть его разума подсказывала ему, что он может извлечь хоть какую-то пользу из своего вынужденного союза, другая, более разумная часть противилась этой мысли. Несмотря на непреодолимое желание вновь ощутить под собой соблазнительное тело Саши, он знал, что это было бы ошибкой. Сексуальная близость могла лишь ещё больше затянуть его в её соблазнительные сети, а он не мог себе этого позволить. Ему нужно было сохранять отстранённость. Только глупцы и идиоты не учатся на своих прошлых ошибках, а он не был ни тем, ни другим.
«Отпусти прошлое», — сказал ему Феликс.
Если бы это было так просто.
В течение следующих нескольких ночей Саше стало совершенно очевидно, что Герман не собирается ложиться с ней в постель и заявлять о своих супружеских правах. Она пыталась убедить себя, что ей всё равно, но на самом деле ей было больно. Они были женаты по закону, и она уже носила его ребёнка, так что у него больше не было причин держаться от неё подальше, ведь она вряд ли могла заманить его в ловушку сильнее, чем уже сделала. Поскольку ему больше нечего было бояться в этом отношении, было очевидно, что его удерживало от её постели просто отсутствие желания.
Он не хотел её.
Глава 22. Сближение?
В дни, последовавшие за свадьбой, Саша почти не видела Германа. Он был занят многочисленными делами имения: проверка счетов, улаживание домашних споров, встречи с управляющими и поездки по владениям. Вечера его часто были заняты встречами или документами, и он редко ужинал с семьёй. Когда же они всё-таки собирались за столом, их с Сашей попытки завести разговор были натянутыми и неловкими.
Калерия Викторовна и Феликс, напротив, всегда были рядом, чтобы поддержать и снять напряжение. Однако через несколько дней Феликс сообщил, что скоро вернётся в море. Он планировал отсутствовать несколько месяцев, но обещал вернуться к рождению племянницы или племянника.
Саша была расстроена. Она привыкла к его присутствию, с ним ей всегда было легче. Наблюдая, как Феликс садится на лошадь и уезжает в сторону Петербурга, чтобы собрать свою команду, она почувствовала, как её сердце сжимается.
— Я пригласила Женю на чай сегодня днём, надеюсь, вы не против, — сказала Саша, когда они вернулись в дом.
— Конечно, нет, дорогая, — ответила Калерия Викторовна, поправляя выбившуюся прядь волос. — Сегодня мне нужно навестить подругу, так что я рада, что тебе будет с кем поболтать.
Саша кивнула, но её мысли всё ещё были с Феликсом. Она надеялась, что он вернётся поскорее.
Герман не упустил из виду тонкий намёк в глазах бабушки, когда шёл за ними в дом, но предпочёл не обращать на него внимания.
Когда Женя приехала, Саша была готова рассказать ей всё, но, к сожалению, их преданный дворецкий невольно выдал самую важную информацию до того, как Саша успела сделать это сама.
— Дмитрий Тимофеевич, голубчик, не могли бы вы принести чай в голубую гостиную? — вежливо попросила Саша, ведя Женю к лестнице.
— Конечно, барыня, — кивнул он. — Я немедленно распоряжусь об этом.
Поймав на себе потрясённый взгляд Жени, расширившей глаза до размеров обеденных тарелок, Саша поняла, что дворецкий только что обратился к ней «барыня».
— Пойдём наверх, — сказала она, взяв Женю за локоть. — Я всё объясню.
***********************
— Я до сих пор не могу поверить, что у тебя будет ребёнок, — сказала Женя, и её глаза увлажнились.
— Я знаю. Временами я сама не могу в это поверить.
— Я так рада за тебя, Саша. Ты будешь такой замечательной матерью.
— Ты правда так думаете? — спросила она слегка неуверенным тоном. Выросшая без матери, она иногда беспокоилась о том, как будет справляться с этой ролью.
— Конечно, это так. Как ты можешь в этом сомневаться? — Она протянула руку, взяла Сашу за руку и ободряюще сжала её. — Ты одна из самых любящих и заботливых людей, которых я когда-либо знала.