https://drive.google.com/file/d/1CYwy3gk-LLTPxueK_KAzhOYRh35t8ux9/view?usp=sharing
Кирион
Как долго я нахожусь в этой сырой подземной темнице без окон и солнечного света — понятия не имею. Могу лишь предполагать. И все мои предположения основываются на том, как часто забирают Офелию и волокут обратно в бессознательном состоянии.
Здесь, в подвальном помещении дворца, уместилось пять стальных клеток три на три метра, но нас — пленных — всего двое. Где мои остальные воины? Их отпустили? Они в другой темнице? Или же уже мертвы? За всё время нахождения здесь я задавал себе эти вопросы чаще, чем эта проклятая капля звонко срывалась с потолка. А падала она с завидной регулярностью, что уже начинало сводить с ума. Моментами мне действительно казалось, что я теряю грань реальности и уже не замечаю, где мои мысли, иллюзии, а где настоящее. Наверное, так и действует на пленников заточение в четырёх стенах.
Периодически ко мне наведываются палачи и истязают самыми различными способами до полусмерти. И что-то очень сомневаюсь, что у этих головорезов настолько богата фантазия. Наверняка наш извращенец-король отдаёт детальные приказы. Но я всё стерплю. Ради Амайи и Офелии я всё стерплю.
Офелия. Бедная Офелия. Каждый раз, как только непокорная девушка едва умудряется встать на ноги, он снова вызывает её на поклон. А получив очередной отказ, нещадно избивает. Вернее, раньше избивал. Пока ему не надоело. Со временем он предоставил привилегию издеваться над девушкой своим дружкам. А в последнее время это делает его прислуга. Никакого сексуального насилия. Только избиение. Ублюдок ломает её психологически, ломает её волю. Он желает, чтобы девушка сама ему отдалась. Сколько я умолял Офелию согласиться? Иногда стоит идти против себя, чтобы выжить. Но более упёртой и принципиальной девушки я не встречал. Хотя нет… Амайя.
В тёмном коридоре послышалось привычное лязганье железных замков. Мои палачи. Ну что ж, не ожидал этого так скоро, но я готов. Что на этот раз: плеть, шипованная дубина или, может, будут срезать лоскуты кожи? Вскочил и нервно заметался по клетке. Готов? Кого я обманываю? Разве можно быть к такому готовым?
Шаги палачей неумолимо приближались, и я расслышал лязг цепей… Офелия! Наконец! Они несут её обратно.
Берт — телохранитель и верный пёс Короля — принёс Офелию на руках вновь в бессознательном состоянии и небрежно скинул её посреди клетки. Исхудавшая девушка, будто мешок овса, глухо рухнула на каменный пол. Берт же, заперев замок её клетки, удалился, не утруждаясь убедиться, дышит ли пленница. Я молниеносно подскочил к железной перегородке, разделяющей наши клетки, и попытался дотянуться до неё. Но всё было тщетно.
— Офелия! Офелия, ты меня слышишь? — Кроме едва различимого мерного движения грудной клетки, девушка не подавала других признаков жизни. — Офелия, это Кир!
В бешенстве от собственного бессилия упал на колени, так и сжимая толстые металлические прутья решётки в кулаках.
Я больше не пытался её дозваться, надеясь на то, что эта отрешённость — своеобразный способ сбежать от реальности и отдохнуть. Да… Пусть отдохнёт.
Спустя какое-то время темницу посетил Дэйн, забежав к нам всего на пару минут. Уже вернулся с поисков Амайи? Так скоро? Значит, они её не нашли. Неудивительно. Она ведь в аду. Дэйн украдкой молча передвигался по темнице. Очевидно, ему не разрешалось сюда наведываться, но он друг, он пришёл. Зайдя в клетку Офелии, он аккуратно пододвинул девушку к нашей общей решётке, всунул мне в руки бинты и какое-то средство во флаконе. А после, не сказав ни слова, удалился.
Я уже заканчивал с обработкой ран девушки, когда она пришла в себя. Офелия, не открывая глаз, перехватила мою ладонь, поднесла к губам и, прошептав «Элатан», трепетно поцеловала её сухими искусанными губами. А после распахнула дрожащие веки и уставилась на меня прямым сознательным взором. Нет. Она не бредила. Даже с закрытыми глазами она прекрасно понимала, чью руку намеревается поцеловать. Но иллюзию, маленький самообман, маленькую мечту, ничтожную фантазию в этой сырой темнице… я не мог у неё отобрать её. А она умело сделала вид, что это произошло бессознательно. Но её глаза… когда Офелия распахнула их… в них уже плескалась тонна боли и тоски по погибшему любимому.
Девушка молча размотала только что перебинтованную мной руку и протянула мне через решётку алый от крови бинт с немой мольбой в глазах.
НЕТ! НИ ЗА ЧТО! Категорически замотал головой. Я не смогу её удушить!
— Кир… пожалуйста. Я сама не смогу. — Безжизненные глаза напротив меня постепенно заплывали влажной пеленой, а губы и протянутые окровавленные руки мелко подрагивали. — Кирион, умоляю тебя, пожалуйста. Я хочу к нему!