От тревожных мыслей меня оторвала гнетущая тишина вокруг и, очнувшись, я воззрилась на главу совета министров. Он же несколько секунд, очень долгих для меня секунд, секунд, длиной в целую жизнь, невозмутимо смотрел на меня. За эти долгие секунды его смятения меня чуть не разорвало на части, а в голове набатом: «Давай же, склонись передо мной! Чего ты ждёшь? Ты должен сделать это первым, признать меня законным правителем, и они последуют твоему примеру. Ну же! ДАВАЙ!».
Секунда, вторая… испытующий взгляд глаза в глаза, третья, и он преклонил… ПРЕКЛОНИЛ колено и склонил голову, а я судорожно выдохнула. За главой совета последовали и остальные советники, поочерёдно, один за другим становились на колено и покорно склоняли головы. В тот момент со мной творилось что-то необъяснимое, что-то невероятное, мощное, величественное, затопляющее всё сознание похлеще, чем любой лунарис. И лишь один советник — главный военачальник Арнорда — остался стоять, борзо глядя мне в лицо. Не признаёт во мне свою Королеву? Да кто он вообще такой? Впервые его вижу и, если бы не военная форма, не сразу бы догадалась, кто осмелился на подобную дерзость.
Все присутствующие в растерянности затихли, вокруг повисла оглушающая тишина. Такая, что я отчётливо слышала в ушах собственный пульс, отбивающий дикий ритм. Уже склонившиеся советники с ехидными улыбочками, исподлобья наблюдали за сумасшедшим, что посмел восстать против.
Гордо расправив плечи, воззрилась уничтожающим взором в глаза наглецу, транслируя одним лишь взглядом, что отныне он не жилец при любом раскладе. Смертник, нервно дёрнувшись, испуганно отвёл глаза и рухнул на колени, склонившись и прогнувшись ниже остальных.
Нет! Даже это его не спасёт! Кем бы ни был, для меня он уже мертв.
Ликование и ощущение дикого триумфа воцарилось в моей душе. Они всё же склонились! Все! А за ними — и уважаемые гости, и простой народ, что располагался на площади перед дворцом и толпами тянулся по улицам города.
Когда движение собравшихся прекратилось и все, стоя на коленях, задрали головы, устремляя взоры на свою Королеву, под звуки мелодии, от которой по коже бежала дрожь, ко мне подошёл главный священнослужитель нашего государства. Он торжественно вручил мне папин меч, ножны которого усеяны драгоценными камнями, и священную ветхую карту — самую первую карту Арнорда, на которой Арнорд размером с Аваллон. Да, много тысячелетий эльфийский народ кровью и бесценными жизнями отвоёвывал каждый клочок земли современного Арнорда. И эта первая карта торжественно вручалась каждому новому правителю, чтобы тот никогда не смел забывать, какой ценой ему досталось это Великое эльфийское государство. Мелко подрагивающими руками поднесла ветхую карту к лицу и поцеловала. А затем и папин меч. После чего медленно села на трон.
Подданные, вверенные мне папой, поднимались с колен на ноги и громко аплодировали, скандируя моё имя.
Приняли!
Они меня приняли!
Закрыв глаза, с облегчением выдохнула.
========== Глава 28. Вилан. Амайя ==========
Комментарий к Глава 28. Вилан. Амайя Наслаждайтесь!
Ваша Ева)
Фото: https://vk.com/photo359996673_457245809
https://vk.com/photo359996673_457245791
Музыка:
https://drive.google.com/file/d/1qnNY6aI4GsU_lQ3IJAXNpz6lwg2FS8Wv/view?usp=sharing
https://drive.google.com/file/d/1xpnY6hzN636N-lE1mw-_xr5HZNq316YQ/view?usp=sharing
https://drive.google.com/file/d/1Gtz28Io7WN66Etli_OY0INCM9l0auAlF/view?usp=sharing
https://drive.google.com/file/d/1NBb53otjPhP4pZ5c7e4koCVLYhcJgkHC/view?usp=sharing
Отбечено
Два месяца спустя
Вилан
(Kai Engel — Moonlight Reprise (Remastered))
Мало на свете женщин, достоинства которых превзошли бы их неземную красоту. Мало. Но мне невероятно повезло встретить такую тогда, когда я уже не надеялся. И даже повстречал там, где вовсе не ожидал. Не знаю, как, в принципе, такое возможно, но я пропал с самого первого взгляда на неё: на этот гордый величественный стан, на нежные, бледные скулы, на вежливую, но совсем недружелюбную улыбку. И, глядя на эту невероятную женщину, я, как полоумная, тупоголовая рыбина, заглотил гигантский крючок, который мне был явно не по размеру. В тот момент мне было совершенно плевать, что этот крючок без наживки, удочка валяется на берегу, а рыбак и вовсе не в курсе, что он на рыбалке.
Когда увидел её впервые, я ничего не решал, просто осознал: вот она — та самая, которую я ждал более тысячи лет. И, несмотря на то, что она замужем, она станет моей. Горы сверну, войну развяжу, всех вокруг поубиваю, нахрен, но она станет моей! Мной попросту завладел самый древний инстинкт охотника: добиться этой умопомрачительной женщины во что бы то ни стало.