(Валерий Кипелов — Я свободен)
========== Глава 31. Айлин. Амайя ==========
Комментарий к Глава 31. Айлин. Амайя Фото: https://vk.com/photo359996673_457245818
https://vk.com/photo359996673_457245817
Музыка:
https://drive.google.com/file/d/1QtGSsgIinS-l7GchYU1339f-bmxR1tvm/view?usp=sharing
https://drive.google.com/file/d/1Y6JCf4QmlGauhmesiXcFj7Z1zn3Te9Qf/view?usp=sharing
https://drive.google.com/file/d/1C0dceizStGui-0YuUOYzWik1RfVdf8Aq/view?usp=sharing
Отбечено
Четыре месяца спустя.
Айлин
(Erik Satie — Gnossiennes No. 1 Lent)
Как жаль, что сохранение мира зачастую требует немирных средств.
Беспринципные варвары — орки —снова подступили к Тартасу слишком близко. Настолько близко, что Вилан — мой любимый — во главе самого многочисленного войска за всю историю демонического государства прибыл на границу с Джаклардом. На этот раз с ним отправилась и я. Он, конечно, пытался отговорить меня. Но разве теперь такое возможно?
Впервые за долгое время я наконец-то могу покинуть дворец, что стал для меня добровольной тюрьмой. Теперь я могу не опасаться, что меня узнают на улицах Терказара. Малфаста больше нет. Как и нашего с ним договора о том, что я ради незапятнанной репутации наших детей до конца своих дней буду притворяться мёртвой. Заточение более, чем на век, пусть и в королевском замке, — это цена за то, что я каждый день могла находиться рядом с любимым. Непомерной ценой также являлась мучительная разлука с детьми. Непрекращающаяся даже во сне, тягостная, гнетущая, нарастающая тоска по ним. Когда я наконец решилась уйти от мужа, то наивно полагала, что самым тяжёлым будет первый шаг. Непростительное заблуждение. Чем больше утекало времени со дня переезда в Терказар, тем сильнее я задыхалась без запаха своих детей, без улыбки Бурхата и маленьких, обнимающих меня ручек моей малышки Амайи.
За пару месяцев глухой болезненной тоски по детям я превратилась в опустошённый сосуд, оболочку, под которой скрывался сплошной оголённый нерв. И как Вилан ни старался исцелить мою душу своей любовью, ему долго не удавалось вернуть меня к жизни. Конечно. Ведь два моих смысла жизни остались в Арнорде.
Поняв, что даже самая большая и единственная любовь на свете не заменит два родных сердечка, я снова… хм-м-м… в который уже раз СНОВА тайно вернулась в Аваллон и, покорно упав в ноги Малфасту, молила его принять меня обратно, сказать всем, что я не погибла, что чудом выжила в Тартасе.
В тот злосчастный день Малфаст безжалостно прогнал меня. И он имел на это право. Договор есть договор. Уже даже не будучи моим мужем, Малфаст всё равно умудрялся растоптать меня в мокрую лужицу, унизить и с надменной улыбкой наслаждаться моей агонией отчаянья и боли.
С моим окончательным уходом к Вилану Малфаст смог наконец вырвать меня из своего сердца. То же он советовал сделать и мне в отношении наших детей. Бывший муж понимал, что дети — это частичка меня. И это была его изощрённая месть. За то, что так и не смогла полюбить его, за то, что даже просто стерпеть не смогла, за то, что влюбилась во врага. Лучше бы убил. Так было бы намного гуманнее. И Малфаст прекрасно знал об этом. Именно поэтому сохранил мне жизнь и даже отпустил обратно к Вилану. Позже… уже намного позже, сгорая в нескончаемой тоске по детям, я поняла, что это и есть наказание от бывшего мужа: жить, дышать, существовать без детей и лишь по слухам и редким видениям узнавать, как всё больше теряет себя Бурхат, а Амайю стремительно порабощает наркотик. Всё это время я была словно связана по рукам и ногам, вынужденная лицезреть муки детей и не в состоянии им помочь.
В тот день, когда я получила отказ от Малфаста и вернулась в Терказар, меня встретил холодный разочарованный взгляд Вилана. Глядя в любимые, отрешённые, укоряющие глаза, я испугалась, что потеряла не только детей, но и весь мир — моего Вилана. К счастью, ошиблась.
Прошло много времени, прежде чем Вилан смог простить меня, но он простил.
А мне и вечности не хватит, чтобы простить саму себя за то, что оставила Бурхата и малышку Амайю, за то, что выбрала быть с любимым.
Как только мы, уставшие и вымотанные недельной дорогой, добрались до военного лагеря на границе Тартаса с Джаклардом, Вилан незамедлительно направился в главный шатёр в поисках Рэнна. И вот уже довольно долгое время двое самых упрямых мужчин на моей памяти без устали спорят по поводу предстоящего сражения.
— Без эльфов у нас нет ни малейшего шанса. Поверь мне, Вилан. Я, который уже месяц нахожусь здесь, и собственными глазами видел недавно раскинутый лагерь орков под нашей границей. Если орки нападут разом, от нас не останется и следа! А это даже не всё их войско. По данным разведки, в столице Джакларда также имеются крупные отряды воинов. — Любимый сдержанно внимал пылкой речи Рэнна и не перебивал его. Когда речь идёт о его Рэнне, в Вилане волшебным образом откуда-то находится необъятное терпение. — Повелитель, дай мне неделю, и я уговорю Амайю! Нам нужны эльфы!